39 цитат из книги «Фридрих Шиллер. Валленштейн» — читаем и делимся

Собрали 39 цитат из книги «Фридрих Шиллер. Валленштейн» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Где свободы много, Там много заблуждений. Безопасен Повиновенья только узкий путь.

   Где свободы много, Там много заблуждений. Безопасен Повиновенья только узкий путь.

   — Бутлер · книга
2. «

   Все в сердце мертво, померкнул свет, И больше надежд и желаний нет. К себе, благая, меня призови. Я счастье земное познала в любви, А ныне простилась с мечтою.

   Все в сердце мертво, померкнул свет, И больше надежд и желаний нет. К себе, благая, меня призови. Я счастье земное познала в любви, А ныне простилась с мечтою.

   — Тэкла · книга
3. «

   И эра, что для Талии сейчас На этой новой сцене наступила, Внушает смелый замысел певцу: Оставив прежний путь, перенести нас Из повседневности мещанских дел На более высокую арену, Достойную великого столетья, В котором мы стремительно живем.

   И эра, что для Талии сейчас На этой новой сцене наступила, Внушает смелый замысел певцу: Оставив прежний путь, перенести нас Из повседневности мещанских дел На более высокую арену, Достойную великого столетья, В котором мы стремительно живем.
4. «

   Полет ядра И молнии полет неудержимый - Вот путь прямой и быстрый, но зато Они ведь все разят в своем полете И губят все, чуть завершат его. А жизни, сын мой, путь благословенный Теченью рек подобен, — он обходит Поля и виноградники, храня Чужих владений межи; он поздней Приводит к цели, но зато надежно.

   Полет ядра И молнии полет неудержимый - Вот путь прямой и быстрый, но зато Они ведь все разят в своем полете И губят все, чуть завершат его. А жизни, сын мой, путь благословенный Теченью рек подобен, — он обходит Поля и виноградники, храня Чужих владений межи; он поздней Приводит к цели, но зато надежно.

   — Октавио Пикколомини · книга
5. «

   А впрочем, нечего Загадывать утром, что будет вечером!

   А впрочем, нечего Загадывать утром, что будет вечером!

   — Вахмистр · книга
6. «

   Необходимости нам грозен вид, И с трепетом мы руку опускаем Земных судеб в таинственный сосуд.

   Необходимости нам грозен вид, И с трепетом мы руку опускаем Земных судеб в таинственный сосуд.

   — Валленштейн, герцог Фридландский · книга
7. «

   В воскресный день — и такой вертеп! Иль мните, что Бог всемогущий слеп, Что долготерпенье его без предела? Или иного у вас нет дела, Как ублажать в непотребстве тело?

   В воскресный день — и такой вертеп! Иль мните, что Бог всемогущий слеп, Что долготерпенье его без предела? Или иного у вас нет дела, Как ублажать в непотребстве тело?

   — Капуцин · книга
8. «

   А где отвратительнее бранятся, Чем здесь, у Фридланда? Скажите, братцы! Коль на каждую молнию или гром, Что вы призываете злым языком, Церковь в колокола бы звонила, В стране бы давно звонарей не хватило.

   А где отвратительнее бранятся, Чем здесь, у Фридланда? Скажите, братцы! Коль на каждую молнию или гром, Что вы призываете злым языком, Церковь в колокола бы звонила, В стране бы давно звонарей не хватило.

   — Капуцин · книга
9. «

   Весело, вольно хочу я жить, Вихрем по разным странам кружить, Счастье ловить, никогда не теряться, Назад не глядеть и вперед не рваться.

   Весело, вольно хочу я жить, Вихрем по разным странам кружить, Счастье ловить, никогда не теряться, Назад не глядеть и вперед не рваться.

   — Егерь · книга
10. «

    Доблестны по нашим Поступкам мы, не по сужденью света.

    Доблестны по нашим Поступкам мы, не по сужденью света.

    — Гордон · книга
11. «

    Воспитан и взлелеян человек Тем, что обыкновенно, и привычка - Кормилица его.

    Воспитан и взлелеян человек Тем, что обыкновенно, и привычка - Кормилица его.

    — Валленштейн, герцог Фридландский · книга
12. «

    Нельзя суждений рока избегнуть человеку, — сердце в нем Их ревностный, могучий исполнитель!

    Нельзя суждений рока избегнуть человеку, — сердце в нем Их ревностный, могучий исполнитель!

    — Валленштейн, герцог Фридландский · книга
13. «

    Кто хочет урвать пожирней кусок. Должен спешить и сбиваться с ног. Кто почестей жаждет, стремится к чину, Под ношей златой пусть сгибает спину. Кому семейная радость нужна, Чтоб детки росли и толстела жена, - Займись ремеслом да сиди на покое.

    Кто хочет урвать пожирней кусок. Должен спешить и сбиваться с ног. Кто почестей жаждет, стремится к чину, Под ношей златой пусть сгибает спину. Кому семейная радость нужна, Чтоб детки росли и толстела жена, - Займись ремеслом да сиди на покое.

    — Кирасир · книга
14. «

    Не смеем Мы рассуждать, оно твоя забота. Ты наш начальник.

    Не смеем Мы рассуждать, оно твоя забота. Ты наш начальник.

    — МакДональд · книга
15. «

    О, время чудотворный бог! Успеют В час пронестись песчинок миллионы; Быстрее их ума людского мысли Проносятся.

    О, время чудотворный бог! Успеют В час пронестись песчинок миллионы; Быстрее их ума людского мысли Проносятся.

    — Гордон · книга
16. «

    Пока ты часа звездного дождешься, Земное время ускользнет. Поверь мне, В твоей груди — твоей судьбы звезда!

    Пока ты часа звездного дождешься, Земное время ускользнет. Поверь мне, В твоей груди — твоей судьбы звезда!

    — Илло · книга
17. «

    Что удалось, того не порицают, Исход борений каждых — божий суд!

    Что удалось, того не порицают, Исход борений каждых — божий суд!

    — Графиня Терцкая · книга
18. «

    Не имею Я мненья здесь; имею только должность.

    Не имею Я мненья здесь; имею только должность.

    — Врангель · книга
19. «

    Есть горести, в которых человек Лишь сам себе дать может облегченье. В своей лишь силе сильная душа Опору ищет; не в чужой груди, Но в собственной найдет она возможность Перенести удар.

    Есть горести, в которых человек Лишь сам себе дать может облегченье. В своей лишь силе сильная душа Опору ищет; не в чужой груди, Но в собственной найдет она возможность Перенести удар.

    — Валленштейн, герцог Фридландский · книга
20. «

    Один лишь тот, кто силен и свободен, Влеченьям сердца может уступать, А мы должны жестокого закона Быть исполнители; доступна нам Одна лишь добродетель — послушанье.

    Один лишь тот, кто силен и свободен, Влеченьям сердца может уступать, А мы должны жестокого закона Быть исполнители; доступна нам Одна лишь добродетель — послушанье.

    — Гордон · книга