Топ-58 цитат из книги «Гийом Мюссо. Бумажная девушка»

Собрали 58 цитат из книги «Гийом Мюссо. Бумажная девушка» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Любить кого-то — значит любить его счастье.

   Любить кого-то — значит любить его счастье.

   — Франсуаза Саган · книга
2. «

   Случается, что женщина встречается с негодяем и решает сделать из него святого. Иногда ей это удается. Случается, что женщина встречает святого и решает сделать из него негодяя. Это ей удается всегда.

   Случается, что женщина встречается с негодяем и решает сделать из него святого. Иногда ей это удается. Случается, что женщина встречает святого и решает сделать из него негодяя. Это ей удается всегда.

   — Чезаре Павезе · книга
3. «

   Считаются не удары, которые отвешивают, а те, которые получают и которым противостоят, чтобы идти вперед.

   Считаются не удары, которые отвешивают, а те, которые получают и которым противостоят, чтобы идти вперед.

   — Рэнди Пауш · книга
4. «

   В процессе создания книги я погружался в странное состояние: реальность мало-помалу уступала место вымыслу, и мои герои порой становились настолько реальными, что сопровождали меня повсюду. Их страдания, сомнения, счастье становились моими и продолжали преследовать долгое время после того, как я поставил финальную точку в романе.

   В процессе создания книги я погружался в странное состояние: реальность мало-помалу уступала место вымыслу, и мои герои порой становились настолько реальными, что сопровождали меня повсюду. Их страдания, сомнения, счастье становились моими и продолжали преследовать долгое время после того, как я поставил финальную точку в романе.

   — Том Бойд · книга
5. «

   Когда между твоими зубами ствол пистолета, произносишь только согласные.

   Когда между твоими зубами ствол пистолета, произносишь только согласные.

   — Чак Паланик · книга
6. «

   Аудитория снова зааплодировала, когда в зале выключили свет, и метрдотель подошел к столику Авроры и Рафаэля Барроса. Он нес на серебряном подносе кольцо с бриллиантом. Рафаэль опустился на одно колено, чтобы сделать ей предложение руки и сердца. В стороне стоял официант, готовый открыть шампанское, чтобы отпраздновать «да» Авроры. Все было идеально продумано и просчитано, в духе любителей слюнявого романтизма и праздников, продаваемых по каталогу.

   Аудитория снова зааплодировала, когда в зале выключили свет, и метрдотель подошел к столику Авроры и Рафаэля Барроса. Он нес на серебряном подносе кольцо с бриллиантом. Рафаэль опустился на одно колено, чтобы сделать ей предложение руки и сердца. В стороне стоял официант, готовый открыть шампанское, чтобы отпраздновать «да» Авроры. Все было идеально продумано и просчитано, в духе любителей слюнявого романтизма и праздников, продаваемых по каталогу.

   — Том Бойд · книга
7. «

   Я начинал предчувствовать, что персонажи романа не созданы для реальной жизни. Я знал Билли, ее недостатки и тревоги, ее простодушие и уязвимость. В каком-то смысле я чувствовал себя в ответе за то, что с ней происходило.

   Я начинал предчувствовать, что персонажи романа не созданы для реальной жизни. Я знал Билли, ее недостатки и тревоги, ее простодушие и уязвимость. В каком-то смысле я чувствовал себя в ответе за то, что с ней происходило.

   — Том Бойд · книга
8. «

   Друзья — это ангелы, которые не дают упасть, когда собственные крылья не держат нас.

   Друзья — это ангелы, которые не дают упасть, когда собственные крылья не держат нас.
9. «

   Есть ли все-таки у людей право защищать своих друзей от самих себя?

   Есть ли все-таки у людей право защищать своих друзей от самих себя?

   — Мило Ломбардо · книга
10. «

    Падающие часто увлекают за собой тех, кто бросается им на помощь.

    Падающие часто увлекают за собой тех, кто бросается им на помощь.

    — Стефан Цвейг · книга
11. «

    Аврора не такая, как мы! Потому что она родилась с серебряной ложкой во рту. Потому что для не жизнь всегда была игрой, тогда как для нас она всегда была боем...

    Аврора не такая, как мы! Потому что она родилась с серебряной ложкой во рту. Потому что для не жизнь всегда была игрой, тогда как для нас она всегда была боем...

    — Мило Ломбардо · книга
12. «

    — Ты опять купил машину! Ты что их, коллекционируешь? — Это не машина, старик. Это произведение искусства! — Я называю это «ловушкой для телок». Неужели еще находятся девушки, с которыми проходит этот трюк с тачкой?

    — Ты опять купил машину! Ты что их, коллекционируешь? — Это не машина, старик. Это произведение искусства! — Я называю это «ловушкой для телок». Неужели еще находятся девушки, с которыми проходит этот трюк с тачкой?

    — Том Бойд · книга
13. «

    Мы наивно надеялись: если не говорить о прошлом, то оно исчезнет.

    Мы наивно надеялись: если не говорить о прошлом, то оно исчезнет.

