«Габриэль Гарсиа Маркес. Сто лет одиночества» в 41 цитата

41 цитата из книги «Габриэль Гарсиа Маркес. Сто лет одиночества» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Однажды, когда тот подробно описывал ему механизм любви, он остановил его вопросом: «А что тогда чувствуешь?» Хосе Аркадио не замедлил ответить: – Это как землетрясение...

   Однажды, когда тот подробно описывал ему механизм любви, он остановил его вопросом: «А что тогда чувствуешь?» Хосе Аркадио не замедлил ответить: – Это как землетрясение...

   — Хосе Аркадио · книга
2. «

   Столько мытариться, — бормочет полковник Аурлиано Буэндиа, — столько мучиться, мать твою, чтобы шесть мудаков тебя продырявили за милую душу.

   Столько мытариться, — бормочет полковник Аурлиано Буэндиа, — столько мучиться, мать твою, чтобы шесть мудаков тебя продырявили за милую душу.

   — полковник Аурелиано Буэндиа · книга
3. «

   Не тревожьтесь. Королевы у меня на побегушках.

   Не тревожьтесь. Королевы у меня на побегушках.

   — Петра Кортес · книга
4. «

   ... казалось, мир навеки утратил свою радость. В этом царстве сырости и безмолвия, похожем на рай до свершения первородного греха, <...> людей мучили давным-давно уже забытые воспоминания.

   ... казалось, мир навеки утратил свою радость. В этом царстве сырости и безмолвия, похожем на рай до свершения первородного греха, <...> людей мучили давным-давно уже забытые воспоминания.
5. «

   Но на самом деле за минувшие два года он свел последние счеты с жизнью, и даже старость была для него уже позади.

   Но на самом деле за минувшие два года он свел последние счеты с жизнью, и даже старость была для него уже позади.
6. «

   – Что поделываете, полковник? – Да вот сижу, – отвечал он, – жду, когда понесут мимо гроб с моим телом.

   – Что поделываете, полковник? – Да вот сижу, – отвечал он, – жду, когда понесут мимо гроб с моим телом.

   — полковник Аурелиано Буэндиа · книга
7. «

   Он опять перескочил через несколько страниц, стараясь забежать вперед и выяснить дату и обстоятельства своей смерти. Но, еще не дойдя до последнего стиха, понял, что ему уже не выйти из этой комнаты, ибо, согласно пророчеству пергаментов, прозрачный (или призрачный) город будет сметен с лица земли ураганом и стерт из памяти людей в то самое мгновение, когда Аурелиано Бабилонья кончит расшифровывать пергаменты, и что все в них записанное никогда и ни за что больше не повторится, ибо тем родам человеческим, которые обречены на сто лет одиночества, не суждено появиться на земле дважды.

   Он опять перескочил через несколько страниц, стараясь забежать вперед и выяснить дату и обстоятельства своей смерти. Но, еще не дойдя до последнего стиха, понял, что ему уже не выйти из этой комнаты, ибо, согласно пророчеству пергаментов, прозрачный (или призрачный) город будет сметен с лица земли ураганом и стерт из памяти людей в то самое мгновение, когда Аурелиано Бабилонья кончит расшифровывать пергаменты, и что все в них записанное никогда и ни за что больше не повторится, ибо тем родам человеческим, которые обречены на сто лет одиночества, не суждено появиться на земле дважды.
8. «

   Для науки нет расстояний. Скоро человек, не выходя из дому, увидит всё, что творится в любом уголке земли.

   Для науки нет расстояний. Скоро человек, не выходя из дому, увидит всё, что творится в любом уголке земли.

   — Мелькиадес · книга
9. «

   ... она обладала редким даром не существовать до тех пор, пока в ней не появится необходимость.

   ... она обладала редким даром не существовать до тех пор, пока в ней не появится необходимость.
10. «

    Прошлое — ложь, для памяти нет дорог обратно, каждая миновавшая весна невозвратима, и самая безумная и стойкая любовь — всего лишь скоропреходящее чувство.

