51 цитата из книги «Лорен Вайсбергер. Дьявол носит Prada» — подборка редакции

Ниже 51 цитата из книги «Лорен Вайсбергер. Дьявол носит Prada»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Лили была немного слишком чудачка, чтобы хоть что-то делать «как все», но мы с ней отлично дополняли друг друга.

   Лили была немного слишком чудачка, чтобы хоть что-то делать «как все», но мы с ней отлично дополняли друг друга.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
2. «

   Счастлива ли я, работая у его жены? Хм. Дайте подумать. Испытывает ли счастье кролик, когда его проглатывает удав?

   Счастлива ли я, работая у его жены? Хм. Дайте подумать. Испытывает ли счастье кролик, когда его проглатывает удав?

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
3. «

   Когда звонит телефон, большинство людей радуются. Кто-то хочет пообщаться с тобой, поздороваться, порасспросить о жизни, о планах. Для меня же телефон стал дамокловым мечом, назойливым кошмаром, от которого замирает сердце. Люди часто считают, что многочисленные телефонные «навороты» – это всего лишь интересные новинки; меня же прежде всего интересовало, как они могут помочь мне хоть частично остановить льющийся из трубки поток приказов.

   Когда звонит телефон, большинство людей радуются. Кто-то хочет пообщаться с тобой, поздороваться, порасспросить о жизни, о планах. Для меня же телефон стал дамокловым мечом, назойливым кошмаром, от которого замирает сердце. Люди часто считают, что многочисленные телефонные «навороты» – это всего лишь интересные новинки; меня же прежде всего интересовало, как они могут помочь мне хоть частично остановить льющийся из трубки поток приказов.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
4. «

   Кофе был такой горячий – чуть ли не обжигающий, но и это было хорошо в зябкий, промозглый день, когда за окном сгущались серенькие сумерки, а прохудившееся небо сеяло на город не то снежную крупу, не то изморось. Обычно такие дни действуют на меня угнетающе, а это был чуть ли не самый унылый день и без того самого унылого в году месяца (февраля); в дни, подобные этому, даже оптимисты с головой залезают под одеяло, а пессимисты бывают уверены, что без упаковки антидепрессантов им этот день не пережить.

   Кофе был такой горячий – чуть ли не обжигающий, но и это было хорошо в зябкий, промозглый день, когда за окном сгущались серенькие сумерки, а прохудившееся небо сеяло на город не то снежную крупу, не то изморось. Обычно такие дни действуют на меня угнетающе, а это был чуть ли не самый унылый день и без того самого унылого в году месяца (февраля); в дни, подобные этому, даже оптимисты с головой залезают под одеяло, а пессимисты бывают уверены, что без упаковки антидепрессантов им этот день не пережить.

   — Лорен Вайсбергер · книга
5. «

   Вот для этого и нужны друзья — чтобы вместе пить, вместе делать глупости и заботиться друг о друге.

   Вот для этого и нужны друзья — чтобы вместе пить, вместе делать глупости и заботиться друг о друге.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
6. «

   Я работаю на компанию, которая понимает «организацию» как постоянную слежку за тем, куда ходит каждый сотрудник, что он предпочитает на обед и сколько минут способен крутить педали велотренажера. Повезло же мне.

   Я работаю на компанию, которая понимает «организацию» как постоянную слежку за тем, куда ходит каждый сотрудник, что он предпочитает на обед и сколько минут способен крутить педали велотренажера. Повезло же мне.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
7. «

   Миранда, мне придется перевести вас в режим ожидания, пока я буду звонить вашему шоферу. Хорошо? Я не дождалась ответа, который, я знала, лишь добавит масла в огонь, а сразу переключила ее на ожидание. Затем снова вызвала Париж. Было отрадно, что водитель откликнулся на первый же звонок по первому же номеру, который я набрала, – и совсем не так отрадно, что он, как оказалось, не говорил по-английски. Я никогда не была мазохисткой, но тут мне не оставалось ничего другого, как начать биться лбом о поверхность стола. После третьего энергичного удара Эмили перевела водителя на свою линию.

