Подборка из книги: 31 цитата — «Генри Филдинг. История приключений Джозефа Эндруса и его друга Абраама Адамса»

Собрали 31 цитата из книги «Генри Филдинг. История приключений Джозефа Эндруса и его друга Абраама Адамса» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   О тщеславие! как мало признана сила твоя или слабо распознается твое воздействие! Как своенравно обманываешь ты человечество под различными масками! Ты мерзостное, безобразное чудовище, поносимое священниками, презираемое философами и высмеянное поэтами! Величайшие подлости ежедневно совершаются в угоду тебе.

   О тщеславие! как мало признана сила твоя или слабо распознается твое воздействие! Как своенравно обманываешь ты человечество под различными масками! Ты мерзостное, безобразное чудовище, поносимое священниками, презираемое философами и высмеянное поэтами! Величайшие подлости ежедневно совершаются в угоду тебе.
2. «

   Разве не жестоко было бы человека, не имеющего предков, лишать на этом основании возможности стяжать почет, когда мы столь часто видим, как люди, не обладая добродетелями, наслаждаются почетом, заслуженным их праотцами?

   Разве не жестоко было бы человека, не имеющего предков, лишать на этом основании возможности стяжать почет, когда мы столь часто видим, как люди, не обладая добродетелями, наслаждаются почетом, заслуженным их праотцами?
3. «

   Люди страдают по большей части от воображаемых горестей; и, давая им облегчение, мы иной раз проявляем больше глупости, чем доброты.

   Люди страдают по большей части от воображаемых горестей; и, давая им облегчение, мы иной раз проявляем больше глупости, чем доброты.

   — Паунс · книга
4. «

   Мне не доставляют удовольствия виды ни на какую землю, кроме как вид на мою собственную.

   Мне не доставляют удовольствия виды ни на какую землю, кроме как вид на мою собственную.

   — Паунс · книга
5. «

   Крупные пороки достойны нашей ненависти; мелкие недостатки достойны сожаления; и только притворство кажется мне подлинным источником Смешного.

   Крупные пороки достойны нашей ненависти; мелкие недостатки достойны сожаления; и только притворство кажется мне подлинным источником Смешного.
6. «

   Веселый смех, быть может, самое целебное лекарство для духа и больше способствует изгнанию сплина, меланхолии и прочих болезней, чем это обычно предполагают.

   Веселый смех, быть может, самое целебное лекарство для духа и больше способствует изгнанию сплина, меланхолии и прочих болезней, чем это обычно предполагают.
7. «

   Наставительные книги пошли ему впрок и научили его не жаловаться на свое положение в этом мире, не сожалеть о своей участи и не завидовать доле ближних, стоящих выше его.

   Наставительные книги пошли ему впрок и научили его не жаловаться на свое положение в этом мире, не сожалеть о своей участи и не завидовать доле ближних, стоящих выше его.
8. «

   О Любовь, какие чудовищные шутки ты шутишь со своими приверженцами обоего пола! Ка ты их обманываешь и как заставляешь обманывать самих себя! Их безумства тебе в усладу! Их воздыхания тебя смешат. Их терзания — твое веселье! Ты можешь сделать трусость храброй, скупость щедрой, гордость смиренной и жестокость милосердной.

   О Любовь, какие чудовищные шутки ты шутишь со своими приверженцами обоего пола! Ка ты их обманываешь и как заставляешь обманывать самих себя! Их безумства тебе в усладу! Их воздыхания тебя смешат. Их терзания — твое веселье! Ты можешь сделать трусость храброй, скупость щедрой, гордость смиренной и жестокость милосердной.
9. «

   Наше бессилие помочь самим себе служит доказательством безрассудства и бессмысленности наших сетований, ибо кому противимся мы или на кого сетуем, если не на ту силу, от чьих стрел не охранят нас никакие доспехи, не даст убежать никакая быстрота. На ту силу, которая не оставляет нам иной надежды, помимо смирения.

   Наше бессилие помочь самим себе служит доказательством безрассудства и бессмысленности наших сетований, ибо кому противимся мы или на кого сетуем, если не на ту силу, от чьих стрел не охранят нас никакие доспехи, не даст убежать никакая быстрота. На ту силу, которая не оставляет нам иной надежды, помимо смирения.

