68 цитат из книги «Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Великий Гэтсби» для вдохновения

Собрали 68 цитат из книги «Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Великий Гэтсби» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   ...близость больших и легких денег болезненно дразнила их аппетит, создавая уверенность, что стоит сказать нужное слово нужным тоном, и эти деньги уже у них в кармане.

   ...близость больших и легких денег болезненно дразнила их аппетит, создавая уверенность, что стоит сказать нужное слово нужным тоном, и эти деньги уже у них в кармане.
2. «

   Стоило ли что-то совершать, чего-то добиваться, когда гораздо приятнее было рассказывать ей о том, что я собираюсь совершить.

   Стоило ли что-то совершать, чего-то добиваться, когда гораздо приятнее было рассказывать ей о том, что я собираюсь совершить.
3. «

   И они ушли вдвоем, без единого слова, исчезли, как призраки, одинокие и отторгнутые от всего, даже от нашей жалости. Том взял полотенце и стал снова завертывать нераскупоренную бутылку виски. — Может, кто-нибудь все-таки выпьет? Джордан?… Ник? Я молчал. Он окликнул еще раз: — Ник? — Что? — Может, выпьешь? — Нет… Я сейчас только вспомнил, что сегодня день моего рождения.

   И они ушли вдвоем, без единого слова, исчезли, как призраки, одинокие и отторгнутые от всего, даже от нашей жалости. Том взял полотенце и стал снова завертывать нераскупоренную бутылку виски. — Может, кто-нибудь все-таки выпьет? Джордан?… Ник? Я молчал. Он окликнул еще раз: — Ник? — Что? — Может, выпьешь? — Нет… Я сейчас только вспомнил, что сегодня день моего рождения.

   — Том Бьюкенен · книга
4. «

   Мне казалось, вы человек прямой и честный. Мне казалось, что в этом ваша тайная гордость.

   Мне казалось, вы человек прямой и честный. Мне казалось, что в этом ваша тайная гордость.

   — Джордан Бейкер · книга
5. «

   < ... > Я был здесь, но я был и там тоже, завороженный и в то же время испуганный бесконечным разнообразием жизни.

   < ... > Я был здесь, но я был и там тоже, завороженный и в то же время испуганный бесконечным разнообразием жизни.

   — Ник Каррауэй · книга
6. «

   Если тебе вдруг захочется осудить кого-то, вспомни, что не все люди на свете обладают теми преимуществами, которыми обладал ты.

   Если тебе вдруг захочется осудить кого-то, вспомни, что не все люди на свете обладают теми преимуществами, которыми обладал ты.

   — отец Ника · книга
7. «

   — У Дэзи нескромный голос, — заметил я. — В нём звенит… — Я запнулся. — В нём звенят деньги, — неожиданно сказал он. Ну конечно же. Как я не понял раньше. Деньги звенели в этом голосе — вот что так пленяло в его бесконечных переливах, звон металла, победная песнь кимвал… Во дворце высоком, беломраморном, королевна, дева золотая…

   — У Дэзи нескромный голос, — заметил я. — В нём звенит… — Я запнулся. — В нём звенят деньги, — неожиданно сказал он. Ну конечно же. Как я не понял раньше. Деньги звенели в этом голосе — вот что так пленяло в его бесконечных переливах, звон металла, победная песнь кимвал… Во дворце высоком, беломраморном, королевна, дева золотая…

   — Джей Гэтсби · книга
8. «

   Я до сих пор опасаюсь упустить что-то, если позабуду, что чутье к основным нравственным ценностям отпущено природой не всем в одинаковой мере.

   Я до сих пор опасаюсь упустить что-то, если позабуду, что чутье к основным нравственным ценностям отпущено природой не всем в одинаковой мере.

   — Ник Каррауэй · книга
9. «

   Ее голос особенно притягивал его своей переменчивой, лихорадочной теплотой. Тут уж воображение ничего не могло преувеличить – бессмертная песнь звучала в этом голосе.

   Ее голос особенно притягивал его своей переменчивой, лихорадочной теплотой. Тут уж воображение ничего не могло преувеличить – бессмертная песнь звучала в этом голосе.