   Миранда, мне придется перевести вас в режим ожидания, пока я буду звонить вашему шоферу. Хорошо? Я не дождалась ответа, который, я знала, лишь добавит масла в огонь, а сразу переключила ее на ожидание. Затем снова вызвала Париж. Было отрадно, что водитель откликнулся на первый же звонок по первому же номеру, который я набрала, – и совсем не так отрадно, что он, как оказалось, не говорил по-английски. Я никогда не была мазохисткой, но тут мне не оставалось ничего другого, как начать биться лбом о поверхность стола. После третьего энергичного удара Эмили перевела водителя на свою линию.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
8. «

   Есть такая специальная лаборатория, где ищут глубину поверхностных явлений и смысл бессмыслиц. Её офисы и представительства разбросаны по миру, а добровольные жертвы её экспериментов обреченно сканируют друг друга: обувь, одежда, часы, сумка, украшения... «Забрэндованность» общества достигла катастрофических масштабов. Добро пожаловать в её эпицентр с волнующем именем МОДА. Здесь все такие целеустремленные, нервные, сексуально дезориентированные, энергичные и зацикленные на самих себе.

   Есть такая специальная лаборатория, где ищут глубину поверхностных явлений и смысл бессмыслиц. Её офисы и представительства разбросаны по миру, а добровольные жертвы её экспериментов обреченно сканируют друг друга: обувь, одежда, часы, сумка, украшения... «Забрэндованность» общества достигла катастрофических масштабов. Добро пожаловать в её эпицентр с волнующем именем МОДА. Здесь все такие целеустремленные, нервные, сексуально дезориентированные, энергичные и зацикленные на самих себе.
9. «

   Сколько-нибудь пристойное жилье на Манхэттене найти было труднее, чем сколько-нибудь приличного парня-натурала.

   Сколько-нибудь пристойное жилье на Манхэттене найти было труднее, чем сколько-нибудь приличного парня-натурала.

   — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
10. «

    Да сколько вокруг таких вот Анит? Маленьких девочек, у которых в жизни так мало радостей, что на себя, свою суть и свою значимость они смотрят сквозь призму ценностей «Подиума»? Сколько их — тех, кто преклоняется перед этой женщиной, дирижирующей великолепной симфонией обольщения, — преклоняется, несмотря на то, что она не заслуживает и сотой доли их восхищения? Сколько их, этих девушек, которые и понятия не имеют о том, что объект их преклонения — одинокая, несчастная, жестокосердная женщина; женщина, которая недостойна того, чтобы ей служили юные невинные души? Мне хотелось плакать из-за Аниты и всех ей подобных, кто тратил столько сил, пытаясь преобразиться в Шалом, Стеллу или Кармен, всех, кто старался польстить ей, произвести на неё впечатление, — а она лишь закатывала глаза, пожимала плечами и выбрасывала их письма, тут же забывая о девушке, которая прислала ей частичку своей души. Но я не плакала — я спрятала листок в ящик стола и поклялась сделать всё, чтобы помочь этой девочке. Её письмо было даже более отчаянным, чем прежние, а вокруг было столько дорогого шмотья, что мне не составит труда подобрать ей что-нибудь приличное на выпускной.

    Да сколько вокруг таких вот Анит? Маленьких девочек, у которых в жизни так мало радостей, что на себя, свою суть и свою значимость они смотрят сквозь призму ценностей «Подиума»? Сколько их — тех, кто преклоняется перед этой женщиной, дирижирующей великолепной симфонией обольщения, — преклоняется, несмотря на то, что она не заслуживает и сотой доли их восхищения? Сколько их, этих девушек, которые и понятия не имеют о том, что объект их преклонения — одинокая, несчастная, жестокосердная женщина; женщина, которая недостойна того, чтобы ей служили юные невинные души? Мне хотелось плакать из-за Аниты и всех ей подобных, кто тратил столько сил, пытаясь преобразиться в Шалом, Стеллу или Кармен, всех, кто старался польстить ей, произвести на неё впечатление, — а она лишь закатывала глаза, пожимала плечами и выбрасывала их письма, тут же забывая о девушке, которая прислала ей частичку своей души. Но я не плакала — я спрятала листок в ящик стола и поклялась сделать всё, чтобы помочь этой девочке. Её письмо было даже более отчаянным, чем прежние, а вокруг было столько дорогого шмотья, что мне не составит труда подобрать ей что-нибудь приличное на выпускной.

    — Андреа Сакс · книга
11. «

    Энди, слушай, не дури. Ты любишь Алекса, он любит тебя, но что тут такого, если ты немножечко поцелуешься с другими ребятами?

    Энди, слушай, не дури. Ты любишь Алекса, он любит тебя, но что тут такого, если ты немножечко поцелуешься с другими ребятами?

