67 цитат из книги «Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Великий Гэтсби», которые стоит перечитать

Собрали 67 цитат из книги «Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Великий Гэтсби» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Это был чистый вздор. Во мне не было ничего даже отдаленно напоминающего розу.

   Это был чистый вздор. Во мне не было ничего даже отдаленно напоминающего розу.

   — Ник Каррауэй · книга
2. «

   Гэтсби верил в зеленый огонек, свет неимоверного будущего счастья, которое отодвигается с каждым годом. Пусть оно ускользнуло сегодня, не беда — завтра мы побежим еще быстрее, еще дальше станем протягивать руки... И в одно прекрасное утро... Так мы и пытаемся плыть вперед, борясь с течением, а оно все сносит и сносит наши суденышки обратно в прошлое.

   Гэтсби верил в зеленый огонек, свет неимоверного будущего счастья, которое отодвигается с каждым годом. Пусть оно ускользнуло сегодня, не беда — завтра мы побежим еще быстрее, еще дальше станем протягивать руки... И в одно прекрасное утро... Так мы и пытаемся плыть вперед, борясь с течением, а оно все сносит и сносит наши суденышки обратно в прошлое.

   — Ник · книга
3. «

   Чутье к основным нравственным ценностям отпущено природой не всем в одинаковой мере.

   Чутье к основным нравственным ценностям отпущено природой не всем в одинаковой мере.

   — Ник · книга
4. «

   Я очнулась после наркоза, чувствуя себя всеми брошенной и забытой, и сразу же спросила акушерку: «Мальчик или девочка?» И когда услышала, что девочка, отвернулась и заплакала. А потом говорю: «Ну и пусть. Очень рада, что девочка. Дай только бог, чтобы она выросла дурой, потому что в нашей жизни для женщины самое лучшее быть хорошенькой дурочкой».

   Я очнулась после наркоза, чувствуя себя всеми брошенной и забытой, и сразу же спросила акушерку: «Мальчик или девочка?» И когда услышала, что девочка, отвернулась и заплакала. А потом говорю: «Ну и пусть. Очень рада, что девочка. Дай только бог, чтобы она выросла дурой, потому что в нашей жизни для женщины самое лучшее быть хорошенькой дурочкой».

   — Дэзи Бьюкенен · книга
5. «

   Ей всегда казалась невыносимой мысль, что обстоятельства могут сложиться не в её пользу, и должно быть, она с ранних лет приучилась к неблаговидным проделкам, помогавшим ей взирать на мир с этой холодной, дерзкой усмешкой и в то же время потворствовать любой прихоти своего упругого, крепкого тела.

   Ей всегда казалась невыносимой мысль, что обстоятельства могут сложиться не в её пользу, и должно быть, она с ранних лет приучилась к неблаговидным проделкам, помогавшим ей взирать на мир с этой холодной, дерзкой усмешкой и в то же время потворствовать любой прихоти своего упругого, крепкого тела.

   — Ник Каррауэй · книга
6. «

   Звук ее голоса в телефонной трубке нес с собой прохладу и свежесть, как будто в окно конторы влетел вдруг кусок дерна с поля для игры в гольф.

   Звук ее голоса в телефонной трубке нес с собой прохладу и свежесть, как будто в окно конторы влетел вдруг кусок дерна с поля для игры в гольф.

   — Ник Каррауэй · книга
7. «

   ...зеленый огонек теперь навсегда утратил для него свое колосальное значение. Раньше, когда Дэзи была так невероятно далеко, ему чудилось, что этот огонек горит где-то совсем рядом с ней, чуть ли не касается ее. Он смотрел на него, как на звездочку, мерцающую в соседстве с луной. Теперь это был просто зеленый фонарь на причале..

   ...зеленый огонек теперь навсегда утратил для него свое колосальное значение. Раньше, когда Дэзи была так невероятно далеко, ему чудилось, что этот огонек горит где-то совсем рядом с ней, чуть ли не касается ее. Он смотрел на него, как на звездочку, мерцающую в соседстве с луной. Теперь это был просто зеленый фонарь на причале..
8. «

   В небольшой компании никогда не чувствуешь себя свободно.

   В небольшой компании никогда не чувствуешь себя свободно.

   — Джордан Бейкер · книга
9. «

   Интимные признания молодых людей, по крайней мере, та словесная форма, в которую они облечены, представляют собой, как правило, плагиат.

   Интимные признания молодых людей, по крайней мере, та словесная форма, в которую они облечены, представляют собой, как правило, плагиат.

   — Ник · книга
10. «

    Я арабский шейх, Люблю тебя больше всех. Я примчусь к тебе во сне На быстроногом скакуне.

