29 цитат из книги «Франц Кафка. Процесс» — читать онлайн

Собрали 29 цитат из книги «Франц Кафка. Процесс» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ты всегда был нашей гордостью, ты не можешь стать нашим позором!

   Ты всегда был нашей гордостью, ты не можешь стать нашим позором!
2. «

   В этой женщине для него было что-то по-настоящему соблазнительное, и он не находил никаких оснований противиться этому соблзну.

   В этой женщине для него было что-то по-настоящему соблазнительное, и он не находил никаких оснований противиться этому соблзну.
3. «

   Я только тогда пугаюсь опасности, когда считаю нужным.

   Я только тогда пугаюсь опасности, когда считаю нужным.
4. «

   Как же тут, при абсолютной бессмысленности всей системы в целом, избежать самой страшной коррупции чиновников? Это недостижимо, тут даже самый высокий судья не останется честным.

   Как же тут, при абсолютной бессмысленности всей системы в целом, избежать самой страшной коррупции чиновников? Это недостижимо, тут даже самый высокий судья не останется честным.

   — Йозеф К. · книга
5. «

   — Если уж судьи выдвинули обвинение, значит, они твёрдо уверены в вине обвиняемого, и в этом их переубедить очень трудно. — Трудно? Если бы я всех этих судей написал тут, на холсте, и вы бы стали защищаться перед этими холстами, вы бы достигли больших успехов, чем защищаясь перед настоящим судом.

   — Если уж судьи выдвинули обвинение, значит, они твёрдо уверены в вине обвиняемого, и в этом их переубедить очень трудно. — Трудно? Если бы я всех этих судей написал тут, на холсте, и вы бы стали защищаться перед этими холстами, вы бы достигли больших успехов, чем защищаясь перед настоящим судом.
6. «

   Даже просто сидеть и ждать – страшное напряжение.

   Даже просто сидеть и ждать – страшное напряжение.
7. «

   Как собака, — сказал он так, как будто этому позору суждено было пережить его.

   Как собака, — сказал он так, как будто этому позору суждено было пережить его.
8. «

   Правильное восприятие явления и неправильное его толкование никогда полностью взаимно не исключаются.

   Правильное восприятие явления и неправильное его толкование никогда полностью взаимно не исключаются.
9. «

   Суду ничего от тебя не нужно. Суд принимает тебя, когда ты приходишь, и отпускает, когда ты уходишь.

   Суду ничего от тебя не нужно. Суд принимает тебя, когда ты приходишь, и отпускает, когда ты уходишь.

   — Священник · книга
10. «

    Эта оценка даже зрителя унижала.

    Эта оценка даже зрителя унижала.
11. «

    Не обращай ни на кого внимания, делай, как считаешь правильным.

    Не обращай ни на кого внимания, делай, как считаешь правильным.
12. «

    Бывают случаи, когда приговор можно вдруг услыхать неожиданно, от кого угодно, когда угодно.

    Бывают случаи, когда приговор можно вдруг услыхать неожиданно, от кого угодно, когда угодно.
13. «

    Я даже не могу вам сказать, что вы в чем-то обвиняетесь, вернее, мне об этом ничего не известно. Да, вы арестованы, это верно, но больше я ничего не знаю. Может быть, вам стража чего-нибудь наболтала, но все это пустая болтовня. И не кричите вы так о своей невиновности.

    Я даже не могу вам сказать, что вы в чем-то обвиняетесь, вернее, мне об этом ничего не известно. Да, вы арестованы, это верно, но больше я ничего не знаю. Может быть, вам стража чего-нибудь наболтала, но все это пустая болтовня. И не кричите вы так о своей невиновности.

    — Инспектор · книга
14. «

    Он вдруг осознал всю бессмысленность сопротивления. Ничего героического не будет в том, что он вдруг станет сопротивляться, доставит этим господам лишние хлопоты, попытается в самообороне ощутить напоследок хоть какую-то видимость жизни.

    Он вдруг осознал всю бессмысленность сопротивления. Ничего героического не будет в том, что он вдруг станет сопротивляться, доставит этим господам лишние хлопоты, попытается в самообороне ощутить напоследок хоть какую-то видимость жизни.
15. «

    Дело в том, что все судопроизводство является тайной не только для общественности, но и для самого обвиняемого. Но самым важным являются личные связи адвоката, в них-то и кроется основная ценность защиты. По настоящему ценными являются только честные личные знакомства, главным образом с высшими чиновниками; конечно, речь идет хоть и о высших чиновниках, но низшей категории.

    Дело в том, что все судопроизводство является тайной не только для общественности, но и для самого обвиняемого. Но самым важным являются личные связи адвоката, в них-то и кроется основная ценность защиты. По настоящему ценными являются только честные личные знакомства, главным образом с высшими чиновниками; конечно, речь идет хоть и о высших чиновниках, но низшей категории.
16. «

    Каким бы он нам ни казался, он слуга Закона, а значит причастен к Закону, значит суду человеческому не подлежит.

    Каким бы он нам ни казался, он слуга Закона, а значит причастен к Закону, значит суду человеческому не подлежит.

    — Священник · книга
17. «

    Сам Свод законов неизменен, и все толкования только выражают мнение тех, кого это приводит в отчаяние.

    Сам Свод законов неизменен, и все толкования только выражают мнение тех, кого это приводит в отчаяние.
18. «

    Иногда оковы лучше свободы.

    Иногда оковы лучше свободы.
19. «

    И внезапно К. понял, что должен был бы схватить нож, который передавали из рук в руки над его головой, и вонзить его в себя. Но он этого не сделал, только повернул еще не тронутую шею и посмотрел вокруг. Он не смог выполнить свой долг до конца и снять с властей всю работу, но отвечает за эту последнюю ошибку тот, кто отказал ему в последней капле нужной для этого силы.

    И внезапно К. понял, что должен был бы схватить нож, который передавали из рук в руки над его головой, и вонзить его в себя. Но он этого не сделал, только повернул еще не тронутую шею и посмотрел вокруг. Он не смог выполнить свой долг до конца и снять с властей всю работу, но отвечает за эту последнюю ошибку тот, кто отказал ему в последней капле нужной для этого силы.

    — Йозеф К. · книга
20. «

    Странно, – сказала фройляйн Бюрстнер, – странно, что мне приходится запрещать вам именно то, что вы сами должны были бы запретить себе.

    Странно, – сказала фройляйн Бюрстнер, – странно, что мне приходится запрещать вам именно то, что вы сами должны были бы запретить себе.