84 цитаты из книги «Французская новелла возрождения»

Ниже 84 цитаты из книги «Французская новелла возрождения»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Следует вверить себя господу, ибо если господь не поддержит нас, мы непременно споткнемся.

   Следует вверить себя господу, ибо если господь не поддержит нас, мы непременно споткнемся.

   — Сафредан · книга
2. «

   В людях смиренных, скромных и заурядных пребывает поистине ангелическая мудрость.

   В людях смиренных, скромных и заурядных пребывает поистине ангелическая мудрость.

   — Номерфида · книга
3. «

   Коварство людей всегда остается таким, каким оно было, как и добродетель людей добрых. Покуда коварство и доброта будут царить на земле, всегда будет совершаться нечто новое, хотя и написано, что ничто не ново под солнцем.

   Коварство людей всегда остается таким, каким оно было, как и добродетель людей добрых. Покуда коварство и доброта будут царить на земле, всегда будет совершаться нечто новое, хотя и написано, что ничто не ново под солнцем.

   — Жебюрон · книга
4. «

   С иными людьми лучше вовсе не связываться, как говорится, не буди лиха, пока лихо спит.

   С иными людьми лучше вовсе не связываться, как говорится, не буди лиха, пока лихо спит.

   — Филипп де Виньёль · книга
5. «

   Как ни тяжек грех и как ни огорчаюсь я, когда мне приходится чем-либо оскорбить господа бога, грешить-то людям всегда приятно.

   Как ни тяжек грех и как ни огорчаюсь я, когда мне приходится чем-либо оскорбить господа бога, грешить-то людям всегда приятно.

   — Иркан · книга
6. «

   Должно быть, только тот и мудр, кто злейшим врагом своим почитает себя самого и кто не доверяет ни воле своей, ни разуму.

   Должно быть, только тот и мудр, кто злейшим врагом своим почитает себя самого и кто не доверяет ни воле своей, ни разуму.

   — Жебюрон · книга
7. «

   Тот, кто других поучает, сам зачастую ничего не умеет.

   Тот, кто других поучает, сам зачастую ничего не умеет.

   — Ноэль дю Файль · книга
8. «

   Говорится же: тароватому бог дает, а у скупого черт таскает.

   Говорится же: тароватому бог дает, а у скупого черт таскает.

   — Филипп де Виньёль · книга
9. «

   Невдалеке от большой и богатой деревни стояла и посей день стоит гора, где расположился на жилье некий, бог его знает какой, отшельник и, под сладостно-тенистым покровом лицемерия, творил всяческие чудеса, которые не дошли до общего сведения и всенародной огласки до тех пор, пока господь не захотел больше ни терпеть, ни допускать омерзительного надувательства.

   Невдалеке от большой и богатой деревни стояла и посей день стоит гора, где расположился на жилье некий, бог его знает какой, отшельник и, под сладостно-тенистым покровом лицемерия, творил всяческие чудеса, которые не дошли до общего сведения и всенародной огласки до тех пор, пока господь не захотел больше ни терпеть, ни допускать омерзительного надувательства.

   — монсеньор де Креки · книга
10. «

    А по-моему, на свете больше мужчин, обманутых женщинами, чем женщин, которых обманули мужчины.

    А по-моему, на свете больше мужчин, обманутых женщинами, чем женщин, которых обманули мужчины.

    — Симонто · книга
11. «

    Женщины настолько тщеславны, что удовлетвориться одним мужчиной они никогда не могут. Даже самые скромные из них охотно соглашаются иметь троих: одного для почета, другого для богатства и третьего для наслаждения. Причем каждый из троих думает, что его любят больше всех. В действительности же двое первых всегда служат третьему.

    Женщины настолько тщеславны, что удовлетвориться одним мужчиной они никогда не могут. Даже самые скромные из них охотно соглашаются иметь троих: одного для почета, другого для богатства и третьего для наслаждения. Причем каждый из троих думает, что его любят больше всех. В действительности же двое первых всегда служат третьему.

