38 цитат из книги «Луиза Уолтерс. Чемодан миссис Синклер», которые захочется сохранить

38 цитат из книги «Луиза Уолтерс. Чемодан миссис Синклер» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   – Всё может сломаться. Я это поняла и приняла. Верить полностью нельзя никому и ничему. Обязательно обманетесь. – Думаете, нельзя?

   – Всё может сломаться. Я это поняла и приняла. Верить полностью нельзя никому и ничему. Обязательно обманетесь. – Думаете, нельзя?

   — Дороти · книга
2. «

   – Я знаю, каким уязвимым бывает мужское самолюбие. – А по-моему, женская любовь еще уязвимее. – Вы говорите про всю любовь? – Нет. Бывает крепкая любовь, которая не разламывается.

   – Я знаю, каким уязвимым бывает мужское самолюбие. – А по-моему, женская любовь еще уязвимее. – Вы говорите про всю любовь? – Нет. Бывает крепкая любовь, которая не разламывается.

   — Ян Петриковски · книга
3. «

   Пронзительно холодный день в конце октября. В такие дни до тебя наконец доходит, что с летом пора прощаться.

   Пронзительно холодный день в конце октября. В такие дни до тебя наконец доходит, что с летом пора прощаться.
4. «

   Конечно, жизнь продолжается, и мы должны жить дальше. Но иногда события прошлого не дают нам покоя.

   Конечно, жизнь продолжается, и мы должны жить дальше. Но иногда события прошлого не дают нам покоя.

   — миссис Комптон · книга
5. «

   …Зачем тебе отношения с женатым? Вечно оглядываться по сторонам. Ни расслабиться, ни пройтись, взявшись за руки… разве только миль за триста от нашего городишки. Это ведь ненормально. Ты же понимаешь: настоящие отношения – это не только секс.

   …Зачем тебе отношения с женатым? Вечно оглядываться по сторонам. Ни расслабиться, ни пройтись, взявшись за руки… разве только миль за триста от нашего городишки. Это ведь ненормально. Ты же понимаешь: настоящие отношения – это не только секс.

   — Софи · книга
6. «

   Ненависть подавляет страх.

   Ненависть подавляет страх.

   — Ян Петриковски · книга
7. «

   …Нельзя застревать в воспоминаниях. Жизнь должна продолжаться.

   …Нельзя застревать в воспоминаниях. Жизнь должна продолжаться.
8. «

   …Уж лучше письма, чем полное неведение.

   …Уж лучше письма, чем полное неведение.

   — Ян Петриковски · книга
9. «

   …В этом поезде ее никто не знал и она не знала никого. Безвестность давала свободу.

   …В этом поезде ее никто не знал и она не знала никого. Безвестность давала свободу.
10. «

    Свои глубокие мысли и чувства иногда проще изложить на бумаге, чем высказать вслух.

    Свои глубокие мысли и чувства иногда проще изложить на бумаге, чем высказать вслух.

    — Ян · книга
11. «

    Тяжелые времена меняют наше восприятие, делая его жестче. Война есть война. А наша жизнь целиком состоит из больших и малых сражений.

    Тяжелые времена меняют наше восприятие, делая его жестче. Война есть война. А наша жизнь целиком состоит из больших и малых сражений.

    — Ян · книга
12. «

    – Миссис Синклер, я правильно понял, что вам мало кто нравится? – Это так заметно? – Да. Думаю, заметно. Некоторые из этих людей могут оказаться милыми и дружелюбными… если отнестись к ним по-иному.

    – Миссис Синклер, я правильно понял, что вам мало кто нравится? – Это так заметно? – Да. Думаю, заметно. Некоторые из этих людей могут оказаться милыми и дружелюбными… если отнестись к ним по-иному.

    — Ян Петриковски · книга
13. «

    Нет никаких богов. Это я знаю. И смысла в этой жизни нет. Точнее, в существовании, которое мы называем жизнью. Вокруг – сплошь безумие и жестокость. Справедливость – просто слово. То, что нравится одному, у кого-то другого вызывает отвращение. Бесполезно уповать на сверхсущества или проклинать их. Никто не сидит где-то на небесах или в недрах ада, строя козни человечеству. Все происходящее происходит лишь потому, что может произойти. Бессмысленно говорить о том, что лежит за пределами жизни с ее дыханием, сном, едой, разговорами, любовью и ненавистью. И в утратах тоже нет никакого смысла. Они сопровождают нас с первых минут рождения или с начала жизни. Я не знаю, когда начинается жизнь. А кто-нибудь знает? Но сама по себе жизнь тяжела. И она всегда будет тяжела. Вот в это я верю.

    Нет никаких богов. Это я знаю. И смысла в этой жизни нет. Точнее, в существовании, которое мы называем жизнью. Вокруг – сплошь безумие и жестокость. Справедливость – просто слово. То, что нравится одному, у кого-то другого вызывает отвращение. Бесполезно уповать на сверхсущества или проклинать их. Никто не сидит где-то на небесах или в недрах ада, строя козни человечеству. Все происходящее происходит лишь потому, что может произойти. Бессмысленно говорить о том, что лежит за пределами жизни с ее дыханием, сном, едой, разговорами, любовью и ненавистью. И в утратах тоже нет никакого смысла. Они сопровождают нас с первых минут рождения или с начала жизни. Я не знаю, когда начинается жизнь. А кто-нибудь знает? Но сама по себе жизнь тяжела. И она всегда будет тяжела. Вот в это я верю.

    — Ян Петриковски · книга
14. «

    Мне нравится говорить с незнакомыми или малознакомыми людьми. Они не судят.

    Мне нравится говорить с незнакомыми или малознакомыми людьми. Они не судят.
15. «

    Она никогда не любила подарки. От тебя ждут, что ты будешь изображать волнение, улыбаться и благодарить.

    Она никогда не любила подарки. От тебя ждут, что ты будешь изображать волнение, улыбаться и благодарить.
16. «

    Говорят, печаль делает нас людьми. Надеюсь, вы поняли. Людьми с бьющимися в груди сердцами и душами, способными мечтать.

    Говорят, печаль делает нас людьми. Надеюсь, вы поняли. Людьми с бьющимися в груди сердцами и душами, способными мечтать.

    — Ян · книга
17. «

    Уединенность – моя спасительная раковина, куда я прячусь. Уединенность – вовсе не то же самое, что одиночество. Я всегда чувствовала, что заслуживаю уединенности. Я выбирала это состояние, хотела его и предпочитала всем остальным. Когда ты в уединенности, никто и ничто не могут тебя задеть и сделать больно.

    Уединенность – моя спасительная раковина, куда я прячусь. Уединенность – вовсе не то же самое, что одиночество. Я всегда чувствовала, что заслуживаю уединенности. Я выбирала это состояние, хотела его и предпочитала всем остальным. Когда ты в уединенности, никто и ничто не могут тебя задеть и сделать больно.

    — Роберта · книга
18. «

    Книги пахнут, поскрипывают корешками, говорят. Книга в ваших руках становится живым существом, которое дышит и что-то шепчет вам.

    Книги пахнут, поскрипывают корешками, говорят. Книга в ваших руках становится живым существом, которое дышит и что-то шепчет вам.

    — Роберта · книга
19. «

    В прощении скрыта свобода.

    В прощении скрыта свобода.
20. «

    Язык — он коварный. В нём много подтекста и двусмысленностей.

    Язык — он коварный. В нём много подтекста и двусмысленностей.

    — Роберта · книга