179 цитат из книги «Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Ночь нежна» с глубоким смыслом

Ниже 179 цитат из книги «Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Ночь нежна»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Моя любезность — парадокс моего душевного склада.

   Моя любезность — парадокс моего душевного склада.
2. «

   С высоты все на земле казалось просто, как просто все при игре в куклы или солдатики, даже если это игра в войну. Так, должно быть смотрят на мир отставные полководцы и государственные деятели, да и рядовые люди, удалившиеся от дел.

   С высоты все на земле казалось просто, как просто все при игре в куклы или солдатики, даже если это игра в войну. Так, должно быть смотрят на мир отставные полководцы и государственные деятели, да и рядовые люди, удалившиеся от дел.
3. «

   Сюда, в этот уголок Европы, стекаются люди не столько из-за красот, сколько потому, что здесь им не задают нескромных вопросов.

   Сюда, в этот уголок Европы, стекаются люди не столько из-за красот, сколько потому, что здесь им не задают нескромных вопросов.
4. «

   ...интересно провести время во Франции можно, только если заведешь знакомства среди настоящих французов.

   ...интересно провести время во Франции можно, только если заведешь знакомства среди настоящих французов.

   — Вайолет Маккиско · книга
5. «

   Чтобы отойти от печали, порой кажется необходимым вернуться по собственным следам туда, откуда начинался путь к ней.

   Чтобы отойти от печали, порой кажется необходимым вернуться по собственным следам туда, откуда начинался путь к ней.
6. «

   ...лишь в своей гордости человек уязвим по-настоящему; но уж если это затронуть в нем он становится похож на Шалтая-Болтая.

   ...лишь в своей гордости человек уязвим по-настоящему; но уж если это затронуть в нем он становится похож на Шалтая-Болтая.
7. «

   — Мне всегда казалось: все, что случается до восемнадцати лет, это пустяки, — сказала Мэри. — Так оно и есть, — подхватил Эйб. — И то, что случается после, — тоже.

   — Мне всегда казалось: все, что случается до восемнадцати лет, это пустяки, — сказала Мэри. — Так оно и есть, — подхватил Эйб. — И то, что случается после, — тоже.

   — Эйб Норт · книга
8. «

   Когда мы с Мэри разговариваем, ни одна не слушает другую. Разговоры — дело мужское.

   Когда мы с Мэри разговариваем, ни одна не слушает другую. Разговоры — дело мужское.

   — Николь Дайвер · книга
9. «

   ...так ли уж часто на нас смотрят? В лучшем случае глянут мельком, любопытно или равнодушно.

   ...так ли уж часто на нас смотрят? В лучшем случае глянут мельком, любопытно или равнодушно.
10. «

    Мы редко сочувствуем людям, жаждущим и ищущим нашего сочувствия, но легко отдаем его тем, кто иными путями умеет возбудить в нас отвлеченное чувство жалости.

    Мы редко сочувствуем людям, жаждущим и ищущим нашего сочувствия, но легко отдаем его тем, кто иными путями умеет возбудить в нас отвлеченное чувство жалости.
11. «

    ...известная категория англичан вспоена столь насыщенным экстрактом антисоциальности, что все уродства Нью-Йорка по сравнению с этим кажутся нездоровьем ребенка, объевшегося мороженым.

    ...известная категория англичан вспоена столь насыщенным экстрактом антисоциальности, что все уродства Нью-Йорка по сравнению с этим кажутся нездоровьем ребенка, объевшегося мороженым.
12. «

    Розмэри работала в мире иллюзий, но не жила в нем.

    Розмэри работала в мире иллюзий, но не жила в нем.
13. «

    Снова она придвинулась ближе в тёмной пещерке такси, пахнущей духами, купленными по выбору Николь. Он поцеловал её поцелуем, лишённым всякого вкуса. Если и была в неё страсть, то он мог только догадываться об этом; ни глаза её, ни губы ничего не говорили о страсти. Её дыхание чуть-чуть отдавало шампанским. Она ещё тесней прижалась к нему, словно в порыве отчаяния, и он поцеловал её ещё раз, но его расхолаживала невинность этих губ, этого взгляда, устремленного мимо него в темноту ночи, темноту вселенной. Она не знала ещё, что блаженство заключено внутри нас; когда-нибудь она это поймет и растворится в страсти, движущей миром, и если бы он тогда оказался рядом с ней, он взял бы её без сомнений и сожалений.

