43 цитаты из книги «Французская новелла возрождения» — коротко и по делу

Ниже 43 цитаты из книги «Французская новелла возрождения»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Если бы мужчины не женились, то ничто не мешало бы им достигать полного счастья. Недаром в народе говорят, когда приходит время женить молодого парня: пора надеть на него хомут. Сказать правду, мы воспарили бы к небесам, если бы этот хомут нас не удерживал.

   Если бы мужчины не женились, то ничто не мешало бы им достигать полного счастья. Недаром в народе говорят, когда приходит время женить молодого парня: пора надеть на него хомут. Сказать правду, мы воспарили бы к небесам, если бы этот хомут нас не удерживал.

   — Жак Ивер · книга
2. «

   Страшнее всего бывает зло, которое ото всех скрыто.

   Страшнее всего бывает зло, которое ото всех скрыто.

   — Жебюрон · книга
3. «

   В городе Сарагосе жил богатый купец, который, предчувствуя близкий конец и видя, что ему не унести с собой всех своих богатств, нажитых, быть может, нечистыми сделками, решил, что если он умилостивит господа каким-нибудь даром, ему после смерти отпустятся кое-какие грехи. Как будто милость господню можно купить за деньги!

   В городе Сарагосе жил богатый купец, который, предчувствуя близкий конец и видя, что ему не унести с собой всех своих богатств, нажитых, быть может, нечистыми сделками, решил, что если он умилостивит господа каким-нибудь даром, ему после смерти отпустятся кое-какие грехи. Как будто милость господню можно купить за деньги!

   — Номерфида · книга
4. «

   Женщину добрую, кроткую и простодушную обмануть легче, чем лукавую и хитрую.

   Женщину добрую, кроткую и простодушную обмануть легче, чем лукавую и хитрую.

   — Симонто · книга
5. «

   Нет на свете ничего такого, чего нельзя было бы рассказать пристойным образом.

   Нет на свете ничего такого, чего нельзя было бы рассказать пристойным образом.

   — Эннасюита · книга
6. «

   Честь мужская и женская — вещи совершенно различные.

   Честь мужская и женская — вещи совершенно различные.

   — Дама · книга
7. «

   Чрез меру самонадеян человек, думающий найти непорочную женщину: такое чудо встречается реже, чем единственный в своем роде Феникс.

   Чрез меру самонадеян человек, думающий найти непорочную женщину: такое чудо встречается реже, чем единственный в своем роде Феникс.

   — Жак Ивер · книга
8. «

   Она, будучи женщиной крайне благочестивой, довольствовалась тем, что видит его и говорит с ним, чем всегда довольствуется любовь, если она высока и чиста.

   Она, будучи женщиной крайне благочестивой, довольствовалась тем, что видит его и говорит с ним, чем всегда довольствуется любовь, если она высока и чиста.

   — Сафредан · книга
9. «

   Чрезмерная любовь приводит к несчастью.

   Чрезмерная любовь приводит к несчастью.

   — Лонгарина · книга
10. «

    Причиной его слабоумия была одна шутка, сыгранная над ним несколькими весельчаками: они не дали ему спать целых одиннадцать ночей подряд, всаживая ему в ягодицы толстые булавки. А ведь это верный способ сделать человека дураком.

    Причиной его слабоумия была одна шутка, сыгранная над ним несколькими весельчаками: они не дали ему спать целых одиннадцать ночей подряд, всаживая ему в ягодицы толстые булавки. А ведь это верный способ сделать человека дураком.

    — Бонавантюр Деперье · книга
11. «

    Из всех дьяволов самый опасный тот, который является в образе ангела.

    Из всех дьяволов самый опасный тот, который является в образе ангела.

    — Парламанта · книга
12. «

    Оправдывать женщин тем, что у них нет сил устоять против подарков, которые им преподносят поклонники, это значит делать им гнусное, подлое и отвратительное обвинение. Скорее даже наоборот, женщины, у которых алчность одерживает победу над сердцем, хотя подарки и представляют собой самое сильное оружие, заслуживают сурового наказания.

    Оправдывать женщин тем, что у них нет сил устоять против подарков, которые им преподносят поклонники, это значит делать им гнусное, подлое и отвратительное обвинение. Скорее даже наоборот, женщины, у которых алчность одерживает победу над сердцем, хотя подарки и представляют собой самое сильное оружие, заслуживают сурового наказания.

    — Бонавантюр Деперье · книга
13. «

    Не столько он молился, сколько стол у него от всевозможной снеди ломился.

    Не столько он молился, сколько стол у него от всевозможной снеди ломился.
14. «

    Ежели самого обманщика обмануть, то от этого никому не становится хуже.

    Ежели самого обманщика обмануть, то от этого никому не становится хуже.

    — Симонто · книга
15. «

    Мы видим, как человек, намереваясь совершить добро, совершает вместо того столько зла.

    Мы видим, как человек, намереваясь совершить добро, совершает вместо того столько зла.

    — Уазиль · книга
16. «

    Тот, кто других поучает, сам зачастую ничего не умеет.

    Тот, кто других поучает, сам зачастую ничего не умеет.

    — Ноэль дю Файль · книга
17. «

    Царь Македонии, слыша добрую весть, всякий раз молил богов оставить его счастье без внимания и смягчить бедствие, которого ему теперь следует ждать.

    Царь Македонии, слыша добрую весть, всякий раз молил богов оставить его счастье без внимания и смягчить бедствие, которого ему теперь следует ждать.

    — Жак Ивер · книга
18. «

    Молодые люди охотно пускаются в странствия, и весело им наблюдать да и самим гоняться за мирскими приключениями.

    Молодые люди охотно пускаются в странствия, и весело им наблюдать да и самим гоняться за мирскими приключениями.

    — Монсеньор де ла Саль · книга
19. «

    Оказывая услугу добрым людям, ничего на том не теряешь, а пожалуй и наживешь.

    Оказывая услугу добрым людям, ничего на том не теряешь, а пожалуй и наживешь.

    — Господин де Виллье · книга
20. «

    Если в приближающихся к господу присутствует дух божий, противоположное происходит с теми, кто приближается к врагу рода человеческого. И самым настоящим скотом становится человек, которого покинул господь.

    Если в приближающихся к господу присутствует дух божий, противоположное происходит с теми, кто приближается к врагу рода человеческого. И самым настоящим скотом становится человек, которого покинул господь.

    — Уазиль · книга