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
12. «

    Просто смотреть противно, до чего они влюблены друг в друга.

    Просто смотреть противно, до чего они влюблены друг в друга.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
13. «

    Я была в восторге оттого, что мы с Эмили наконец-то нашли общий язык. Наконец-то мы одна команда, плечом к плечу против общего врага. Я вдруг впервые почувствовала, что этот год мог быть совсем другим, если бы только мы с Эмили сразу подружились и доверяли бы друг другу, защищали и подстраховывали бы друг друга и вместе давали отпор агрессору. И вполне вероятно, жизнь тогда стала бы намного легче и радостнее, но за исключением таких вот редких моментов, как этот, мы на всё смотрели разными глазами.

    Я была в восторге оттого, что мы с Эмили наконец-то нашли общий язык. Наконец-то мы одна команда, плечом к плечу против общего врага. Я вдруг впервые почувствовала, что этот год мог быть совсем другим, если бы только мы с Эмили сразу подружились и доверяли бы друг другу, защищали и подстраховывали бы друг друга и вместе давали отпор агрессору. И вполне вероятно, жизнь тогда стала бы намного легче и радостнее, но за исключением таких вот редких моментов, как этот, мы на всё смотрели разными глазами.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
14. «

    ...было всего два часа дня, а мне уже хотелось умереть. Вот только смерть не входила в программу.

    ...было всего два часа дня, а мне уже хотелось умереть. Вот только смерть не входила в программу.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
15. «

    Я чувствовала, что тараторю как ненормальная, и любой психотерапевт с легкостью бы определил, что мое напускное оживление в действительности скрывало отсутствие эмоций.

    Я чувствовала, что тараторю как ненормальная, и любой психотерапевт с легкостью бы определил, что мое напускное оживление в действительности скрывало отсутствие эмоций.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
16. «

    Подведем черту под моими сегодняшними потерями: похоже, это новый персональный рекорд. «Может, она подохнет раньше, чем я вернусь. – Я рассудила, что сейчас самое время подумать о светлой стороне вещей. – Может быть – ведь не исключено же такое, – она сляжет от чего-нибудь редкого, экзотического, и это освободит нас от нее на какое-то время». Я с наслаждением затянулась в последний раз, растоптала окурок и велела себе быть благоразумной. «Ты ведь не хочешь, чтобы она умерла, – думала я, вытягиваясь на заднем сиденье, – ведь если это произойдет, у тебя не останется никакой надежды прикончить ее своими руками. А вот это-то и будет настоящая неприятность».

    Подведем черту под моими сегодняшними потерями: похоже, это новый персональный рекорд. «Может, она подохнет раньше, чем я вернусь. – Я рассудила, что сейчас самое время подумать о светлой стороне вещей. – Может быть – ведь не исключено же такое, – она сляжет от чего-нибудь редкого, экзотического, и это освободит нас от нее на какое-то время». Я с наслаждением затянулась в последний раз, растоптала окурок и велела себе быть благоразумной. «Ты ведь не хочешь, чтобы она умерла, – думала я, вытягиваясь на заднем сиденье, – ведь если это произойдет, у тебя не останется никакой надежды прикончить ее своими руками. А вот это-то и будет настоящая неприятность».

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
17. «

    Я пошла убрать в шкаф эти великолепные останки убиенных животных.

    Я пошла убрать в шкаф эти великолепные останки убиенных животных.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
18. «

    Стоимости этой сумки хватило бы мне, чтобы оплатить годовую аренду квартиры, но Миранде больше нравилось использовать её как пакет для мусора.

    Стоимости этой сумки хватило бы мне, чтобы оплатить годовую аренду квартиры, но Миранде больше нравилось использовать её как пакет для мусора.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
19. «

    Ну что за стерва! В первый раз она могла назвать меня Эмили просто по ошибке, но во второй раз она, конечно же, сделала это нарочно.

    Ну что за стерва! В первый раз она могла назвать меня Эмили просто по ошибке, но во второй раз она, конечно же, сделала это нарочно.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга
20. «

    Я прощала ей, что она голодает до полусмерти, но я не могла простить, что она об этом рассказывает.

    Я прощала ей, что она голодает до полусмерти, но я не могла простить, что она об этом рассказывает.

    — Андреа «Энди» Сакс (Andrea «Andy» Sachs) · книга