Подборка · 31 цитата из книги

31 цитата из книги «Гэри Рассел. Разделённая верность», которые захочется сохранить

Собрали 31 цитата из книги «Гэри Рассел. Разделённая верность» — те самые, которые расходятся на цитаты.

Другие размеры:10 15 20 25 29 30 32 33 40 50 все варианты

Никогда не стоит несерьезно относиться к моим играм.
— Небесный игрушечник · книга
— Браво, Доктор, — пробормотал Десоргер. — Я начинаю чувствовать себя крошечной песчинкой. Доктор вновь опустился на колени перед даймокцем. — Не бойтесь, Десоргер. Всегда существует кто-то меньше вас.
— Доктор · книга
— Что ж, я пропустил их. Но я поймал тебя. Я сообщу кардиналу Зассе о твоем опоздании, и она примет должные меры. — У меня есть более интересное предложение, — ответил Мортимус. — Если ты хочешь внести меня в список, то добавь в самый длинный. Знаешь, тот, с именами всех наставников и студентов, которые презирают тебя, Рансибл. Он, должно быть, постоянно пополняется.
— Что ж, я пропустил их. Но я поймал тебя. Я сообщу кардиналу Зассе о твоем опоздании, и она примет должные меры. — У меня есть более интересное предложение, — ответил Мортимус. — Если ты хочешь внести меня в список, то добавь в самый длинный. Знаешь, тот, с именами всех наставников и студентов, которые презирают тебя, Рансибл. Он, должно быть, постоянно пополняется.
— Все разумные расы чувствуют, что-то есть нечто большее, чем они сами, Доктор, — сказал Раллон. — Это — фактор, который подталкивает их развитие. Возьми свою любимую планету, Доктор. Земля. Сол Три. Неважно, как ты ее называешь. У каждой цивилизации был свой собственный пантеон. Греки, римляне, скандинавы, христиане, индуисты… Кто знает, существуют ли они? Вероятно, да. Или существовали. Использовали силу, которая объединяла людей, давала им причину существовать, бороться. Они создали свою этику, свою культуру вокруг этих богов. На Даймоке — та же самая ситуация. — Я нашел людей с Даймока сотни лет назад, Доктор, — сказал Игрушечник. — У них не было цели, они нуждались в Боге. И, будучи расой телепатов без материальных потребностей, они увидели во мне своего Бога. Я никогда не утверждал, что являюсь единственным, я — Страж, Доктор. Вся расы мечтают и надеются. Если существуют Страж Света и Страж Хаоса, то должен быть и Страж Мечтаний. Именно поэтому я нахожусь в этой Вселенной, Доктор. У всех есть мечты. Я формирую их. Это — моя работа. Нисса вмешалась в их разговор. — А как же Ваши игры? Мучения, которые Вы причиняете? — Страж Хаоса создает войны, чтобы оправдать свое существование. Страж Правосудия создает конфликты, чтобы оправдать свое. Я — создаю умственные игры, моя дорогая. Без меня, без того, что я делаю, мечты потеряли бы новизну, пропала бы потребность учиться и развиваться. Они бы просто стояли на месте, медленно увядая и умирая. Я не могу существовать без жителей этой Вселенной. Они не могут существовать без меня.
