20 цитат из книги «Фернандо де Рохас. Селестина» для размышлений

Ниже 20 цитат из книги «Фернандо де Рохас. Селестина»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Посвящать всех в свое дело — значит, лишать его невинности.

   Посвящать всех в свое дело — значит, лишать его невинности.

   — Селестина · книга
2. «

   Всем верить — крайность, а никому — заблуждение.

   Всем верить — крайность, а никому — заблуждение.

   — Селестина · книга
3. «

   Прослыть трусливой хуже, чем понести кару, выполнив обещанное, а удача сопутствует храброму.

   Прослыть трусливой хуже, чем понести кару, выполнив обещанное, а удача сопутствует храброму.

   — Селестина · книга
4. «

   Право, из двух крайностей худшая — ставить себя ниже, чем заслуживаешь, а не заноситься выше, чем следует.

   Право, из двух крайностей худшая — ставить себя ниже, чем заслуживаешь, а не заноситься выше, чем следует.

   — Семпронио · книга
5. «

   Нетерпение — верная примета влюбленного! Любая задержка для него — мука. Всякая отсрочка — не по вкусу. Он хотел бы в один миг осуществить все свои желания, чтоб они исполнились, еще не зародившись.

   Нетерпение — верная примета влюбленного! Любая задержка для него — мука. Всякая отсрочка — не по вкусу. Он хотел бы в один миг осуществить все свои желания, чтоб они исполнились, еще не зародившись.

   — Селестина · книга
6. «

   Безумен, сеньора, тот путник, который, устав от дневных трудов, захочет сызнова проделать весь путь и вторично прийти к той же цели; лучше уж терпеть зло, чем его ждать; конец тем ближе, чем дальше начало. Усталому путнику всего милее и приятнее постоялый двор. Поэтому хоть молодость и радостна, праведный старец ее не жаждет. Лишь безмозглый дурак стремится к тому, что потеряно.

   Безумен, сеньора, тот путник, который, устав от дневных трудов, захочет сызнова проделать весь путь и вторично прийти к той же цели; лучше уж терпеть зло, чем его ждать; конец тем ближе, чем дальше начало. Усталому путнику всего милее и приятнее постоялый двор. Поэтому хоть молодость и радостна, праведный старец ее не жаждет. Лишь безмозглый дурак стремится к тому, что потеряно.

   — Селестина · книга
7. «

   Часто рассудок управляет делами по своей воле, хоть он и не изменяет действительность, но успокаивает наши чувства и направляет суждения.

   Часто рассудок управляет делами по своей воле, хоть он и не изменяет действительность, но успокаивает наши чувства и направляет суждения.

   — Семпронио · книга
8. «

   Ведь если человек, желая наслаждений, осквернит добродетель, он все же не должен оскорблять ее в других.

   Ведь если человек, желая наслаждений, осквернит добродетель, он все же не должен оскорблять ее в других.

   — Пармено · книга
9. «

   Хвалу и благодарность заслуживает не тот, кто получает, а тот, кто дает.

   Хвалу и благодарность заслуживает не тот, кто получает, а тот, кто дает.

   — Пармено · книга
10. «

    Не давай сорнякам расти во ржи, а подозрениям — в сердце друга.

    Не давай сорнякам расти во ржи, а подозрениям — в сердце друга.

    — Семпронио · книга
11. «

    Разум и наблюдательность — залог опытности.

    Разум и наблюдательность — залог опытности.

    — Пармено · книга
12. «

    Кто бросается во все стороны, никуда не приходит. Не впрок еда тому, кто ест на ходу; нет вредней для здоровья, чем разносолы, новшества и перемены в пище; никогда не заживет рана, если ее пользуют различными снадобьями; не может выправиться растение, если его часто пересаживают.

    Кто бросается во все стороны, никуда не приходит. Не впрок еда тому, кто ест на ходу; нет вредней для здоровья, чем разносолы, новшества и перемены в пище; никогда не заживет рана, если ее пользуют различными снадобьями; не может выправиться растение, если его часто пересаживают.

    — Селестина · книга
13. «

    Разве отличались бы скромные девицы от похотливых девок, кабы отвечали «да» на первое же предложение, если кто их полюбит. Нет, когда любовное пламя сжигает и пожирает их, они спасаются холодностью, спокойствием осанки, тихой уклончивостью, ровностью духа, целомудрием суждений и такими едкими речами, что их собственный язык дивится великому своему терпению, когда его принуждают говорить обратное тому, что чувствует сердце.

    Разве отличались бы скромные девицы от похотливых девок, кабы отвечали «да» на первое же предложение, если кто их полюбит. Нет, когда любовное пламя сжигает и пожирает их, они спасаются холодностью, спокойствием осанки, тихой уклончивостью, ровностью духа, целомудрием суждений и такими едкими речами, что их собственный язык дивится великому своему терпению, когда его принуждают говорить обратное тому, что чувствует сердце.

    — Селестина · книга
14. «

    Добро не радует, коли им не поделишься.

    Добро не радует, коли им не поделишься.

    — Селестина · книга
15. «

    Нет худшей заразы, чем домашний враг!

    Нет худшей заразы, чем домашний враг!

    — Пармено · книга
16. «

    Лучше скажи как взрослый: судьба помогает смелым.

    Лучше скажи как взрослый: судьба помогает смелым.

    — Селестина · книга
17. «

    Когда сердце в плену у отчаяния, слух не внемлет советам, и утешения в такой час не успокаивают, а разжигают страсть.

    Когда сердце в плену у отчаяния, слух не внемлет советам, и утешения в такой час не успокаивают, а разжигают страсть.

    — Мелибея · книга
18. «

    Все равно, в хорошем действительное лучше возможного, а в дурном — возможное лучше действительного. Поэтому здоровье лучше, чем возможность здоровья, а возможность болезни лучше, чем сама болезнь. Также и возможность беды лучше, чем сама беда.

    Все равно, в хорошем действительное лучше возможного, а в дурном — возможное лучше действительного. Поэтому здоровье лучше, чем возможность здоровья, а возможность болезни лучше, чем сама болезнь. Также и возможность беды лучше, чем сама беда.

    — Пармено · книга
19. «

    Что сказать тебе, сынок, о достоинствах хорошего друга? Нет ничего более ценного и более редкого: он поможет снести любое бремя.

    Что сказать тебе, сынок, о достоинствах хорошего друга? Нет ничего более ценного и более редкого: он поможет снести любое бремя.

    — Селестина · книга
20. «

    Сеньор, плоха та преданность, которая, боясь наказания, становится лестью, а особенно если льстишь хозяину, у кого страдание или страсть отняли природный здравый смысл.

    Сеньор, плоха та преданность, которая, боясь наказания, становится лестью, а особенно если льстишь хозяину, у кого страдание или страсть отняли природный здравый смысл.

    — Пармено · книга