36 цитат из книги «Франсуа Рабле. Гаргантюа и Пантагрюэль» — от иронии до философии

Ниже 36 цитат из книги «Франсуа Рабле. Гаргантюа и Пантагрюэль»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Так не удивляйтесь же, что нам вечно грозит опасность стать рогоносцами: ведь мы не всегда имеем возможность ублаготворить женщину, удовлетворить ее вполне.

   Так не удивляйтесь же, что нам вечно грозит опасность стать рогоносцами: ведь мы не всегда имеем возможность ублаготворить женщину, удовлетворить ее вполне.

   — Рондибилис · книга
2. «

   — Перед вами первостатейный король. Я хочу сделать из него порядочного человека. Эти чертовы короли здесь у нас, на земле, — сущие ослы: ничего-то они не знают, ни на что не годны, только и умеют, что причинять зло несчастным подданным да ради своей беззаконной и мерзкой прихоти будоражить весь мир войнами. Я хочу приспособить его к делу — научу его торговать зеленым соусом. А ну, кричи: «Кому соусу зеленого?» Бедняга прокричал. — Низко взял, — заметил Панург и, схватив короля за ухо, принялся наставлять его: — Бери выше: соль-ре-до! Так, так! Недурная, черт побери, глотка! Право, только теперь, когда ты перестал быть королем, для тебя начнется счастливая жизнь.

   — Перед вами первостатейный король. Я хочу сделать из него порядочного человека. Эти чертовы короли здесь у нас, на земле, — сущие ослы: ничего-то они не знают, ни на что не годны, только и умеют, что причинять зло несчастным подданным да ради своей беззаконной и мерзкой прихоти будоражить весь мир войнами. Я хочу приспособить его к делу — научу его торговать зеленым соусом. А ну, кричи: «Кому соусу зеленого?» Бедняга прокричал. — Низко взял, — заметил Панург и, схватив короля за ухо, принялся наставлять его: — Бери выше: соль-ре-до! Так, так! Недурная, черт побери, глотка! Право, только теперь, когда ты перестал быть королем, для тебя начнется счастливая жизнь.

   — Панург · книга
3. «

   Согласно истинной военной науке никогда не следует доводить врага до крайности: если он удручен и изнеможен, то отчаяние придает ему сил и вселяет в него бодрость, ибо отнять у людей растерявшихся и измученных всякую надежду на спасение — значит наделить их спасительнейшим средством. Сколько побед было вырвано побежденными из рук победителей единственно потому, что победители наперекор здравому смыслу стремились к полному и окончательному уничтожению и истреблению врага, не думая о том, что следует хоть кого-нибудь оставить в живых, чтобы было кому явиться вестником их победы! Всегда оставляйте неприятелю все ворота и дороги открытыми, сооружайте ему серебряный мост, чтобы облегчить отступление.

   Согласно истинной военной науке никогда не следует доводить врага до крайности: если он удручен и изнеможен, то отчаяние придает ему сил и вселяет в него бодрость, ибо отнять у людей растерявшихся и измученных всякую надежду на спасение — значит наделить их спасительнейшим средством. Сколько побед было вырвано побежденными из рук победителей единственно потому, что победители наперекор здравому смыслу стремились к полному и окончательному уничтожению и истреблению врага, не думая о том, что следует хоть кого-нибудь оставить в живых, чтобы было кому явиться вестником их победы! Всегда оставляйте неприятелю все ворота и дороги открытыми, сооружайте ему серебряный мост, чтобы облегчить отступление.

   — Гаргантюа · книга
4. «

   Персы были правы, утверждая, что второй порок — лгать, а первый — быть должным.

   Персы были правы, утверждая, что второй порок — лгать, а первый — быть должным.

   — Пантагрюэль · книга
5. «

   Единственное средство от беспрерывной женской болтовни — это глухота мужа.

   Единственное средство от беспрерывной женской болтовни — это глухота мужа.

   — Эпистемон · книга
6. «

   Ибо все сокровища, над коими раскинулся небесный свод и которые таит в себе земля, в каком бы измерении ее ни взять: в высоту, в глубину, в ширину или же в длину, не стоят того, чтобы из-за них волновалось наше сердце, приходили в смятение наши чувства и разум.

   Ибо все сокровища, над коими раскинулся небесный свод и которые таит в себе земля, в каком бы измерении ее ни взять: в высоту, в глубину, в ширину или же в длину, не стоят того, чтобы из-за них волновалось наше сердце, приходили в смятение наши чувства и разум.
7. «

   Кто терпеливо ждет, тому всегда бывает награда.

   Кто терпеливо ждет, тому всегда бывает награда.