— Все разумные расы чувствуют, что-то есть нечто большее, чем они сами, Доктор, — сказал Раллон. — Это — фактор, который подталкивает их развитие. Возьми свою любимую планету, Доктор. Земля. Сол Три. Неважно, как ты ее называешь. У каждой цивилизации был свой собственный пантеон. Греки, римляне, скандинавы, христиане, индуисты… Кто знает, существуют ли они? Вероятно, да. Или существовали. Использовали силу, которая объединяла людей, давала им причину существовать, бороться. Они создали свою этику, свою культуру вокруг этих богов. На Даймоке — та же самая ситуация. — Я нашел людей с Даймока сотни лет назад, Доктор, — сказал Игрушечник. — У них не было цели, они нуждались в Боге. И, будучи расой телепатов без материальных потребностей, они увидели во мне своего Бога. Я никогда не утверждал, что являюсь единственным, я — Страж, Доктор. Вся расы мечтают и надеются. Если существуют Страж Света и Страж Хаоса, то должен быть и Страж Мечтаний. Именно поэтому я нахожусь в этой Вселенной, Доктор. У всех есть мечты. Я формирую их. Это — моя работа. Нисса вмешалась в их разговор. — А как же Ваши игры? Мучения, которые Вы причиняете? — Страж Хаоса создает войны, чтобы оправдать свое существование. Страж Правосудия создает конфликты, чтобы оправдать свое. Я — создаю умственные игры, моя дорогая. Без меня, без того, что я делаю, мечты потеряли бы новизну, пропала бы потребность учиться и развиваться. Они бы просто стояли на месте, медленно увядая и умирая. Я не могу существовать без жителей этой Вселенной. Они не могут существовать без меня.
— Доктор · книга
— Чушь, — сказал Мортимус. — Кто может быть более развитым, чем Повелители Времени? Ванселл высунулся из дверного проема. — Неудивительно, что они не преподают это в Академии. Представьте, что Делокс узнает о том, что она не самая высшая форма развития во Вселенной?
— Чушь, — сказал Мортимус. — Кто может быть более развитым, чем Повелители Времени? Ванселл высунулся из дверного проема. — Неудивительно, что они не преподают это в Академии. Представьте, что Делокс узнает о том, что она не самая высшая форма развития во Вселенной?
— Доктор · книга
— Хорошо, Игрушечник, я буду играть по Вашим правилам. Шахматы. Карты. Рамми. Во что бы Вы ни хотели — но верните все на свои места, или я не смогу помочь Вам! И мир распался вокруг него.
— Доктор · книга
— Китриарх сказал мне, что недостаточно, что я просто хочу учиться. Недостаточно, что я учусь здесь, в Академии, получил докторскую степень. Нет, он ждет большего. Он ждет, что я стану Повелителем Времени со всеми их генетическими привилегиями, а затем засяду в какой-нибудь комнате, чтобы изучать галактику. Сказал, что я, я, должен задуматься о месте работы. Что ж, я не стану возвращаться. Нет, не стану. — Он ткнул пальцем в Барсука. — И можешь передать ему — если он захочет слушать — что сказал мне, что я ничего не стою, что я — разочарование для дома, семьи и всех кузенов, и он может приехать сам вместо того, чтобы посылать тебя только потому, что мы — друзья.
— Китриарх сказал мне, что недостаточно, что я просто хочу учиться. Недостаточно, что я учусь здесь, в Академии, получил докторскую степень. Нет, он ждет большего. Он ждет, что я стану Повелителем Времени со всеми их генетическими привилегиями, а затем засяду в какой-нибудь комнате, чтобы изучать галактику. Сказал, что я, я, должен задуматься о месте работы. Что ж, я не стану возвращаться. Нет, не стану. — Он ткнул пальцем в Барсука. — И можешь передать ему — если он захочет слушать — что сказал мне, что я ничего не стою, что я — разочарование для дома, семьи и всех кузенов, и он может приехать сам вместо того, чтобы посылать тебя только потому, что мы — друзья.
— Доктор · книга
Боруса всегда повторял ему, что никогда не следует позволять ситуации брать контроль над тобой. И даже голос старика с горы, казалось, проник в его мозг. — Твоя судьба в твоих руках, мой мальчик. Внешние силы могут повлиять на нее, но твоя судьба определяется тобой и тем, что ты делаешь с событиями, с которыми сталкиваешься. Его два самых значимых учителя. Настало время, чтобы узнать, насколько хорошо они научили его. Нет. Узнать, как хорошо он слушал и учился.