    Я арабский шейх, Люблю тебя больше всех. Я примчусь к тебе во сне На быстроногом скакуне.
11. «

    Только рухнувшая мечта ещё билась, оттягивая время, цепляясь за то, чего уже нельзя было удержать.

    Только рухнувшая мечта ещё билась, оттягивая время, цепляясь за то, чего уже нельзя было удержать.
12. «

    — Я вижу, вы смотрите на мои запонки. — Я и не думал на них смотреть, но после этих слов посмотрел, запонки были сделаны из кусочков слоновой кости неправильной, но чем-то очень знакомой формы. — Настоящие человеческие зубы, отборные экземпляры.

    — Я вижу, вы смотрите на мои запонки. — Я и не думал на них смотреть, но после этих слов посмотрел, запонки были сделаны из кусочков слоновой кости неправильной, но чем-то очень знакомой формы. — Настоящие человеческие зубы, отборные экземпляры.

    — мистер Вулфшим · книга
13. «

    — У Дэзи нескромный голос, — заметил я. — В нём звенит… — Я запнулся. — В нём звенят деньги, — неожиданно сказал он. Ну конечно же. Как я не понял раньше. Деньги звенели в этом голосе — вот что так пленяло в его бесконечных переливах, звон металла, победная песнь кимвал… Во дворце высоком, беломраморном, королевна, дева золотая…

    — У Дэзи нескромный голос, — заметил я. — В нём звенит… — Я запнулся. — В нём звенят деньги, — неожиданно сказал он. Ну конечно же. Как я не понял раньше. Деньги звенели в этом голосе — вот что так пленяло в его бесконечных переливах, звон металла, победная песнь кимвал… Во дворце высоком, беломраморном, королевна, дева золотая…

    — Джей Гэтсби · книга
14. «

    Это большое преимущество — быть трезвой, когда все кругом пьяны. Не наговоришь лишнего, а главное, если вздумается что-нибудь себе позволить, сумеешь выбрать время, когда никто уже ничего не замечает или всем наплевать.

    Это большое преимущество — быть трезвой, когда все кругом пьяны. Не наговоришь лишнего, а главное, если вздумается что-нибудь себе позволить, сумеешь выбрать время, когда никто уже ничего не замечает или всем наплевать.

    — Ник · книга
15. «

    Жизнь видишь лучше всего, когда наблюдаешь ее из единственного окна.

    Жизнь видишь лучше всего, когда наблюдаешь ее из единственного окна.
16. «

    Он рано узнал женщин и, избалованный ими, научился их презирать – юных и девственных за неопытность, других за то, что они поднимали шум из-за многого, что для него, в его беспредельном эгоцентризме, было в порядке вещей.

    Он рано узнал женщин и, избалованный ими, научился их презирать – юных и девственных за неопытность, других за то, что они поднимали шум из-за многого, что для него, в его беспредельном эгоцентризме, было в порядке вещей.

    — Ник Каррауэй · книга
17. «

    Его розовый костюм — дурацкое фатовское тряпье — красочным пятном выделялся на белом мраморе ступеней, и мне припомнился тот вечер, три месяца назад, когда я впервые был гостем в его родовом замке. Сад и аллея кишмя кишели тогда людьми, не знавшими, какой бы ему приписать порок, — а он махал им рукой с этих самых ступеней, скрывая от всех свою непорочную мечту.

    Его розовый костюм — дурацкое фатовское тряпье — красочным пятном выделялся на белом мраморе ступеней, и мне припомнился тот вечер, три месяца назад, когда я впервые был гостем в его родовом замке. Сад и аллея кишмя кишели тогда людьми, не знавшими, какой бы ему приписать порок, — а он махал им рукой с этих самых ступеней, скрывая от всех свою непорочную мечту.
18. «

    Важно быть человеку другом, пока он жив, а не тогда, когда он уже умер. Мертвому это все ни к чему.

    Важно быть человеку другом, пока он жив, а не тогда, когда он уже умер. Мертвому это все ни к чему.

    — Мейер Вулфшим · книга
19. «

    Терпеть не могу неосторожных людей. Вот почему мне нравитесь вы.

    Терпеть не могу неосторожных людей. Вот почему мне нравитесь вы.

    — Джордан Бейкер · книга
20. «

    Эта способность к мгновенному отклику не имела ничего общего с дряблой впечатлительностью, пышно именуемой «артистическим темпераментом», — это был редкостный дар надежды, романтический запал, какого я ни в ком больше не встречал и, наверно, не встречу.

    Эта способность к мгновенному отклику не имела ничего общего с дряблой впечатлительностью, пышно именуемой «артистическим темпераментом», — это был редкостный дар надежды, романтический запал, какого я ни в ком больше не встречал и, наверно, не встречу.

    — Ник Каррауэй · книга