Принадлежат ли дивные созвучья, Что в арфе дремлют, жадному торговцу, Который глух к гармониям небесным? Купил он право инструмент разбить, Но он не властен вызвать к жизни звуки И сочетать их в сладостную песнь.
Добровольно Врожденное отринув благородство, Унизились они по доброй воле. Им страшно быть на высоте духовной, Убожество влечет их, и оковы, Украшенные мудростью трусливой, Они смиренно носят и смиренье Считают добродетелью.
Что меня толкнуло Поставить на сомнительную карту Все, все! Играть так дерзко с провиденьем! Кто этот человек, вообразивший, Что может направлять, как вседержитель, Игру судеб!
Слезы вечно были Верительною грамотой людей, Его ж глаза... не женщина носила Его во чреве. О! Заставьте Свои глаза, пока не поздно, Учиться плакать, иначе придется В ужасный час наверстывать, быть может.