Боруса всегда повторял ему, что никогда не следует позволять ситуации брать контроль над тобой. И даже голос старика с горы, казалось, проник в его мозг. — Твоя судьба в твоих руках, мой мальчик. Внешние силы могут повлиять на нее, но твоя судьба определяется тобой и тем, что ты делаешь с событиями, с которыми сталкиваешься. Его два самых значимых учителя. Настало время, чтобы узнать, насколько хорошо они научили его. Нет. Узнать, как хорошо он слушал и учился.
— Доктор · книга
— Просто дайте нам уйти! — закричала Нисса, подсознательно пробуя подход Тиган. — Не пытайся обратиться к его лучшей половине, Нисса. У него ее нет.
— Нисса · книга
— Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.
— Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.
— Доктор · книга
— Ты был все время с ними, не так ли? Наблюдал, кто из нас первым решит сбежать от Повелителей Времени. Ванселл пожал плечами. — И да, и нет. Да, я был агентом НАВ с того дня, как пришел в Академию. Нет, я наблюдал только за тобой. Дракс, Мортимус и даже твой старый друг с гор южного Галлифрея покинули планету. Они не первые, кто выбрал изгнание и свободу вместо того, чтобы остаться здесь. Но ты, Доктор, ты — первый, кем заинтересовалось Агенство. У тебя есть… способности. Мы увидели их в твоих генах, начиная с того дня, как ты появился на свет… Доктор хотелось закричать, излить весь свой гнев. Но он понимал, что это ни к чему не приведет. С этого времени он оказывался перед необходимостью быть очень осторожным и планировать весьма тщательно. И если требовалось пятьсот лет, чтобы получить то, что он хотел, значит, так оно и будет. В итоге он просто улыбнулся Ванселлу.
— Ты был все время с ними, не так ли? Наблюдал, кто из нас первым решит сбежать от Повелителей Времени. Ванселл пожал плечами. — И да, и нет. Да, я был агентом НАВ с того дня, как пришел в Академию. Нет, я наблюдал только за тобой. Дракс, Мортимус и даже твой старый друг с гор южного Галлифрея покинули планету. Они не первые, кто выбрал изгнание и свободу вместо того, чтобы остаться здесь. Но ты, Доктор, ты — первый, кем заинтересовалось Агенство. У тебя есть… способности. Мы увидели их в твоих генах, начиная с того дня, как ты появился на свет… Доктор хотелось закричать, излить весь свой гнев. Но он понимал, что это ни к чему не приведет. С этого времени он оказывался перед необходимостью быть очень осторожным и планировать весьма тщательно. И если требовалось пятьсот лет, чтобы получить то, что он хотел, значит, так оно и будет. В итоге он просто улыбнулся Ванселлу.
— Доктор · книга
Доктор заметил улыбку Тиган. Почему она улыбалась? Игрушечник побеждал… Но он должен был доверять ей. Она была основой его команды — координатор, как сказал он однажды. Он возвратился к мозаике, отчаянно пытаясь завершить ее, точнее, дойти до стадии, где требовалась одна последняя часть. И затем он был бы… — Победа! — прокричал Игрушечник, и Доктор ошеломленно посмотрел на него.
Доктор заметил улыбку Тиган. Почему она улыбалась? Игрушечник побеждал… Но он должен был доверять ей. Она была основой его команды — координатор, как сказал он однажды. Он возвратился к мозаике, отчаянно пытаясь завершить ее, точнее, дойти до стадии, где требовалась одна последняя часть. И затем он был бы… — Победа! — прокричал Игрушечник, и Доктор ошеломленно посмотрел на него.