    Снова она придвинулась ближе в тёмной пещерке такси, пахнущей духами, купленными по выбору Николь. Он поцеловал её поцелуем, лишённым всякого вкуса. Если и была в неё страсть, то он мог только догадываться об этом; ни глаза её, ни губы ничего не говорили о страсти. Её дыхание чуть-чуть отдавало шампанским. Она ещё тесней прижалась к нему, словно в порыве отчаяния, и он поцеловал её ещё раз, но его расхолаживала невинность этих губ, этого взгляда, устремленного мимо него в темноту ночи, темноту вселенной. Она не знала ещё, что блаженство заключено внутри нас; когда-нибудь она это поймет и растворится в страсти, движущей миром, и если бы он тогда оказался рядом с ней, он взял бы её без сомнений и сожалений.
14. «

    Кто дома не научился вести себя как следует, того потом жизнь плеткой поучит.

    Кто дома не научился вести себя как следует, того потом жизнь плеткой поучит.

    — Ричард Дайвер · книга
15. «

    … у мужчины должно быть дело, когда у него нет дела, он становится просто одним из многих, а главное — это утвердиться в жизни, прежде чем ты перестанешь заниматься делом.

    … у мужчины должно быть дело, когда у него нет дела, он становится просто одним из многих, а главное — это утвердиться в жизни, прежде чем ты перестанешь заниматься делом.

    — Николь Дайвер · книга
16. «

    Когда ступаешь на пирс океанского порта, ты уже не здесь и ещё не там. <...> Прошлое, твердь земная, уже позади; будущее в разинутой пасти над трапом судна; суматошная толкотня в проходе — беспокойное настоящее.

    Когда ступаешь на пирс океанского порта, ты уже не здесь и ещё не там. <...> Прошлое, твердь земная, уже позади; будущее в разинутой пасти над трапом судна; суматошная толкотня в проходе — беспокойное настоящее.
17. «

    Теперь, зная, что не войдёт в её жизнь надолго, он желал её, как желают блудницу. Вероятно, для многих мужчин только это и обозначается словом «любовь», а не душевная одержимость, не растворение всех красок жизни в неяркой ровной голубизне — то, чем когда-то была для него любовь...

    Теперь, зная, что не войдёт в её жизнь надолго, он желал её, как желают блудницу. Вероятно, для многих мужчин только это и обозначается словом «любовь», а не душевная одержимость, не растворение всех красок жизни в неяркой ровной голубизне — то, чем когда-то была для него любовь...
18. «

    Маккиско вошел в моду. Его романы были подделкой под творения лучших современных писателей — обстоятельство, которое не должно остаться недооцененным; к тому же все, позаимствованное у других, он умел основательно разводить и опошлить на радость многим читателям, восторгавшимся тем, что его легко понимать.

    Маккиско вошел в моду. Его романы были подделкой под творения лучших современных писателей — обстоятельство, которое не должно остаться недооцененным; к тому же все, позаимствованное у других, он умел основательно разводить и опошлить на радость многим читателям, восторгавшимся тем, что его легко понимать.
19. «

    Ничто так не подстегивает в отношениях, как желание сохранить их вопреки известным уже преградам.

    Ничто так не подстегивает в отношениях, как желание сохранить их вопреки известным уже преградам.
20. «

    Помните, как я ждала вас тогда в парке — всю себя держала в руках, как охапку цветов, готовая поднести эту охапку вам. По крайней мере, для меня самой это было так.

    Помните, как я ждала вас тогда в парке — всю себя держала в руках, как охапку цветов, готовая поднести эту охапку вам. По крайней мере, для меня самой это было так.