   — Ник Каррауэй · книга
10. «

    Ей казалось, что я очень много знаю, потому что знания у меня были другие, чем у неё.

    Ей казалось, что я очень много знаю, потому что знания у меня были другие, чем у неё.

    — Джей Гэтсби · книга
11. «

    ...и снова стать самым узким из всех специалистов — так называемым человеком широкого кругозора.

    ...и снова стать самым узким из всех специалистов — так называемым человеком широкого кругозора.

    — Ник Каррауэй · книга
12. «

    Он рано узнал женщин и, избалованный ими, научился их презирать – юных и девственных за неопытность, других за то, что они поднимали шум из-за многого, что для него, в его беспредельном эгоцентризме, было в порядке вещей.

    Он рано узнал женщин и, избалованный ими, научился их презирать – юных и девственных за неопытность, других за то, что они поднимали шум из-за многого, что для него, в его беспредельном эгоцентризме, было в порядке вещей.

    — Ник Каррауэй · книга
13. «

    Джеймсом Гетцем вышел он в этот день на берег в зеленой рваной фуфайке и парусиновых штанах, но уже Джеем Гэтсби он бросился в лодку.

    Джеймсом Гетцем вышел он в этот день на берег в зеленой рваной фуфайке и парусиновых штанах, но уже Джеем Гэтсби он бросился в лодку.
14. «

    Никакая ощутимая, реальная прелесть не может сравниться с тем, что способен накопить человек в глубинах своей фантазии.

    Никакая ощутимая, реальная прелесть не может сравниться с тем, что способен накопить человек в глубинах своей фантазии.
15. «

    Мы все стали оглядываться, ища глазами Гэтсби. Должно быть, и в самом деле было что-то романтическое в этом человеке, если слухи, ходившие о нем, повторяли шепотом даже те, кто мало о чем на свете считал нужным говорить, понизив голос.

    Мы все стали оглядываться, ища глазами Гэтсби. Должно быть, и в самом деле было что-то романтическое в этом человеке, если слухи, ходившие о нем, повторяли шепотом даже те, кто мало о чем на свете считал нужным говорить, понизив голос.

    — Ник Каррауэй · книга
16. «

    Я вообще живу не раздумывая, поэтому мне всегда весело.

    Я вообще живу не раздумывая, поэтому мне всегда весело.

    — Люсиль · книга
17. «

    Ничтожество на ничтожестве, вот они кто. Вы один стоите их всех, вместе взятых.

    Ничтожество на ничтожестве, вот они кто. Вы один стоите их всех, вместе взятых.

    — Ник Каррауэй · книга
18. «

    Но как только отзвучал ее голос, принуждавший меня слушать и верить, я сейчас же почувствовал неправду в ее словах. Мне стало не по себе, как будто весь этот вечер был рассчитан на то, чтобы через обман и хитрость заставить меня волноваться чужим волнением.

    Но как только отзвучал ее голос, принуждавший меня слушать и верить, я сейчас же почувствовал неправду в ее словах. Мне стало не по себе, как будто весь этот вечер был рассчитан на то, чтобы через обман и хитрость заставить меня волноваться чужим волнением.

    — Ник Каррауэй · книга
19. «

    Тридцать – это значило еще десять лет одиночества, все меньше друзей-холостяков, все меньше нерастраченных сил, все меньше волос на голове. Но рядом была Джордан, в отличие от Дэзи не склонная наивно таскать за собою из года в год давно забытые мечты.

    Тридцать – это значило еще десять лет одиночества, все меньше друзей-холостяков, все меньше нерастраченных сил, все меньше волос на голове. Но рядом была Джордан, в отличие от Дэзи не склонная наивно таскать за собою из года в год давно забытые мечты.

    — Ник Каррауэй · книга
20. «

    Поведение человека может иметь под собой разную почву — твердый гранит или вязкую трясину; но в какой-то момент мне становится наплевать, какая там под ним почва.

    Поведение человека может иметь под собой разную почву — твердый гранит или вязкую трясину; но в какой-то момент мне становится наплевать, какая там под ним почва.

    — Ник · книга