18 известных цитат из книги «Фернандо де Рохас. Селестина»

Ниже 18 цитат из книги «Фернандо де Рохас. Селестина»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Посвящать всех в свое дело — значит, лишать его невинности.

   Посвящать всех в свое дело — значит, лишать его невинности.

   — Селестина · книга
2. «

   Разум и наблюдательность — залог опытности.

   Разум и наблюдательность — залог опытности.

   — Пармено · книга
3. «

   Валить заботы на озабоченного — все равно что подхлестывать замученное животное.

   Валить заботы на озабоченного — все равно что подхлестывать замученное животное.

   — Селестина · книга
4. «

   Что сказать тебе, сынок, о достоинствах хорошего друга? Нет ничего более ценного и более редкого: он поможет снести любое бремя.

   Что сказать тебе, сынок, о достоинствах хорошего друга? Нет ничего более ценного и более редкого: он поможет снести любое бремя.

   — Селестина · книга
5. «

   Добро не радует, коли им не поделишься.

   Добро не радует, коли им не поделишься.

   — Селестина · книга
6. «

   Кто обо всем сразу думает, не думает толком ни о чем и только случайно добирается до истины.

   Кто обо всем сразу думает, не думает толком ни о чем и только случайно добирается до истины.

   — Семпронио · книга
7. «

   Всем верить — крайность, а никому — заблуждение.

   Всем верить — крайность, а никому — заблуждение.

   — Селестина · книга
8. «

   Хвалу и благодарность заслуживает не тот, кто получает, а тот, кто дает.

   Хвалу и благодарность заслуживает не тот, кто получает, а тот, кто дает.

   — Пармено · книга
9. «

   Ведь если человек, желая наслаждений, осквернит добродетель, он все же не должен оскорблять ее в других.

   Ведь если человек, желая наслаждений, осквернит добродетель, он все же не должен оскорблять ее в других.

   — Пармено · книга
10. «

    Часто рассудок управляет делами по своей воле, хоть он и не изменяет действительность, но успокаивает наши чувства и направляет суждения.

    Часто рассудок управляет делами по своей воле, хоть он и не изменяет действительность, но успокаивает наши чувства и направляет суждения.

    — Семпронио · книга
11. «

    Все равно, в хорошем действительное лучше возможного, а в дурном — возможное лучше действительного. Поэтому здоровье лучше, чем возможность здоровья, а возможность болезни лучше, чем сама болезнь. Также и возможность беды лучше, чем сама беда.

    Все равно, в хорошем действительное лучше возможного, а в дурном — возможное лучше действительного. Поэтому здоровье лучше, чем возможность здоровья, а возможность болезни лучше, чем сама болезнь. Также и возможность беды лучше, чем сама беда.

    — Пармено · книга
12. «

    Ведь зависть — неизлечимый недуг, когда вселится в человека; этот постоялец всегда в тягость своей гостинице и расплачивается чужим горем.

    Ведь зависть — неизлечимый недуг, когда вселится в человека; этот постоялец всегда в тягость своей гостинице и расплачивается чужим горем.

    — Тристан · книга
13. «

    Время все смягчит, все покажется сносным, как ни трудно было вначале. Нет такой раны, чтобы со временем боль не поутихла, нет такого наслаждения, чтобы от давности не уменьшилось. Добро и зло, богатство и нужда, счастье и горе — все со временем теряет ту силу, которая бурлила вначале. А восторги и пылкие желания, они-то уж едва пережиты, сразу позабыты. Каждый день мы видим и слышим какую-нибудь новость, проходим и оставляем ее позади. От времени она становится маленькой, незначительной. Как сильно ты удивишься, если услышишь о землетрясении или о чем-либо подобном, а разве ты тотчас не забудешь этого? Или же сообщат: река замерзла, слепой прозрел, умер твой отец, туда-то ударила молния, Гранада взята, король сегодня прибудет, турки побиты, завтра затмение, мост снесло, такой-то стал епископом, Педро обокрали, Инес удавилась. Разве через три дня или при следующей встрече кто-нибудь еще будет этому удивляться? Так и все на свете — все проходит, все забывается, все остается позади.