    — Том Бойд · книга
14. «

    Аврора не только пробуждала самое лучшее во мне. Она извлекала из меня черты характера, мне ненавистные, с которыми я привык сражаться: собственничество, поклонение красоте, вера в то, что прекрасная душа непременно скрывается за ангельским личиком, и самовлюбленная гордость от сознания того, что со мной рядом настолько роскошная женщина.

    Аврора не только пробуждала самое лучшее во мне. Она извлекала из меня черты характера, мне ненавистные, с которыми я привык сражаться: собственничество, поклонение красоте, вера в то, что прекрасная душа непременно скрывается за ангельским личиком, и самовлюбленная гордость от сознания того, что со мной рядом настолько роскошная женщина.

    — Том Бойд · книга
15. «

    Анна рылась в помойках. Всего лишь год назад у нее была замечательная жизнь, она регулярно ужинала в ресторане и без труда выкладывала тысячу долларов во время шопинга с подружками. Но экономический кризис положил этому конец. Фирма, на которой работала Анна, провела резкое сокращение штатов и аннулировала ее должность специалиста по управленческому учету.

    Анна рылась в помойках. Всего лишь год назад у нее была замечательная жизнь, она регулярно ужинала в ресторане и без труда выкладывала тысячу долларов во время шопинга с подружками. Но экономический кризис положил этому конец. Фирма, на которой работала Анна, провела резкое сокращение штатов и аннулировала ее должность специалиста по управленческому учету.
16. «

    Любые отношения начинаются и заканчиваются, такова жизнь. Однажды утром один остается, а другой уходит и никто не знает почему. Мы все балансируем на краю пропасти. Я не доверяю чувствам. Они слишком изменчивые, слишком хрупкие, слишком непостоянные. Ты считаешь их прочным, а ведь достаточно одного взгляда, одной обольстительной улыбки, и от них не остается и следа.

    Любые отношения начинаются и заканчиваются, такова жизнь. Однажды утром один остается, а другой уходит и никто не знает почему. Мы все балансируем на краю пропасти. Я не доверяю чувствам. Они слишком изменчивые, слишком хрупкие, слишком непостоянные. Ты считаешь их прочным, а ведь достаточно одного взгляда, одной обольстительной улыбки, и от них не остается и следа.

    — Билли · книга
17. «

    Я влюбился в Аврору так, как подхватывают смертоносный и разрушительный вирус. Я полюбил ее в первую же минуту за все сразу и ни за что: за грустную улыбку, за прозрачный взгляд, за особую манеру заправлять волосы за ухо, за манеру поворачивать голову как будто в замедленной съемке. Потом я полюбил каждую интонацию ее голоса, ее ум, чувство юмора, явную отстраненность от собственной внешности. Впоследствии я полюбил ее за каждый из скрытых недостатков, за боль жизни, за все раны под ее кольчугой.

    Я влюбился в Аврору так, как подхватывают смертоносный и разрушительный вирус. Я полюбил ее в первую же минуту за все сразу и ни за что: за грустную улыбку, за прозрачный взгляд, за особую манеру заправлять волосы за ухо, за манеру поворачивать голову как будто в замедленной съемке. Потом я полюбил каждую интонацию ее голоса, ее ум, чувство юмора, явную отстраненность от собственной внешности. Впоследствии я полюбил ее за каждый из скрытых недостатков, за боль жизни, за все раны под ее кольчугой.

    — Том Бойд · книга
18. «

    Я хочу, чтобы вы перестали делать из меня козла отпущения ваших книжек! Вы что, ради смеха пропускаете через мою постель всех лузеров земного шара? Возможно, мое невезение успокаивает ваших читательниц, но меня это изматывает, и мне от этого больно.

    Я хочу, чтобы вы перестали делать из меня козла отпущения ваших книжек! Вы что, ради смеха пропускаете через мою постель всех лузеров земного шара? Возможно, мое невезение успокаивает ваших читательниц, но меня это изматывает, и мне от этого больно.

    — Билли · книга
19. «

    Я хотел разделить с тобой жизнь, в глубине души я верю, что это и есть любовь: желание проживать все вместе, делая свою жизнь богаче благодаря отличиям в характере твоей «второй половины». Я был готов к этому союзу, готов преодолевать препятствия бок о бок с тобой. Едва ли нам было бы легко — легко никогда не бывает, — но именно этого мне хотелось: повседневности, торжествующей над препятствиями, которыми усеяно наше существование.

    Я хотел разделить с тобой жизнь, в глубине души я верю, что это и есть любовь: желание проживать все вместе, делая свою жизнь богаче благодаря отличиям в характере твоей «второй половины». Я был готов к этому союзу, готов преодолевать препятствия бок о бок с тобой. Едва ли нам было бы легко — легко никогда не бывает, — но именно этого мне хотелось: повседневности, торжествующей над препятствиями, которыми усеяно наше существование.

    — Том Бойд · книга
20. «

    Узы образуются и распадаются, такова жизнь. Однажды утром один остается, а другой уходит, и никто никогда не знает, почему. Я не могу отдать другому все с этим дамокловым мечом над головой.

    Узы образуются и распадаются, такова жизнь. Однажды утром один остается, а другой уходит, и никто никогда не знает, почему. Я не могу отдать другому все с этим дамокловым мечом над головой.

    — Аврора · книга