40 фраз из книги «Гарет Робертс. Доктор Кто. Шада» для дневника

Ниже 40 цитат из книги «Гарет Робертс. Доктор Кто. Шада»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   По крайней мере, от плоскодонки можно не ждать подвоха. Никаких координат. Никаких стабилизаторов измерений. Ничего сложного! Достаточно пары рук и… Закончить он не успел, потому что именно в этот момент конец шеста уткнулся в особенно болотистый участок дна и в нем застрял. Несмотря на отчаянные попытки Доктора вернуть непокорную деревяшку, шест так и остался торчать посреди реки. Романа провожала его печальным взглядом, пока лодка по инерции уплывала все дальше.

   По крайней мере, от плоскодонки можно не ждать подвоха. Никаких координат. Никаких стабилизаторов измерений. Ничего сложного! Достаточно пары рук и… Закончить он не успел, потому что именно в этот момент конец шеста уткнулся в особенно болотистый участок дна и в нем застрял. Несмотря на отчаянные попытки Доктора вернуть непокорную деревяшку, шест так и остался торчать посреди реки. Романа провожала его печальным взглядом, пока лодка по инерции уплывала все дальше.
2. «

   С точки зрения Доктора, К-9 выигрывал у Романы по всем фронтам: он безоговорочно выполнял приказы, появлялся сразу же, как позвали, и выключался одним нажатием кнопки.

   С точки зрения Доктора, К-9 выигрывал у Романы по всем фронтам: он безоговорочно выполнял приказы, появлялся сразу же, как позвали, и выключался одним нажатием кнопки.

   — Доктор · книга
3. «

   — Значит, это я во всем виноват? Если бы я тогда не одолжил у профессора книгу… — Но ты ее и не одалживал, – прервал его Доктор. — В каком смысле? – удивился Крис. – Конечно, одалживал. Я точно помню. Доктор только энергичнее затряс головой. — Ты ее не одалживал. Это она одолжила тебя. Крис уставился на него во все глаза. Подтаявшее мороженое капало ему на джинсы, но молодой человек был слишком удивлен, чтобы это заметить. — Да-да, – мечтательно продолжил Доктор. — Древние Артефакты никому просто так не дадутся в руки. Книга почувствовала опасность и решила, что ты сможешь ее защитить. Возможно, даже заставила профессора направить тебя к нужной полке. Ты ей понравился, Бристоль.

   — Значит, это я во всем виноват? Если бы я тогда не одолжил у профессора книгу… — Но ты ее и не одалживал, – прервал его Доктор. — В каком смысле? – удивился Крис. – Конечно, одалживал. Я точно помню. Доктор только энергичнее затряс головой. — Ты ее не одалживал. Это она одолжила тебя. Крис уставился на него во все глаза. Подтаявшее мороженое капало ему на джинсы, но молодой человек был слишком удивлен, чтобы это заметить. — Да-да, – мечтательно продолжил Доктор. — Древние Артефакты никому просто так не дадутся в руки. Книга почувствовала опасность и решила, что ты сможешь ее защитить. Возможно, даже заставила профессора направить тебя к нужной полке. Ты ей понравился, Бристоль.

   — Крис · книга
4. «

   — Доктор, – терпеливо продолжил Скагра, – вы – Повелитель Времени, и у вас огромный опыт. Глупо отрицать, что вы знаете этот шифр. Ваш ум гораздо моложе и быстрее, чем у профессора. Поэтому вы сейчас же объясните мне ключ к этому шифру. Немедленно. — Отдавать мне приказы, кстати, тоже бессмысленно. Говорю же, я очень глупый. — Это был не приказ. — Вот как? Тогда что же? — Утверждение. Обещание. — Ага. Видите, я слишком глуп, чтобы понять даже это.