— Тиган · книга
— Я чувствую себя очень усталой, — объявила Нисса. — Думаю, что понимаю, почему — сказал Доктор. — В еду был подмешан наркотик. Оуквуд попытался осмыслить это, но почувствовал, что эффект дает о себе знать — Вы знали об этом? — спросила Дитер. — Я подозревал. — Но почему Вы ничего не сказали? Доктор прислонился к стене. — Поскольку все мы нуждаемся в некотором отдыхе, и это гарантирует, чтобы мы получим его. Если Смотритель хотел бы причинить нам вред, он убил бы нас в шаттле или оставил замерзать снаружи, как только получил Тиган. Он улыбнулся Дитер, но та, как почти все остальные, была уже без сознания. — Помимо этого, мы все съели достаточно наркотиков, которые подействовали быстрее, чем я стал подозре… подозр…
— Я чувствую себя очень усталой, — объявила Нисса. — Думаю, что понимаю, почему — сказал Доктор. — В еду был подмешан наркотик. Оуквуд попытался осмыслить это, но почувствовал, что эффект дает о себе знать — Вы знали об этом? — спросила Дитер. — Я подозревал. — Но почему Вы ничего не сказали? Доктор прислонился к стене. — Поскольку все мы нуждаемся в некотором отдыхе, и это гарантирует, чтобы мы получим его. Если Смотритель хотел бы причинить нам вред, он убил бы нас в шаттле или оставил замерзать снаружи, как только получил Тиган. Он улыбнулся Дитер, но та, как почти все остальные, была уже без сознания. — Помимо этого, мы все съели достаточно наркотиков, которые подействовали быстрее, чем я стал подозре… подозр…
— Нисса · книга
У Вас есть тайна, и это — сыр в мышеловке, в которую он хочет попасть.
— Тиган Джованка · книга
Доктор подумал о Раллоне, о том, чего он был лишен все эти годы. И его заключительной жертве. Он не проиграл, но и не победил. Однако, против столь сильного противника как Страж Мечтаний, он выстоял лучше, чем мог бы надеяться. Доктор посмотрел на внутреннюю дверь, за которую ушли остальные. Время излечит их. Он задался вопросом, излечит ли оно и его.
Доктор подумал о Раллоне, о том, чего он был лишен все эти годы. И его заключительной жертве. Он не проиграл, но и не победил. Однако, против столь сильного противника как Страж Мечтаний, он выстоял лучше, чем мог бы надеяться. Доктор посмотрел на внутреннюю дверь, за которую ушли остальные. Время излечит их. Он задался вопросом, излечит ли оно и его.
— Доктор · книга
— Я знаю, что мой отец мертв, — кричала Нисса. — Он лжет! — Я не хочу возвращаться в Е-пространство, Доктор. Мне нравится быть здесь. С тобой! — Адрик умоляюще смотрел на Доктора. Не было ли это уловкой? Возможно, Игрушечник управлял ими? — Тиган? Тиган посмотрела на него. — Я хотела бы вернуться домой, Доктор. Но не за счет твоей жизни. Из того, что я видела, Вселенная нуждается в тебе больше, чем Брисбен нуждается во мне.
— Я знаю, что мой отец мертв, — кричала Нисса. — Он лжет! — Я не хочу возвращаться в Е-пространство, Доктор. Мне нравится быть здесь. С тобой! — Адрик умоляюще смотрел на Доктора. Не было ли это уловкой? Возможно, Игрушечник управлял ими? — Тиган? Тиган посмотрела на него. — Я хотела бы вернуться домой, Доктор. Но не за счет твоей жизни. Из того, что я видела, Вселенная нуждается в тебе больше, чем Брисбен нуждается во мне.
— Нисса · книга
— Я жалею, что сомневался в тебе, Тиган. Иногда ты стоишь на вес золота. — Только иногда? — улыбнулась она.
— Тиган Джованка · книга
— Это была грандиозная речь, Нисса, — произнес голос позади нее. — От Вас редко можно услышать нечто подобное. — Я просто редко произношу это вслух, — парировала она, не оглядываясь. Она поняла, что это был Мастер. Судя по вкрадчивому голосу, в образе ее собственного отца. — Но это не означает, что я ни о чем не думаю. Почему бы Вам не показать свое истинное лицо вместо игрушечного медведя, моего отца или Мастера? И Небесный Игрушечник появился перед нею. Он развел руки, словно извиняясь. — Так лучше, — сказала она. — Я не знаю, кто Вы, но предположу, что Вы — тот, кто предпринял эту смехотворную ребяческую попытку смутить меня.