    Прошлое — ложь, для памяти нет дорог обратно, каждая миновавшая весна невозвратима, и самая безумная и стойкая любовь — всего лишь скоропреходящее чувство.

    — Старик каталонец · книга
11. «

    Она вошла в старость с неумершей тоской по прошлому.

    Она вошла в старость с неумершей тоской по прошлому.
12. «

    В этом даже птицами брошенном Макондо, в котором от постоянной жары и пыли было трудно дышать, Аурелиано и Амаранта Урсула, заточенные одиночеством и любовью и одиночеством любви в доме, где шум, подымаемый термитами, не давал сомкнуть глаз, были единственными счастливыми человеческими существами и самыми счастливыми существами на земле.

    В этом даже птицами брошенном Макондо, в котором от постоянной жары и пыли было трудно дышать, Аурелиано и Амаранта Урсула, заточенные одиночеством и любовью и одиночеством любви в доме, где шум, подымаемый термитами, не давал сомкнуть глаз, были единственными счастливыми человеческими существами и самыми счастливыми существами на земле.
13. «

    А теперь не прощайтесь со мной, — сказал он подчеркнуто спокойным тоном. — Не умоляйте никого, не унижайтесь ни перед кем. Заставьте себя думать, что меня расстреляли уже давным-давно.

    А теперь не прощайтесь со мной, — сказал он подчеркнуто спокойным тоном. — Не умоляйте никого, не унижайтесь ни перед кем. Заставьте себя думать, что меня расстреляли уже давным-давно.

    — Аурелиано Буэндиа · книга
14. «

    Дети наследуют безумие родителей.

    Дети наследуют безумие родителей.

    — Урсула · книга
15. «

    — Но меня огорчает не то, что ты собираешься меня расстрелять. <...> Меня огорчает, — продолжал он, — что ты, ты, который так ненавидел профессиональных вояк, так боролся с ними, так их проклинал, теперь сам уподобился им.

    — Но меня огорчает не то, что ты собираешься меня расстрелять. <...> Меня огорчает, — продолжал он, — что ты, ты, который так ненавидел профессиональных вояк, так боролся с ними, так их проклинал, теперь сам уподобился им.

    — Генерал Монкада · книга
16. «

    Зачем тратить столько слов, чтобы объяснить то, что чувствует человек на войне, если достаточно одного слова: страх.

    Зачем тратить столько слов, чтобы объяснить то, что чувствует человек на войне, если достаточно одного слова: страх.
17. «

    ...любовники очутились в безлюдном мире, единственной и вечной реальностью в нем была любовь.

    ...любовники очутились в безлюдном мире, единственной и вечной реальностью в нем была любовь.
18. «

    Минута примирения стоит больше закадычной дружбы.

    Минута примирения стоит больше закадычной дружбы.

    — Урсула · книга
19. «

    Ибо прошлое разрушалось бесконечно, поглощая само себя, готовое каждое мгновение кончиться совсем, но так никогда и не кончая кончаться.

    Ибо прошлое разрушалось бесконечно, поглощая само себя, готовое каждое мгновение кончиться совсем, но так никогда и не кончая кончаться.
20. «

    Когда молодой начальник стражи объяснился ей в любви, она отвергла его просто потому, что ее удивила его наглость. — Бессовестный, — сказала она Амаранте. — Говорит, из-за меня умирает, будто по моей вине у него понос. Когда же он действительно скончался у нее под окном, Ремедиос Прекрасная утвердилась в своем изначальном мнении. — Вот видите, — сказала она. — Совсем совесть потерял. Нашел место.

    Когда молодой начальник стражи объяснился ей в любви, она отвергла его просто потому, что ее удивила его наглость. — Бессовестный, — сказала она Амаранте. — Говорит, из-за меня умирает, будто по моей вине у него понос. Когда же он действительно скончался у нее под окном, Ремедиос Прекрасная утвердилась в своем изначальном мнении. — Вот видите, — сказала она. — Совсем совесть потерял. Нашел место.

    — Ремедиос Прекрасная · книга