   — Доктор, – терпеливо продолжил Скагра, – вы – Повелитель Времени, и у вас огромный опыт. Глупо отрицать, что вы знаете этот шифр. Ваш ум гораздо моложе и быстрее, чем у профессора. Поэтому вы сейчас же объясните мне ключ к этому шифру. Немедленно. — Отдавать мне приказы, кстати, тоже бессмысленно. Говорю же, я очень глупый. — Это был не приказ. — Вот как? Тогда что же? — Утверждение. Обещание. — Ага. Видите, я слишком глуп, чтобы понять даже это.

   — Скагра · книга
5. «

   — Вы слишком наивны, Доктор. Наивны и ограниченны. Подчинить себе Вселенную? Это ребячество. Кому и зачем может понадобиться целая Вселенная? Доктор, казалось, удивился такому отпору, но продолжал гнуть свою линию. — Именно это я и пытаюсь объяснить окружающим. Вселенная – это одна большая головная боль, ни один человек в здравом уме не захочет ее подчинять. Ее даже продать нельзя, потому что кто купит такую махину…

   — Вы слишком наивны, Доктор. Наивны и ограниченны. Подчинить себе Вселенную? Это ребячество. Кому и зачем может понадобиться целая Вселенная? Доктор, казалось, удивился такому отпору, но продолжал гнуть свою линию. — Именно это я и пытаюсь объяснить окружающим. Вселенная – это одна большая головная боль, ни один человек в здравом уме не захочет ее подчинять. Ее даже продать нельзя, потому что кто купит такую махину…

   — Скагра · книга
6. «

   — Скажи, а был у нас какой-то ритуал, связанный непосредственно с этой книгой? Я уже не помню. — Был. На церемонии Представления в Академии. Начинался со слов: «Клянусь защищать…» Доктор энергично кивнул. — Теперь вспомнил. «Клянусь защищать «Почитаемый и Древний Закон Галлифрея» до последней капли крови, клянусь до конца своих дней быть сдержанным в своих мыслях и поступках, служа чести и справедливости». — Всего лишь слова. — Вот именно. Слова, слова, а за ними ничего нет. Вечная история Повелителей Времени: добрые намерения, но до дела не доходит, – тут же завелся Доктор. — Неправда, – мягко возразила Романа. – Посмотри на себя: мало слов, зато сколько дел. — Я именно то исключение, которое подтверждает правило.

   — Скажи, а был у нас какой-то ритуал, связанный непосредственно с этой книгой? Я уже не помню. — Был. На церемонии Представления в Академии. Начинался со слов: «Клянусь защищать…» Доктор энергично кивнул. — Теперь вспомнил. «Клянусь защищать «Почитаемый и Древний Закон Галлифрея» до последней капли крови, клянусь до конца своих дней быть сдержанным в своих мыслях и поступках, служа чести и справедливости». — Всего лишь слова. — Вот именно. Слова, слова, а за ними ничего нет. Вечная история Повелителей Времени: добрые намерения, но до дела не доходит, – тут же завелся Доктор. — Неправда, – мягко возразила Романа. – Посмотри на себя: мало слов, зато сколько дел. — Я именно то исключение, которое подтверждает правило.

   — Доктор · книга
7. «

   — Корабль! Выпусти меня отсюда! Я твой господин! Выпусти меня! — С величайшим сожалением должен сообщить, что не намерен больше выполнять твои приказы. – Голос корабля, казалось, доносился одновременно со всех сторон. – Ты враг моего друга Доктора. Скагра скрипнул зубами. — Я тебя создал! Приказываю, отпусти меня! — Ты пытался меня взорвать, – холодно напомнил корабль. – С тех пор я пережил несколько серьезных психологических кризисов. Сперва я не мог поверить, что мой непогрешимый лорд и господин не преуспел в своем гениальном плане. Я думал, ты никогда не ошибаешься. Был уверен, что мы все мертвы. Разумеется, стоило мне осознать, что ты ничем не отличаешься от прочих, как моему сознанию открылись новые концепты бытия. За это нужно сказать спасибо Доктору.

