Подборка из книги: 69 цитат — «Фредрик Бакман. Здесь была Бритт-Мари»

Ниже 69 цитат из книги «Фредрик Бакман. Здесь была Бритт-Мари»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Этой семье выпало больше несчастий, чем положено по справедливости — если где-то ведется такой учет.

   Этой семье выпало больше несчастий, чем положено по справедливости — если где-то ведется такой учет.

   — Свен · книга
2. «

   Из-за финансового кризиса хорошие люди могут впасть в отчаяние, а отчаяние толкает людей на глупости.

   Из-за финансового кризиса хорошие люди могут впасть в отчаяние, а отчаяние толкает людей на глупости.

   — Свен · книга
3. «

   Непонятно, как быть, когда за тебя заступаются. Потому что непривычно.

   Непонятно, как быть, когда за тебя заступаются. Потому что непривычно.

   — Бритт-Мари · книга
4. «

   Не обращай внимания — и ты победитель в этом мире.

   Не обращай внимания — и ты победитель в этом мире.

   — Бритт-Мари · книга
5. «

   Людей ведь хлебом не корми — дай поосуждать других.

   Людей ведь хлебом не корми — дай поосуждать других.

   — Бритт-Мари · книга
6. «

   Финансовый кризис. Все в долгах. И никто не знает, кто кому должен. У правительства это, как его? Госдолг! Все правительства в долгах. Все люди в долгах. И никто не знает, кто кому должен. Найти бы того черта, у которого все деньги и, знаешь, вытащить из него!

   Финансовый кризис. Все в долгах. И никто не знает, кто кому должен. У правительства это, как его? Госдолг! Все правительства в долгах. Все люди в долгах. И никто не знает, кто кому должен. Найти бы того черта, у которого все деньги и, знаешь, вытащить из него!

   — Личность · книга
7. «

   Несколько лет превратились в десятилетия, а десятилетия в целую жизнь. У лет это обычное дело. Не то чтобы Бритт-Мари отказывалась от собственных ожиданий. Просто однажды утром она проснулась и поняла, что ждать больше нечего. Вышел пшик.

   Несколько лет превратились в десятилетия, а десятилетия в целую жизнь. У лет это обычное дело. Не то чтобы Бритт-Мари отказывалась от собственных ожиданий. Просто однажды утром она проснулась и поняла, что ждать больше нечего. Вышел пшик.
8. «

   Какая удивительная власть у мест, где ты никогда не был.

   Какая удивительная власть у мест, где ты никогда не был.
9. «

   Банк покинула парковку в облаке худших слов, когда-либо слышанных Бритт-Мари. Бритт-Мари даже вообразить не могла подобных комбинаций из названий половых органов и прочих частей тела. В кроссвордах таких сочетаний не встречается.

   Банк покинула парковку в облаке худших слов, когда-либо слышанных Бритт-Мари. Бритт-Мари даже вообразить не могла подобных комбинаций из названий половых органов и прочих частей тела. В кроссвордах таких сочетаний не встречается.
10. «

    Зима – тяжёлое время, и для балконных цветов, и для Бритт-Мари. Молчание – вот с чем труднее всего справиться, потому что если все кругом молчат, то никто не узнает, есть ты или уже нет. А зима – это время молчания: стужа отделяет людей друг от друга, лишает мир звуков.

    Зима – тяжёлое время, и для балконных цветов, и для Бритт-Мари. Молчание – вот с чем труднее всего справиться, потому что если все кругом молчат, то никто не узнает, есть ты или уже нет. А зима – это время молчания: стужа отделяет людей друг от друга, лишает мир звуков.
11. «

    О местах вроде Борга Бритт-Мари слышала от матери, будто они «за гранью добра и зла», потому что о сельской местности и ее жителях мать Бритт-Мари была именно такого мнения.

    О местах вроде Борга Бритт-Мари слышала от матери, будто они «за гранью добра и зла», потому что о сельской местности и ее жителях мать Бритт-Мари была именно такого мнения.
12. «

    - Вино любишь, Бритт? - Нет, — ответила Бритт-Мари, не потому что она не любила вина, а потому что, если ответишь «я люблю вино», люди сделают вывод, что ты алкоголик.

