33 цитаты из книги «Илья Ильф, Евгений Петров. Двенадцать стульев» — большая подборка

33 цитаты из книги «Илья Ильф, Евгений Петров. Двенадцать стульев» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Время, — сказал он, — которое мы имеем, — это деньги, которых мы не имеем.

   Время, — сказал он, — которое мы имеем, — это деньги, которых мы не имеем.

   — Остап Бендер · книга
2. «

   Сделал своё дело — и уходи!

   Сделал своё дело — и уходи!
3. «

   Матрац ненасытен. Он требует жертвоприношений. По ночам он издает звон падающего меча. Ему нужна этажерка. Ему нужен стол на глупых тумбах. Лязгая пружинами, он требует занавесей, портьер и кухонной посуды. Он толкает человека и говорит ему: – Пойди и купи рубель и качалку! – Мне стыдно за тебя, человек! У тебя до сих пор нет ковра! – Работай! Я скоро принесу тебе детей! Тебе нужны деньги на пеленки и колясочку!

   Матрац ненасытен. Он требует жертвоприношений. По ночам он издает звон падающего меча. Ему нужна этажерка. Ему нужен стол на глупых тумбах. Лязгая пружинами, он требует занавесей, портьер и кухонной посуды. Он толкает человека и говорит ему: – Пойди и купи рубель и качалку! – Мне стыдно за тебя, человек! У тебя до сих пор нет ковра! – Работай! Я скоро принесу тебе детей! Тебе нужны деньги на пеленки и колясочку!
4. «

   Не задумывайтесь. Молчите. И не забывайте надувать щеки.

   Не задумывайтесь. Молчите. И не забывайте надувать щеки.

   — Остап Бендер · книга
5. «

   Дверь открылась. Остап прошел в комнату, которая могла быть обставлена только существом с воображением дятла. На стенах висели кинооткрыточки, куколки и тамбовские гобелены. На этом пестром фоне, от которого рябило в глазах, трудно было заметить маленькую хозяйку комнаты. На ней был халатик, переделанный из толстовки Эрнеста Павловича и отороченный загадочным мехом.

   Дверь открылась. Остап прошел в комнату, которая могла быть обставлена только существом с воображением дятла. На стенах висели кинооткрыточки, куколки и тамбовские гобелены. На этом пестром фоне, от которого рябило в глазах, трудно было заметить маленькую хозяйку комнаты. На ней был халатик, переделанный из толстовки Эрнеста Павловича и отороченный загадочным мехом.
6. «

   Что вы на меня смотрите такими злыми глазами, как солдат на вошь? Вы на себя посмотрите!

   Что вы на меня смотрите такими злыми глазами, как солдат на вошь? Вы на себя посмотрите!

   — Остап Бендер · книга
7. «

   Альпийское нищенство — святое дело!

   Альпийское нищенство — святое дело!

   — Остап Бендер · книга
8. «

   Её скромные бёдра развязывали его поэтические чувства.

   Её скромные бёдра развязывали его поэтические чувства.
9. «

   Он так обрадовался, что у него в самых неожиданных местах объявились пульсы.

   Он так обрадовался, что у него в самых неожиданных местах объявились пульсы.
10. «

    — Если хотите, вы можете уйти. — Тогда я, пожалуй, пойду. — Но, помните, у нас длинные руки! — Тогда я, пожалуй, останусь…

    — Если хотите, вы можете уйти. — Тогда я, пожалуй, пойду. — Но, помните, у нас длинные руки! — Тогда я, пожалуй, останусь…
11. «

    Может быть, тебе дать ещё ключ от квартиры, где деньги лежат?

    Может быть, тебе дать ещё ключ от квартиры, где деньги лежат?

    — Остап Бендер · книга
12. «

    Обниматься некогда, — сказал он. Прощай любимая. Мы разошлись как в море корабли.

    Обниматься некогда, — сказал он. Прощай любимая. Мы разошлись как в море корабли.

    — Остап Бендер · книга
13. «

    Пан или пропал. Я выбираю пана, хотя он и явный поляк.

    Пан или пропал. Я выбираю пана, хотя он и явный поляк.

    — Остап Бендер · книга
14. «

    Рисунок, сделанный хвостом непокорного мула, по сравнению с транспарантом Остапа показался бы музейной ценностью. Вместо сеятеля, разбрасывающего облигации, шкодливая рука Остапа изобразила некий обрубок с сахарной головой и тонкими плетьми вместо рук.