   — Адамс · книга
10. «

    Очень трудно описать длинный ряд человеческих поступков и не коснуться пороков. Пороки, какие встречаются здесь, неизменно выставляются не как предмет смеха, а лишь как предмет отвращения. Здесь никогда порок не преуспевает в свершении задуманного зла.

    Очень трудно описать длинный ряд человеческих поступков и не коснуться пороков. Пороки, какие встречаются здесь, неизменно выставляются не как предмет смеха, а лишь как предмет отвращения. Здесь никогда порок не преуспевает в свершении задуманного зла.
11. «

    Кто хочет быть той тварью, что зовется человеком?

    Кто хочет быть той тварью, что зовется человеком?

    — Актер · книга
12. «

    Для меня — какая книга лучше всего раскупается, та и есть самая наилучшая.

    Для меня — какая книга лучше всего раскупается, та и есть самая наилучшая.

    — Продавец книг · книга
13. «

    Не будучи подготовлен воспитанием к тайнам коммерции и стараясь вести дело с безупречной честностью и прямотой, я вскоре увидел, что состояние наше идет на убыль и мое предприятие понемногу хиреет, — потому что мои вина я ничем не разбавлял и пускал их в продажу такими же чистыми, какими ввозил их из-за моря.

    Не будучи подготовлен воспитанием к тайнам коммерции и стараясь вести дело с безупречной честностью и прямотой, я вскоре увидел, что состояние наше идет на убыль и мое предприятие понемногу хиреет, — потому что мои вина я ничем не разбавлял и пускал их в продажу такими же чистыми, какими ввозил их из-за моря.

    — Джентльмен · книга
14. «

    Мистер Абраам Адамс был высоко образованным человеком. Кроме того, он был человеком благоразумным, благородным и благожелательным, но в то же время в путях мирских столь же был неискушен, как впервые вступивший на них младенец. Сам несклонный к обману, он и других никогда не подозревал в желании обмануть.

    Мистер Абраам Адамс был высоко образованным человеком. Кроме того, он был человеком благоразумным, благородным и благожелательным, но в то же время в путях мирских столь же был неискушен, как впервые вступивший на них младенец. Сам несклонный к обману, он и других никогда не подозревал в желании обмануть.
15. «

    Учитесь, мои прекрасные соотечественницы! Помните о собственной слабости и тех возможностях, при которых сила мужчины может вам быть полезна.

    Учитесь, мои прекрасные соотечественницы! Помните о собственной слабости и тех возможностях, при которых сила мужчины может вам быть полезна.
16. «

    Когда невзгоды поражают нас внезапно, чтобы им противиться, нужно обладать неизмеримо большими знаниями. Человеку и христианину подобает призывать себе на помощь рассудительность, и она тотчас научит его терпению и покорности.

    Когда невзгоды поражают нас внезапно, чтобы им противиться, нужно обладать неизмеримо большими знаниями. Человеку и христианину подобает призывать себе на помощь рассудительность, и она тотчас научит его терпению и покорности.

    — Адамс · книга
17. «

    Мы не сами себя создали; и та сила, что создала нас, управляет и располагает нами по воле своей. Творец наш делает с нами, что ему угодно, и мы не вправе сетовать.

    Мы не сами себя создали; и та сила, что создала нас, управляет и располагает нами по воле своей. Творец наш делает с нами, что ему угодно, и мы не вправе сетовать.

    — Адамс · книга
18. «

    В карикатуре мы допускаем любой произвол, цель ее — выставить напоказ чудища, а не людей; и всяческие искажения и преувеличения здесь вполне у места.

    В карикатуре мы допускаем любой произвол, цель ее — выставить напоказ чудища, а не людей; и всяческие искажения и преувеличения здесь вполне у места.
19. «

    Подлость не является предметом смешного.

    Подлость не является предметом смешного.

    — Аристотель · книга
20. «

    Право, странно даже, что люди наперебой прославляют доброту, а никто не старается заслужить эту славу; и наоборот: все поносят порок, и каждый рвется делать то, что сам же он хулит. Не знаю, какая тому причина, но что это так — ясно для всякого.

    Право, странно даже, что люди наперебой прославляют доброту, а никто не старается заслужить эту славу; и наоборот: все поносят порок, и каждый рвется делать то, что сам же он хулит. Не знаю, какая тому причина, но что это так — ясно для всякого.