42 фразы из книги «Гастон Леру. Призрак Оперы» — избранное

42 цитаты из книги «Гастон Леру. Призрак Оперы» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Бывают такие вещи, которыми не хвастаются, и вещи, о которых слишком унизительно сожалеть.

   Бывают такие вещи, которыми не хвастаются, и вещи, о которых слишком унизительно сожалеть.
2. «

   Мы должны привыкать ко всему в жизни, даже к вечности.

   Мы должны привыкать ко всему в жизни, даже к вечности.

   — Эрик · книга
3. «

   Бывают такие моменты, когда чрезмерная наивность кажется такой чудовищной, что становится ненавистной.

   Бывают такие моменты, когда чрезмерная наивность кажется такой чудовищной, что становится ненавистной.
4. «

   Это в подвалах, пишут X, Y и Z в своем занимательном исследовании творения Гарнье, больных старых людей превращают в красивых молодых любовников, а страшных ведьм — в блистательных фей. Из подвалов является Сатана, а потом уходит обратно вниз. Пламя ада поднимается оттуда, там собираются хоры демонов. А привидения бродят по подвалам, как будто они здесь хозяева.

   Это в подвалах, пишут X, Y и Z в своем занимательном исследовании творения Гарнье, больных старых людей превращают в красивых молодых любовников, а страшных ведьм — в блистательных фей. Из подвалов является Сатана, а потом уходит обратно вниз. Пламя ада поднимается оттуда, там собираются хоры демонов. А привидения бродят по подвалам, как будто они здесь хозяева.
5. «

   Эти сверхъестественные красные розы, которые, казалось, цвели на снегу, были единственными островками жизни среди этого царства мертвых.

   Эти сверхъестественные красные розы, которые, казалось, цвели на снегу, были единственными островками жизни среди этого царства мертвых.
6. «

   Никто не мог бы слыть настоящим парижанином, не научившись надевать маску веселья на свои печали и маску уныния, скуки и безразличия на свои внутренние радости.

   Никто не мог бы слыть настоящим парижанином, не научившись надевать маску веселья на свои печали и маску уныния, скуки и безразличия на свои внутренние радости.
7. «

   — Очень трудно заставить любить себя в могиле, — сказала я. — Приходится довольствоваться тем, что можешь получить.

   — Очень трудно заставить любить себя в могиле, — сказала я. — Приходится довольствоваться тем, что можешь получить.

   — Кристина Доэ · книга
8. «

   Эта мягкая, спокойная ночь полна стонов. Она, кажется, оплакивает нас!

   Эта мягкая, спокойная ночь полна стонов. Она, кажется, оплакивает нас!

   — Рауль де Шаньи · книга
9. «

   Мы будем петь для самих себя, одни, мы будем петь, пока не умрем от удовольствия…

   Мы будем петь для самих себя, одни, мы будем петь, пока не умрем от удовольствия…

   — Эрик · книга
10. «

    Я была заключена навечно, и причиной всех моих несчастий стало любопытство.

    Я была заключена навечно, и причиной всех моих несчастий стало любопытство.
11. «

    Вы, очевидно, любите его, и ваш страх, ваш ужас — все это любовь особого рода. Рода, которого вы не допускаете. Любовь, которая вызывает нервную дрожь, когда вы думаете о ней.

    Вы, очевидно, любите его, и ваш страх, ваш ужас — все это любовь особого рода. Рода, которого вы не допускаете. Любовь, которая вызывает нервную дрожь, когда вы думаете о ней.