    — Сафредан · книга
12. «

    И зачем чуждаться радостей этого мира?

    И зачем чуждаться радостей этого мира?

    — Дама · книга
13. «

    Прошу всех вас запомнить главное: коли вы склонили свою даму к любви, не будьте столь же беспечны, как Гийом и Колетта, что оставили дверь отпертою, но крепко закройте ее на щеколду, чтобы не ходил да не бродил тут всяк, кому вздумается.

    Прошу всех вас запомнить главное: коли вы склонили свою даму к любви, не будьте столь же беспечны, как Гийом и Колетта, что оставили дверь отпертою, но крепко закройте ее на щеколду, чтобы не ходил да не бродил тут всяк, кому вздумается.

    — купец · книга
14. «

    Ежели самого обманщика обмануть, то от этого никому не становится хуже.

    Ежели самого обманщика обмануть, то от этого никому не становится хуже.

    — Симонто · книга
15. «

    Некоторые философы полагают, что больные счастливее здоровых: те ожидают выздоровления, а эти — болезней.

    Некоторые философы полагают, что больные счастливее здоровых: те ожидают выздоровления, а эти — болезней.

    — Жак Ивер · книга
16. «

    Кого можно назвать дураком? Можете назвать первым меня за мои рассказы, а я назову вторым дураком вас, за то, что вы меня слушаете.

    Кого можно назвать дураком? Можете назвать первым меня за мои рассказы, а я назову вторым дураком вас, за то, что вы меня слушаете.

    — Бонавантюр Деперье · книга
17. «

    Умным женам доверять нельзя: они всегда водят своих мужей за нос, то и дело вытягивают из них деньги, украшают их рогами или оказываются уж чересчур честными.

    Умным женам доверять нельзя: они всегда водят своих мужей за нос, то и дело вытягивают из них деньги, украшают их рогами или оказываются уж чересчур честными.

    — Бонавантюр Деперье · книга
18. «

    Нет яда опаснее, чем тот, который таит свою горечь под мнимой сладостью, и точно так же, всего гибельнее зло, прикрытое наружной добротой, ибо видимость благожелательства усыпляет нашу бдительность, а когда мы спохватываемся, бывает уже поздно.

    Нет яда опаснее, чем тот, который таит свою горечь под мнимой сладостью, и точно так же, всего гибельнее зло, прикрытое наружной добротой, ибо видимость благожелательства усыпляет нашу бдительность, а когда мы спохватываемся, бывает уже поздно.

    — Жак Ивер · книга
19. «

    Оправдывать женщин тем, что у них нет сил устоять против подарков, которые им преподносят поклонники, это значит делать им гнусное, подлое и отвратительное обвинение. Скорее даже наоборот, женщины, у которых алчность одерживает победу над сердцем, хотя подарки и представляют собой самое сильное оружие, заслуживают сурового наказания.

    Оправдывать женщин тем, что у них нет сил устоять против подарков, которые им преподносят поклонники, это значит делать им гнусное, подлое и отвратительное обвинение. Скорее даже наоборот, женщины, у которых алчность одерживает победу над сердцем, хотя подарки и представляют собой самое сильное оружие, заслуживают сурового наказания.

    — Бонавантюр Деперье · книга
20. «

    Ноши, которые достаются мужчинам и женщинам, часто совсем не одинаковы. Любовь женщины зиждется на благочестии и на благородстве. Любовь же большинства мужчин настолько явно зиждется на удовольствии, что, не зная об их дурных намерениях, женщины нередко заходят сами довольно далеко.

    Ноши, которые достаются мужчинам и женщинам, часто совсем не одинаковы. Любовь женщины зиждется на благочестии и на благородстве. Любовь же большинства мужчин настолько явно зиждется на удовольствии, что, не зная об их дурных намерениях, женщины нередко заходят сами довольно далеко.

    — Парламанта · книга