    - Вино любишь, Бритт? - Нет, — ответила Бритт-Мари, не потому что она не любила вина, а потому что, если ответишь «я люблю вино», люди сделают вывод, что ты алкоголик.
13. «

    Цивилизованные люди, которые живут как положено, тюрем обычно не посещают.

    Цивилизованные люди, которые живут как положено, тюрем обычно не посещают.

    — Бритт-Мари · книга
14. «

    Как трудно, когда ты остался один, если всю жизнь существовал для кого-то другого.

    Как трудно, когда ты остался один, если всю жизнь существовал для кого-то другого.

    — Бритт-Мари · книга
15. «

    Люди должны окупаться.

    Люди должны окупаться.

    — Личность · книга
16. «

    Смерть — крайний случай бессилия. Бессилие — крайний случай отчаяния.

    Смерть — крайний случай бессилия. Бессилие — крайний случай отчаяния.
17. «

    Я хочу, чтоб ты знала, Бритт-Мари: каждый раз, когда в мою дверь кто-нибудь постучит, я буду надеяться, что это ты.

    Я хочу, чтоб ты знала, Бритт-Мари: каждый раз, когда в мою дверь кто-нибудь постучит, я буду надеяться, что это ты.

    — Свен · книга
18. «

    Любовь к футболу — как и всякая другая любовь: непонятно, как можно без нее прожить.

    Любовь к футболу — как и всякая другая любовь: непонятно, как можно без нее прожить.

    — Свен · книга
19. «

    Несколько мгновений. Шансы пережить хоть одно из них у человека – любого человека – исчезающе малы. На то, чтобы оторваться от времени и нырнуть в пространство. Чтобы потерять голову от любви. Взорваться от страсти. У детей этих шансов несколько больше – они те избранные, кому это дано. А потом? Сколько вдохов и выдохов мы сделаем, не помня себя? Сколько чистых чувств заставят нас ликовать откровенно и не стыдясь? Сколько у нас шансов на благодать беспамятства? Страсть – как детство. Она банальна и наивна. Ей нельзя научиться, она – инстинкт, она накатывает сама. Переворачивает нас. Увлекает с собой. Все прочие чувства родом с Земли, а страсть – из космоса. Тем она и ценна: она ничего нам не даёт, но позволяет рискнуть. Забыть о приличиях. Не побояться непонимания окружающих, снисходительно покачивающих головами.

    Несколько мгновений. Шансы пережить хоть одно из них у человека – любого человека – исчезающе малы. На то, чтобы оторваться от времени и нырнуть в пространство. Чтобы потерять голову от любви. Взорваться от страсти. У детей этих шансов несколько больше – они те избранные, кому это дано. А потом? Сколько вдохов и выдохов мы сделаем, не помня себя? Сколько чистых чувств заставят нас ликовать откровенно и не стыдясь? Сколько у нас шансов на благодать беспамятства? Страсть – как детство. Она банальна и наивна. Ей нельзя научиться, она – инстинкт, она накатывает сама. Переворачивает нас. Увлекает с собой. Все прочие чувства родом с Земли, а страсть – из космоса. Тем она и ценна: она ничего нам не даёт, но позволяет рискнуть. Забыть о приличиях. Не побояться непонимания окружающих, снисходительно покачивающих головами.
20. «

    «Проклятые бандиты», — говорил Кент, возлагая на них ответственность за все. За уличную преступность, за высокие налоги, за карманные кражи, за надписи в общественных туалетах, за чартерные гостиницы, где все шезлонги оказывались заняты, когда Кент спускался к бассейну, — всему этому причиной были бандиты. А что, удобно — всегда есть кому предъявить претензии, но при этом — никому конкретно.

    «Проклятые бандиты», — говорил Кент, возлагая на них ответственность за все. За уличную преступность, за высокие налоги, за карманные кражи, за надписи в общественных туалетах, за чартерные гостиницы, где все шезлонги оказывались заняты, когда Кент спускался к бассейну, — всему этому причиной были бандиты. А что, удобно — всегда есть кому предъявить претензии, но при этом — никому конкретно.