    — Рауль де Шаньи · книга
12. «

    Доэ утверждал, что всех великих композиторов и музыкантов Ангел музыки посещал хотя бы раз в жизни. Иногда он приходил к их постели, как это случилось с Лоттой, и поэтому появлялись вундеркинды, которые в шесть лет играли на скрипке лучше, чем пятидесятилетние мужчины, что, согласитесь, весьма необычно. Иногда он прилетал и к непослушным детям, которые не хотели учить уроки или упражняться. А к детям со злым сердцем и нечистой совестью Ангел музыки вообще не являлся. Его никто никогда не видел, но многие слышали — слышали те, кому это было предопределено. Чаще всего Ангел спускался к людям, когда те меньше всего ждали его, когда они пребывали в унынии или печали. Вдруг они слышали небесные звуки и божественный голос, запоминавшийся на всю жизнь. У людей, которых посещал Ангел, в груди загоралось какое-то пламя, они начинали ощущать некую пульсацию, несвойственную другим смертным. Когда же они прикасались к инструменту или открывали рот, чтобы петь, то издавали звуки такой красоты, перед которыми меркли все другие звуки на земле. Те, кто не знал, что этих людей посетил Ангел музыки, называли их гениями.

    Доэ утверждал, что всех великих композиторов и музыкантов Ангел музыки посещал хотя бы раз в жизни. Иногда он приходил к их постели, как это случилось с Лоттой, и поэтому появлялись вундеркинды, которые в шесть лет играли на скрипке лучше, чем пятидесятилетние мужчины, что, согласитесь, весьма необычно. Иногда он прилетал и к непослушным детям, которые не хотели учить уроки или упражняться. А к детям со злым сердцем и нечистой совестью Ангел музыки вообще не являлся. Его никто никогда не видел, но многие слышали — слышали те, кому это было предопределено. Чаще всего Ангел спускался к людям, когда те меньше всего ждали его, когда они пребывали в унынии или печали. Вдруг они слышали небесные звуки и божественный голос, запоминавшийся на всю жизнь. У людей, которых посещал Ангел, в груди загоралось какое-то пламя, они начинали ощущать некую пульсацию, несвойственную другим смертным. Когда же они прикасались к инструменту или открывали рот, чтобы петь, то издавали звуки такой красоты, перед которыми меркли все другие звуки на земле. Те, кто не знал, что этих людей посетил Ангел музыки, называли их гениями.
13. «

    Моя ложь была такой же отвратительной, как монстр, который вдохновлял ее.

    Моя ложь была такой же отвратительной, как монстр, который вдохновлял ее.

    — Кристина Доэ · книга
14. «

    Этот скандинавский ангел, должно быть, хитер, как лиса!

    Этот скандинавский ангел, должно быть, хитер, как лиса!
15. «

    Наша подвластность музыке оправдывает самые смешные нелепости... мы снисходительны к этой экстравагантности, даже любим ее, ибо находимся в стране чудес.

    Наша подвластность музыке оправдывает самые смешные нелепости... мы снисходительны к этой экстравагантности, даже любим ее, ибо находимся в стране чудес.

    — Вольтер · книга
16. «

    Разве нельзя запретить женщине иметь ясные глаза ребенка, когда у нее душа куртизанки?

    Разве нельзя запретить женщине иметь ясные глаза ребенка, когда у нее душа куртизанки?
17. «

    Некоторая музыка настолько трудна, что поглощает каждого, кто соприкасается с ней.

    Некоторая музыка настолько трудна, что поглощает каждого, кто соприкасается с ней.
18. «

    Лучше быть в безопасности, чем потом сожалеть.

    Лучше быть в безопасности, чем потом сожалеть.

    — перс · книга
19. «

    Человеческое существо не может петь так, как вы пели в тот вечер, если не произошло какое-то чудо, если в это не вовлечены каким-то образом небеса.

    Человеческое существо не может петь так, как вы пели в тот вечер, если не произошло какое-то чудо, если в это не вовлечены каким-то образом небеса.

    — Рауль де Шаньи · книга
20. «

    — Разве когда любят, чувствуют себя несчастными? — Да, Кристина, когда любят и нет уверенности в том, что это взаимно.

    — Разве когда любят, чувствуют себя несчастными? — Да, Кристина, когда любят и нет уверенности в том, что это взаимно.

    — Кристина Доэ · книга