   — Корабль! Выпусти меня отсюда! Я твой господин! Выпусти меня! — С величайшим сожалением должен сообщить, что не намерен больше выполнять твои приказы. – Голос корабля, казалось, доносился одновременно со всех сторон. – Ты враг моего друга Доктора. Скагра скрипнул зубами. — Я тебя создал! Приказываю, отпусти меня! — Ты пытался меня взорвать, – холодно напомнил корабль. – С тех пор я пережил несколько серьезных психологических кризисов. Сперва я не мог поверить, что мой непогрешимый лорд и господин не преуспел в своем гениальном плане. Я думал, ты никогда не ошибаешься. Был уверен, что мы все мертвы. Разумеется, стоило мне осознать, что ты ничем не отличаешься от прочих, как моему сознанию открылись новые концепты бытия. За это нужно сказать спасибо Доктору.

   — Скагра · книга
8. «

   — Салевин провинился только тем, что у него был необычный талант: он умел помещать свое сознание в разум других людей. У всех Повелителей Времени есть способности к телепатии, но то, что умел Салевин, не мог повторить никто. Он не был злым, он был просто другим. Да, периодически он позволял себе сыграть шутку-другую. Убедил Лорда-президента, что на нем штаны горят, например. Заставил архивариусов танцевать канкан. Ну и прочие мелочи вроде этой. Профессор едва сдержал смешок. — Веселое было время! Доктор не дал ему продолжить: — Высшему Совету это не понравилось. И я имею в виду не горящие штаны и канкан. У Салевина был колоссальный потенциал. Опасный потенциал. Стоило ему захотеть, и у Галлифрея был бы новый президент. — Но почему они решили, что Салевин этого захочет? – удивился Крис. — Потому что будь такая способность у кого-то из Совета, они бы именно так и поступили, – с горечью отозвался Доктор.

   — Салевин провинился только тем, что у него был необычный талант: он умел помещать свое сознание в разум других людей. У всех Повелителей Времени есть способности к телепатии, но то, что умел Салевин, не мог повторить никто. Он не был злым, он был просто другим. Да, периодически он позволял себе сыграть шутку-другую. Убедил Лорда-президента, что на нем штаны горят, например. Заставил архивариусов танцевать канкан. Ну и прочие мелочи вроде этой. Профессор едва сдержал смешок. — Веселое было время! Доктор не дал ему продолжить: — Высшему Совету это не понравилось. И я имею в виду не горящие штаны и канкан. У Салевина был колоссальный потенциал. Опасный потенциал. Стоило ему захотеть, и у Галлифрея был бы новый президент. — Но почему они решили, что Салевин этого захочет? – удивился Крис. — Потому что будь такая способность у кого-то из Совета, они бы именно так и поступили, – с горечью отозвался Доктор.

   — Доктор · книга
9. «

   — Весьма особенная книга? – попытался придать ему ускорение Доктор. — Весьма особенная? Это я так сказал? – профессор моргнул. – Нет, она скорее совершенно особенная. Очень особенная книга. — Особенная в каком смысле? – спросила Романа. — Отмеченная наградой? Одобренная критиками? Сделанная из желе? – по оригинальности сделанных Доктором предположений можно было понять, что он уже отчаялся что-либо выяснить.

   — Весьма особенная книга? – попытался придать ему ускорение Доктор. — Весьма особенная? Это я так сказал? – профессор моргнул. – Нет, она скорее совершенно особенная. Очень особенная книга. — Особенная в каком смысле? – спросила Романа. — Отмеченная наградой? Одобренная критиками? Сделанная из желе? – по оригинальности сделанных Доктором предположений можно было понять, что он уже отчаялся что-либо выяснить.