— Это была грандиозная речь, Нисса, — произнес голос позади нее. — От Вас редко можно услышать нечто подобное. — Я просто редко произношу это вслух, — парировала она, не оглядываясь. Она поняла, что это был Мастер. Судя по вкрадчивому голосу, в образе ее собственного отца. — Но это не означает, что я ни о чем не думаю. Почему бы Вам не показать свое истинное лицо вместо игрушечного медведя, моего отца или Мастера? И Небесный Игрушечник появился перед нею. Он развел руки, словно извиняясь. — Так лучше, — сказала она. — Я не знаю, кто Вы, но предположу, что Вы — тот, кто предпринял эту смехотворную ребяческую попытку смутить меня.
— Нисса · книга
— Вы сошли с ума. Из-за того, что нашла Милленния, вы собираетесь нарушить все законы Галлифрея, покинуть планету и чем все это закончится? Смертью, скорее всего. Глаза Доктора вспыхнули от ярости. — Никто не просит, чтобы ты присоединялся к нам, Ванселл. — Он повернулся к остальным. — Да, я предлагаю нарушить закон. Да, я предлагаю нечто опасное. Но если мы останемся здесь, если мы не докажем тем соням, что называют себя Повелителями Времени, что существует Вселенная, которую стоит исследовать — не только смотреть, наблюдать, делать записи, но и принимать участие — тогда ради чего жить здесь. — А если нас поймают? — поинтересовался Магнус. — Если нас поймают, мы признаем свою вину. Но в любом случае, даже если нас поймают, это встряхнет их немного, внесет сумятицу в их удобный мирок.
— Вы сошли с ума. Из-за того, что нашла Милленния, вы собираетесь нарушить все законы Галлифрея, покинуть планету и чем все это закончится? Смертью, скорее всего. Глаза Доктора вспыхнули от ярости. — Никто не просит, чтобы ты присоединялся к нам, Ванселл. — Он повернулся к остальным. — Да, я предлагаю нарушить закон. Да, я предлагаю нечто опасное. Но если мы останемся здесь, если мы не докажем тем соням, что называют себя Повелителями Времени, что существует Вселенная, которую стоит исследовать — не только смотреть, наблюдать, делать записи, но и принимать участие — тогда ради чего жить здесь. — А если нас поймают? — поинтересовался Магнус. — Если нас поймают, мы признаем свою вину. Но в любом случае, даже если нас поймают, это встряхнет их немного, внесет сумятицу в их удобный мирок.
— О, нет… — начал Адрик, но Доктор прервал его. — Да, Адрик. Ты останешься здесь. Мне нужен кто-то, кто позаботится о ТАРДИС. — Можно оставить Ниссу. — Если Тиган будет вновь одержима, понадобится знание биоэлектроники, чтобы помочь ей. Адрик почти затопал ногой в расстройстве. — Тиган всегда одержима! Ей просто хочется внимания. Доктор глубоко вздохнул, затем мягко прошептал мальчику. — Мне нужен здесь кто-то, кому я доверяю. Полностью. Если что-то пойдет не так, ты способен убедить лейтенанта Паладопуса начать наши поиски лучше, чем Нисса. Согласен?
— О, нет… — начал Адрик, но Доктор прервал его. — Да, Адрик. Ты останешься здесь. Мне нужен кто-то, кто позаботится о ТАРДИС. — Можно оставить Ниссу. — Если Тиган будет вновь одержима, понадобится знание биоэлектроники, чтобы помочь ей. Адрик почти затопал ногой в расстройстве. — Тиган всегда одержима! Ей просто хочется внимания. Доктор глубоко вздохнул, затем мягко прошептал мальчику. — Мне нужен здесь кто-то, кому я доверяю. Полностью. Если что-то пойдет не так, ты способен убедить лейтенанта Паладопуса начать наши поиски лучше, чем Нисса. Согласен?
— Доктор · книга

20 из 31