   — Панург · книга
8. «

   Все, что мы собой представляем и что мы имеем, состоит из трех вещей: из души, тела и нашего достояния.

   Все, что мы собой представляем и что мы имеем, состоит из трех вещей: из души, тела и нашего достояния.

   — Пантагрюэль · книга
9. «

   В Евангелии от Иоанна, глава шестнадцатая, наш Спаситель говорит: «Женщина, когда рождает, терпит скорбь, но когда родит младенца, уже не помнит скорби».

   В Евангелии от Иоанна, глава шестнадцатая, наш Спаситель говорит: «Женщина, когда рождает, терпит скорбь, но когда родит младенца, уже не помнит скорби».

   — Грангузье · книга
10. «

    Считать часы — это самая настоящая потеря времени.

    Считать часы — это самая настоящая потеря времени.

    — Гаргантюа · книга
11. «

    Прав был мудрец Фалес, который на вопрос египетского царя Амазиса, что на свете разумнее всего, ответил «Время», ибо только время открывало и будет открывать все сокровенное, и вот почему древние называли Сатурна, то есть Время отцом Истины, Истину же — дочерью Времени.

    Прав был мудрец Фалес, который на вопрос египетского царя Амазиса, что на свете разумнее всего, ответил «Время», ибо только время открывало и будет открывать все сокровенное, и вот почему древние называли Сатурна, то есть Время отцом Истины, Истину же — дочерью Времени.

    — Бакбук · книга
12. «

    Если время все на свете разрушает и умаляет, то добрые дела оно возвеличивает и приумножает, оттого, что благодеяние, щедрою рукою оказанное человеку справедливому, беспрерывно возрастает усилиями благородного его ума и памати.

    Если время все на свете разрушает и умаляет, то добрые дела оно возвеличивает и приумножает, оттого, что благодеяние, щедрою рукою оказанное человеку справедливому, беспрерывно возрастает усилиями благородного его ума и памати.

    — Гаргантюа · книга
13. «

    В тишине и покое душа обретает мудрость.

    В тишине и покое душа обретает мудрость.

    — Пантагрюэль · книга
14. «

    Возьмите два противоположных понятия: радость и печаль, затем еще два: белое и черное, ибо они противоположны по своим физическим свойствам; так вот, если черное означает горе, то белое на том же самом основании означает радость.

    Возьмите два противоположных понятия: радость и печаль, затем еще два: белое и черное, ибо они противоположны по своим физическим свойствам; так вот, если черное означает горе, то белое на том же самом основании означает радость.
15. «

    Что плохого в том, чтобы учиться и всегда набираться знаний, хотя бы от дурака?

    Что плохого в том, чтобы учиться и всегда набираться знаний, хотя бы от дурака?

    — Пантагрюэль · книга
16. «

    Философы поймут, что все их знания, равно как и знания их предшественников, составляют лишь ничтожную часть того, что есть и чего они еще не знают.

    Философы поймут, что все их знания, равно как и знания их предшественников, составляют лишь ничтожную часть того, что есть и чего они еще не знают.

    — Бакбук · книга
17. «

    Женись, вступать не вздумай в брак, Женившись, угадаешь в рай. Но коль не женишься, то знай, Что был ты вовсе не дурак.

    Женись, вступать не вздумай в брак, Женившись, угадаешь в рай. Но коль не женишься, то знай, Что был ты вовсе не дурак.

    — Старик · книга
18. «

    Разве ночь не зловеща, не печальна и не уныла? А ведь она темна и мрачна. Разве вся природа не радуется свету? А ведь нет ничего белее его.

    Разве ночь не зловеща, не печальна и не уныла? А ведь она темна и мрачна. Разве вся природа не радуется свету? А ведь нет ничего белее его.
19. «

    Приговоры Судьбы и Фортуны обжалованию не подлежат. Дело состоит в том, что Фортуна не признает над собой высшей инстанции, куда бы можно было обратиться с жалобой.

    Приговоры Судьбы и Фортуны обжалованию не подлежат. Дело состоит в том, что Фортуна не признает над собой высшей инстанции, куда бы можно было обратиться с жалобой.

    — Пантагрюэль · книга
20. «

    Когда сей год свершит свое теченье, На землю снидут мир и тишина. Исчезнут грубость, злость и оскорбленья, А честность будет вознаграждена, И радость, что была возвещена Насельникам небес, взойдет на башню, И волей царственного скакуна Восторжествует мученик вчерашний.

    Когда сей год свершит свое теченье, На землю снидут мир и тишина. Исчезнут грубость, злость и оскорбленья, А честность будет вознаграждена, И радость, что была возвещена Насельникам небес, взойдет на башню, И волей царственного скакуна Восторжествует мученик вчерашний.