   — Доктор · книга
10. «

    — Так, значит, у вас украли комнату? – уже не в первый раз спросил констебль Смит. — Я не могу точнее описать увиденное, офицер, – тоже не в первый раз вздохнул Уилкин. — Я просто пытаюсь увидеть картину происшествия вашими глазами, – пояснил констебль, качая головой. – Видите ли, за все время моей работы люди украли не так уж много комнат. Они часто крали из комнат, но так, чтобы унести ее целиком – такое случается редко. За неимением лучшего слова я бы сказал, – тут Смит сделал паузу и доверительно наклонился к привратнику, явно намереваясь сообщить ему секретную информацию, – что такого не случалось никогда, сэр.

    — Так, значит, у вас украли комнату? – уже не в первый раз спросил констебль Смит. — Я не могу точнее описать увиденное, офицер, – тоже не в первый раз вздохнул Уилкин. — Я просто пытаюсь увидеть картину происшествия вашими глазами, – пояснил констебль, качая головой. – Видите ли, за все время моей работы люди украли не так уж много комнат. Они часто крали из комнат, но так, чтобы унести ее целиком – такое случается редко. За неимением лучшего слова я бы сказал, – тут Смит сделал паузу и доверительно наклонился к привратнику, явно намереваясь сообщить ему секретную информацию, – что такого не случалось никогда, сэр.
11. «

    Сначала Романа не поняла его настойчивости: вдоль реки вела отличная тропа, по которой они могли спокойно прогуляться, наслаждаясь видами и не рискуя при этом утонуть. Однако Доктор с таким восторгом взялся за гребной шест, что Романа решила расслабиться и плыть по течению в любом из возможных смыслов этого выражения.

    Сначала Романа не поняла его настойчивости: вдоль реки вела отличная тропа, по которой они могли спокойно прогуляться, наслаждаясь видами и не рискуя при этом утонуть. Однако Доктор с таким восторгом взялся за гребной шест, что Романа решила расслабиться и плыть по течению в любом из возможных смыслов этого выражения.

    — Доктор · книга
12. «

    — Куда мы идем? — К вашей ТАРДИС. Романа двинулась в указанном направлении, но возле дверей синей будки остановилась и пристально взглянула на Скагру: — Если вы думаете, что я открою эту дверь, придется вас разочаровать. Моя «готовность помочь» на такое не распространяется. — Разумеется. Вы, скорее, предпочтете бессмысленную гибель, как профессор и Доктор. Я в этом не сомневался, а потому одолжил у вашего приятеля ключ

    — Куда мы идем? — К вашей ТАРДИС. Романа двинулась в указанном направлении, но возле дверей синей будки остановилась и пристально взглянула на Скагру: — Если вы думаете, что я открою эту дверь, придется вас разочаровать. Моя «готовность помочь» на такое не распространяется. — Разумеется. Вы, скорее, предпочтете бессмысленную гибель, как профессор и Доктор. Я в этом не сомневался, а потому одолжил у вашего приятеля ключ

    — Скагра · книга
13. «

    «Способность болтать – еще не признак интеллекта», – тут же всплыло у него в памяти. Глупцы часто любят поговорить.

    «Способность болтать – еще не признак интеллекта», – тут же всплыло у него в памяти. Глупцы часто любят поговорить.
14. «

    Романа устремила на него пристальный взгляд. — У меня еще один вопрос. Скагра, не меняя позы, кивнул. — Однажды Доктор нашел способ избежать смерти, хотя все были уверены, что это невозможно. Вы не боитесь, что он сможет повторить этот фокус? – и Романа мягко улыбнулась.

    Романа устремила на него пристальный взгляд. — У меня еще один вопрос. Скагра, не меняя позы, кивнул. — Однажды Доктор нашел способ избежать смерти, хотя все были уверены, что это невозможно. Вы не боитесь, что он сможет повторить этот фокус? – и Романа мягко улыбнулась.

    — Романадворатрелундар · книга
15. «

    Романа взяла его за руку и тепло улыбнулась. — Пожалуйста, профессор, попытайтесь еще раз. Хронотис нахмурился. — Э… Э-э… Нет, его имя точно начиналось не с «Э». — Тогда попробуйте в алфавитном порядке, – предложил Доктор. – «А»? «Б»?