    Рисунок, сделанный хвостом непокорного мула, по сравнению с транспарантом Остапа показался бы музейной ценностью. Вместо сеятеля, разбрасывающего облигации, шкодливая рука Остапа изобразила некий обрубок с сахарной головой и тонкими плетьми вместо рук.
15. «

    Счастье, – рассуждал Остап, – всегда приходит в последнюю минуту. Если вам у Смоленского рынка нужно сесть в трамвай номер 4, а там, кроме четвертого, проходят еще пятый, семнадцатый, пятнадцатый, тридцатый, тридцать первый, Б, Г и две автобусных линии, то уж будьте уверены, что сначала пройдет Г, потом два пятнадцатых подряд, что вообще противоестественно, затем семнадцатый, тридцатый, много Б, снова Г, тридцать первый, пятый, снова семнадцатый и снова Б. И вот, когда вам начнет казаться, что четвертого номера уже не существует в природе, он медленно придет со стороны Брянского вокзала, увешанный людьми. Но пробраться в вагон для умелого трамвайного пассажира совсем не трудно. Нужно только, чтоб трамвай пришел. Если же вам нужно сесть в пятнадцатый номер, то не сомневайтесь: сначала пройдет множество вагонов всех прочих номеров, проклятый четвертый пройдет восемь раз подряд, а пятнадцатый, который еще так недавно ходил через каждые пять минут, станет появляться не чаще одного раза в сутки. Нужно лишь терпение, и вы дождетесь.

    Счастье, – рассуждал Остап, – всегда приходит в последнюю минуту. Если вам у Смоленского рынка нужно сесть в трамвай номер 4, а там, кроме четвертого, проходят еще пятый, семнадцатый, пятнадцатый, тридцатый, тридцать первый, Б, Г и две автобусных линии, то уж будьте уверены, что сначала пройдет Г, потом два пятнадцатых подряд, что вообще противоестественно, затем семнадцатый, тридцатый, много Б, снова Г, тридцать первый, пятый, снова семнадцатый и снова Б. И вот, когда вам начнет казаться, что четвертого номера уже не существует в природе, он медленно придет со стороны Брянского вокзала, увешанный людьми. Но пробраться в вагон для умелого трамвайного пассажира совсем не трудно. Нужно только, чтоб трамвай пришел. Если же вам нужно сесть в пятнадцатый номер, то не сомневайтесь: сначала пройдет множество вагонов всех прочих номеров, проклятый четвертый пройдет восемь раз подряд, а пятнадцатый, который еще так недавно ходил через каждые пять минут, станет появляться не чаще одного раза в сутки. Нужно лишь терпение, и вы дождетесь.

    — Остап Бендер · книга
16. «

    Граждане! Уважайте пружинный матрац в голубых цветочках! Это – семейный очаг, альфа и омега меблировки, общее и целое домашнего уюта, любовная база, отец примуса! Как сладко спать под демократический звон его пружин! Какие сладкие сны видит человек, засыпающий на его голубой дерюге! Каким уважением пользуется каждый матрацевладелец! Человек, лишенный матраца, – жалок. Он не существует. Он не платит налогов, не имеет жены, знакомые не занимают ему денег до среды, шоферы такси посылают ему вдогонку оскорбительные слова, девушки смеются над ним – они не любят идеалистов.

    Граждане! Уважайте пружинный матрац в голубых цветочках! Это – семейный очаг, альфа и омега меблировки, общее и целое домашнего уюта, любовная база, отец примуса! Как сладко спать под демократический звон его пружин! Какие сладкие сны видит человек, засыпающий на его голубой дерюге! Каким уважением пользуется каждый матрацевладелец! Человек, лишенный матраца, – жалок. Он не существует. Он не платит налогов, не имеет жены, знакомые не занимают ему денег до среды, шоферы такси посылают ему вдогонку оскорбительные слова, девушки смеются над ним – они не любят идеалистов.
17. «

    Не будьте божьей коровой.

    Не будьте божьей коровой.

    — Остап Бендер · книга
18. «

    Остапа несло.

    Остапа несло.
19. «

    Вы довольно пошлый человек,— возражал Бендер,— вы любите деньги больше, чем надо.

    Вы довольно пошлый человек,— возражал Бендер,— вы любите деньги больше, чем надо.

    — Остап Бендер · книга
20. «

    Папаша, вы пошлый человек!

    Папаша, вы пошлый человек!

    — Остап Бендер · книга