    Время все смягчит, все покажется сносным, как ни трудно было вначале. Нет такой раны, чтобы со временем боль не поутихла, нет такого наслаждения, чтобы от давности не уменьшилось. Добро и зло, богатство и нужда, счастье и горе — все со временем теряет ту силу, которая бурлила вначале. А восторги и пылкие желания, они-то уж едва пережиты, сразу позабыты. Каждый день мы видим и слышим какую-нибудь новость, проходим и оставляем ее позади. От времени она становится маленькой, незначительной. Как сильно ты удивишься, если услышишь о землетрясении или о чем-либо подобном, а разве ты тотчас не забудешь этого? Или же сообщат: река замерзла, слепой прозрел, умер твой отец, туда-то ударила молния, Гранада взята, король сегодня прибудет, турки побиты, завтра затмение, мост снесло, такой-то стал епископом, Педро обокрали, Инес удавилась. Разве через три дня или при следующей встрече кто-нибудь еще будет этому удивляться? Так и все на свете — все проходит, все забывается, все остается позади.

    — Семпронио · книга
14. «

    Нетерпение — верная примета влюбленного! Любая задержка для него — мука. Всякая отсрочка — не по вкусу. Он хотел бы в один миг осуществить все свои желания, чтоб они исполнились, еще не зародившись.

    Нетерпение — верная примета влюбленного! Любая задержка для него — мука. Всякая отсрочка — не по вкусу. Он хотел бы в один миг осуществить все свои желания, чтоб они исполнились, еще не зародившись.

    — Селестина · книга
15. «

    Безумен, сеньора, тот путник, который, устав от дневных трудов, захочет сызнова проделать весь путь и вторично прийти к той же цели; лучше уж терпеть зло, чем его ждать; конец тем ближе, чем дальше начало. Усталому путнику всего милее и приятнее постоялый двор. Поэтому хоть молодость и радостна, праведный старец ее не жаждет. Лишь безмозглый дурак стремится к тому, что потеряно.

    Безумен, сеньора, тот путник, который, устав от дневных трудов, захочет сызнова проделать весь путь и вторично прийти к той же цели; лучше уж терпеть зло, чем его ждать; конец тем ближе, чем дальше начало. Усталому путнику всего милее и приятнее постоялый двор. Поэтому хоть молодость и радостна, праведный старец ее не жаждет. Лишь безмозглый дурак стремится к тому, что потеряно.

    — Селестина · книга
16. «

    Право, из двух крайностей худшая — ставить себя ниже, чем заслуживаешь, а не заноситься выше, чем следует.

    Право, из двух крайностей худшая — ставить себя ниже, чем заслуживаешь, а не заноситься выше, чем следует.

    — Семпронио · книга
17. «

    На каждый путь приходятся три плохие мили. Благополучие, слава и покой убегают от богатых через коварные стоки, облицованные лестью. Тот богат, кто живет в мире с богом. Лучше вызывать презрение, чем внушать страх. Крепче спит бедняк, нежели тот, кого тревожит мысль, как бы не лишиться добра, трудом нажитого.

    На каждый путь приходятся три плохие мили. Благополучие, слава и покой убегают от богатых через коварные стоки, облицованные лестью. Тот богат, кто живет в мире с богом. Лучше вызывать презрение, чем внушать страх. Крепче спит бедняк, нежели тот, кого тревожит мысль, как бы не лишиться добра, трудом нажитого.

    — Селестина · книга
18. «

    Найди в себе мужество снести горе, раз хватило смелости наслаждаться любовью.

    Найди в себе мужество снести горе, раз хватило смелости наслаждаться любовью.

    — Лукресия · книга