    Романа взяла его за руку и тепло улыбнулась. — Пожалуйста, профессор, попытайтесь еще раз. Хронотис нахмурился. — Э… Э-э… Нет, его имя точно начиналось не с «Э». — Тогда попробуйте в алфавитном порядке, – предложил Доктор. – «А»? «Б»?

    — Доктор · книга
16. «

    Скагра приблизился, не сводя с нее пристального взгляда. — Вам страшно. Романа опустила глаза. Пусть говорит что угодно: чем больше времени Скагра потратит на напыщенные монологи, тем больше шансов, что его что-нибудь – ну хоть что-нибудь! – остановит. — Только безумцу здесь не страшно.

    Скагра приблизился, не сводя с нее пристального взгляда. — Вам страшно. Романа опустила глаза. Пусть говорит что угодно: чем больше времени Скагра потратит на напыщенные монологи, тем больше шансов, что его что-нибудь – ну хоть что-нибудь! – остановит. — Только безумцу здесь не страшно.

    — Скагра · книга
17. «

    — А я не должен сказать что-нибудь героическое? Я ведь первый человек в космосе! Доктор покачал головой. — Не первый? – удивленно переспросил Крис. — Даже не второй. И не третий.

    — А я не должен сказать что-нибудь героическое? Я ведь первый человек в космосе! Доктор покачал головой. — Не первый? – удивленно переспросил Крис. — Даже не второй. И не третий.

    — Крис · книга
18. «

    — Я же говорила, что ты промахнулся со временем. — Ты всегда это говоришь, – парировал Доктор. – Я уже не слушаю.

    — Я же говорила, что ты промахнулся со временем. — Ты всегда это говоришь, – парировал Доктор. – Я уже не слушаю.

    — Доктор · книга
19. «

    На одной из стен висела металлическая табличка с надписью: «Общество углубленных научных исследований». Под ней можно было различить еще три буквы: «КСЗ». Доктор провел по табличке пальцем, на котором остался толстый слой пыли. — Так много ученых и ни одной уборщицы… Криса же больше заинтересовала нижняя аббревиатура. — Что это значит? — Крайняя стадия запустения, если судить по состоянию станции.

    На одной из стен висела металлическая табличка с надписью: «Общество углубленных научных исследований». Под ней можно было различить еще три буквы: «КСЗ». Доктор провел по табличке пальцем, на котором остался толстый слой пыли. — Так много ученых и ни одной уборщицы… Криса же больше заинтересовала нижняя аббревиатура. — Что это значит? — Крайняя стадия запустения, если судить по состоянию станции.

    — Крис · книга
20. «

    — Итак. Загогулина. Загогулина. Загогулина. Волнистая линия – чем-то на глаз похожа, – загогулина, загогулина, – он поднял глаза и улыбнулся. – Я не быстро читаю? Губы Скагры задрожали от гнева. — Позвольте напомнить, что ваши друзья… — Тихо-тихо, – перебил его Доктор, – начинается самое интересное! Загогулина, загогулина, волнистая линия и волнистая загогулина! Неожиданно он посерьезнел и перевернул страницу, потом еще одну. — Скагра, вам не кажется, что это какая-то бессмыслица? — Любому дураку понятно, что книга написана шифром!

    — Итак. Загогулина. Загогулина. Загогулина. Волнистая линия – чем-то на глаз похожа, – загогулина, загогулина, – он поднял глаза и улыбнулся. – Я не быстро читаю? Губы Скагры задрожали от гнева. — Позвольте напомнить, что ваши друзья… — Тихо-тихо, – перебил его Доктор, – начинается самое интересное! Загогулина, загогулина, волнистая линия и волнистая загогулина! Неожиданно он посерьезнел и перевернул страницу, потом еще одну. — Скагра, вам не кажется, что это какая-то бессмыслица? — Любому дураку понятно, что книга написана шифром!

    — Скагра · книга