21 цитата из книги «Габриэль Гарсиа Маркес. Сто лет одиночества» — большая подборка

21 цитата из книги «Габриэль Гарсиа Маркес. Сто лет одиночества» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Созидать, чтобы разрушать.

   Созидать, чтобы разрушать.
2. «

   Они поняли, что главная, неодолимая страсть человека одерживает верх над смертью, и снова почувствовали себя счастливыми, уверившись, что они будут продолжать любить друг друга и тогда, когда станут призраками.

   Они поняли, что главная, неодолимая страсть человека одерживает верх над смертью, и снова почувствовали себя счастливыми, уверившись, что они будут продолжать любить друг друга и тогда, когда станут призраками.
3. «

   Но на самом деле за минувшие два года он свел последние счеты с жизнью, и даже старость была для него уже позади.

   Но на самом деле за минувшие два года он свел последние счеты с жизнью, и даже старость была для него уже позади.
4. «

   ... это была война, обреченная на поражение, война против «уважающих вас», «ваших покорных слуг», которые все обещали дать, да так никогда и не дали ветеранам пожизненных пенсий.

   ... это была война, обреченная на поражение, война против «уважающих вас», «ваших покорных слуг», которые все обещали дать, да так никогда и не дали ветеранам пожизненных пенсий.
5. «

   Однажды, когда тот подробно описывал ему механизм любви, он остановил его вопросом: «А что тогда чувствуешь?» Хосе Аркадио не замедлил ответить: – Это как землетрясение...

   Однажды, когда тот подробно описывал ему механизм любви, он остановил его вопросом: «А что тогда чувствуешь?» Хосе Аркадио не замедлил ответить: – Это как землетрясение...

   — Хосе Аркадио · книга
6. «

   Столько мытариться, — бормочет полковник Аурлиано Буэндиа, — столько мучиться, мать твою, чтобы шесть мудаков тебя продырявили за милую душу.

   Столько мытариться, — бормочет полковник Аурлиано Буэндиа, — столько мучиться, мать твою, чтобы шесть мудаков тебя продырявили за милую душу.

   — полковник Аурелиано Буэндиа · книга
7. «

   Она тогда думала, что любовь убивает любовь, что в природе людей отказываться от еды, утолив голод.

   Она тогда думала, что любовь убивает любовь, что в природе людей отказываться от еды, утолив голод.
8. «

   ... она обладала редким даром не существовать до тех пор, пока в ней не появится необходимость.

   ... она обладала редким даром не существовать до тех пор, пока в ней не появится необходимость.
9. «

   – Что поделываете, полковник? – Да вот сижу, – отвечал он, – жду, когда понесут мимо гроб с моим телом.

   – Что поделываете, полковник? – Да вот сижу, – отвечал он, – жду, когда понесут мимо гроб с моим телом.

   — полковник Аурелиано Буэндиа · книга
10. «

    Она вошла в старость с неумершей тоской по прошлому.

    Она вошла в старость с неумершей тоской по прошлому.
11. «

    ... литература — самая лучшая забава, придуманная, чтобы издеваться над людьми.

    ... литература — самая лучшая забава, придуманная, чтобы издеваться над людьми.
12. «

    Прошлое — ложь, для памяти нет дорог обратно, каждая миновавшая весна невозвратима, и самая безумная и стойкая любовь — всего лишь скоропреходящее чувство.

    Прошлое — ложь, для памяти нет дорог обратно, каждая миновавшая весна невозвратима, и самая безумная и стойкая любовь — всего лишь скоропреходящее чувство.

    — Старик каталонец · книга
13. «

    Но при всей своей глубокой мудрости и непостижимой сути он был плоть от плоти земных существ, застрявших в сетях обыденной жизни.

    Но при всей своей глубокой мудрости и непостижимой сути он был плоть от плоти земных существ, застрявших в сетях обыденной жизни.
14. «

    Судя по тому, что говорили карты, Аурелиано Хосе было предначертано познать с нею счастье, в котором ему отказала Амаранта, вырастить вместе шестерых детей и, достигнув старости, умереть у нее на руках, но пуля, которая вошла ему в спину и пробила грудь, очевидно, плохо разбиралась в предсказаниях карт.

    Судя по тому, что говорили карты, Аурелиано Хосе было предначертано познать с нею счастье, в котором ему отказала Амаранта, вырастить вместе шестерых детей и, достигнув старости, умереть у нее на руках, но пуля, которая вошла ему в спину и пробила грудь, очевидно, плохо разбиралась в предсказаниях карт.
15. «

    Её сердце из отвердевшего пепла не поддавалось самым сильным ударам повседневности, но уступило первому натиску ностальгии.

    Её сердце из отвердевшего пепла не поддавалось самым сильным ударам повседневности, но уступило первому натиску ностальгии.
16. «

    Дождь лил четыре года одиннадцать месяцев и два дня. <...> Воздух был настолько пропитан влагой, что рыбы могли бы проникнуть в дом через открытую дверь, проплыть по комнатам и выплыть из окон.

    Дождь лил четыре года одиннадцать месяцев и два дня. <...> Воздух был настолько пропитан влагой, что рыбы могли бы проникнуть в дом через открытую дверь, проплыть по комнатам и выплыть из окон.
17. «

    Не тревожьтесь. Королевы у меня на побегушках.

    Не тревожьтесь. Королевы у меня на побегушках.

    — Петра Кортес · книга
18. «

    ... она отказалась от карточных гаданий, внушавших бесплодные надежды, и обрела тихую заводь, утешаясь чужой любовью.

    ... она отказалась от карточных гаданий, внушавших бесплодные надежды, и обрела тихую заводь, утешаясь чужой любовью.
19. «

    Все они одинаковы, — жаловалась Урсула. — Поначалу растут спокойно, слушаются, серьезные, вроде бы и мухи не обидят, но стоит только бороде показаться — и сразу же их на грех тянет.

    Все они одинаковы, — жаловалась Урсула. — Поначалу растут спокойно, слушаются, серьезные, вроде бы и мухи не обидят, но стоит только бороде показаться — и сразу же их на грех тянет.

    — Урсула · книга
20. «

    — Скажи мне, друг, за что ты сражаешься? — За то, за что я и должен, дружище... — Счастливый ты, что знаешь. А я вот только теперь разобрался, что сражаюсь из-за своей гордыни. — Это плохо...

    — Скажи мне, друг, за что ты сражаешься? — За то, за что я и должен, дружище... — Счастливый ты, что знаешь. А я вот только теперь разобрался, что сражаюсь из-за своей гордыни. — Это плохо...

    — полковник Аурелиано Буэндиа · книга