119 цитат из книги «Мария Фариса. Люди, которые стареют красиво», которые стоит перечитать

119 цитат из книги «Мария Фариса. Люди, которые стареют красиво» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я знал по рассказам торговцев, что меня ожидало в горах. Потому отправился на юг, в неизвестность. Древние дороги вели меня сами, я шагал мимо хрупких розовых гор, через абрикосовые сады. Чалма-саван на голове напоминала, что смерть рядом, потому я не тратил силы на сожаления.

   Я знал по рассказам торговцев, что меня ожидало в горах. Потому отправился на юг, в неизвестность. Древние дороги вели меня сами, я шагал мимо хрупких розовых гор, через абрикосовые сады. Чалма-саван на голове напоминала, что смерть рядом, потому я не тратил силы на сожаления.
2. «

   У меня был тайный любовник — горячий ветер пустыни, по ночам я целовалась с ним, высунув лицо в окошко.

   У меня был тайный любовник — горячий ветер пустыни, по ночам я целовалась с ним, высунув лицо в окошко.
3. «

   Тело — дом для души, и туда не стоит пускать кого попало, тем более путников в грязных ботинках. Есть грязь, которую отмыть невозможно.

   Тело — дом для души, и туда не стоит пускать кого попало, тем более путников в грязных ботинках. Есть грязь, которую отмыть невозможно.
4. «

   Чтобы выковать клинок, по нему нужно много раз ударить. Чтобы огранить алмаз, с него нужно долго скалывать по пылинке. Иди куда идёшь и позволь жизни потрепать тебя хорошенько. Когда начнёшь благодарить за испытания, возвращайся.

   Чтобы выковать клинок, по нему нужно много раз ударить. Чтобы огранить алмаз, с него нужно долго скалывать по пылинке. Иди куда идёшь и позволь жизни потрепать тебя хорошенько. Когда начнёшь благодарить за испытания, возвращайся.
5. «

   Мне было, сколько тебе сейчас — благословенный возраст, когда, если идёшь правильно, всё начинает крошиться.

   Мне было, сколько тебе сейчас — благословенный возраст, когда, если идёшь правильно, всё начинает крошиться.
6. «

   Латифа посмотрела на губы, которые никто не целовал лет пятнадцать. С Хасаном всё происходило наспех, в темноте, без единого звука. Латифа переключала канал, когда актёры занимались любовью. «Так не бывает», — говорила себе и старалась не вспоминать годы, когда Аналетт жила рядом: весь посёлок по ночам содрогался от её стонов.

   Латифа посмотрела на губы, которые никто не целовал лет пятнадцать. С Хасаном всё происходило наспех, в темноте, без единого звука. Латифа переключала канал, когда актёры занимались любовью. «Так не бывает», — говорила себе и старалась не вспоминать годы, когда Аналетт жила рядом: весь посёлок по ночам содрогался от её стонов.
7. «

   — Как ты ему попалась? — Я сама, виляя задом, зашла в его клетку. Кто вырос в клетке, обречён в неё попадаться.

   — Как ты ему попалась? — Я сама, виляя задом, зашла в его клетку. Кто вырос в клетке, обречён в неё попадаться.
8. «

   — Где твой халат? — незнакомец ткнул меня локтем. — Украли со всем, что у меня было. — Радуйся, я с трудом избавился от своего. На плечах до сих пор рубцы… — Он был тяжёлым? — Не то слово. Его сшили по чужим меркам ещё до моего рождения.

   — Где твой халат? — незнакомец ткнул меня локтем. — Украли со всем, что у меня было. — Радуйся, я с трудом избавился от своего. На плечах до сих пор рубцы… — Он был тяжёлым? — Не то слово. Его сшили по чужим меркам ещё до моего рождения.
9. «

   Только люди пустыни знают, насколько миражи опасны: они обещают сытость и отдых, путники устремляются к ним, а потом умирают от жажды в дворцах из закатных лучей и пыли.

   Только люди пустыни знают, насколько миражи опасны: они обещают сытость и отдых, путники устремляются к ним, а потом умирают от жажды в дворцах из закатных лучей и пыли.
10. «

    — У нас нельзя иначе. — Всегда можно иначе.

    — У нас нельзя иначе. — Всегда можно иначе.
11. «

    В младенчестве нам, как пища, нужна ласка.

    В младенчестве нам, как пища, нужна ласка.
12. «

    Любовь мелькает перед нами редко, но всё же мелькает, и её нужно схватить, как крупную купюру, что принёс ветер.

    Любовь мелькает перед нами редко, но всё же мелькает, и её нужно схватить, как крупную купюру, что принёс ветер.
13. «

    Ты больше не ищешь искрящихся взглядов и нежных прикосновений. Не пытаешься заинтересовать собой, а те, кто раньше казался тебе великанами, сжимаются и исчезают. Ты направляешь энергию на мастерство и начинаешь замечать любовь к тебе всюду. Чувствуешь: есть кто-то невидимый, кто любил тебя изначально, и эту любовь у тебя никто не отнимет. Твоя жизнь наполняется теплотой и становится ясной. И внезапно появляется тот, с кем ты можешь строить великое. Только это вас объединяет. Ты не требуешь его внимания. Он не борется за твоё внимание. Вы просто творите вместе. Вы повзрослели.

    Ты больше не ищешь искрящихся взглядов и нежных прикосновений. Не пытаешься заинтересовать собой, а те, кто раньше казался тебе великанами, сжимаются и исчезают. Ты направляешь энергию на мастерство и начинаешь замечать любовь к тебе всюду. Чувствуешь: есть кто-то невидимый, кто любил тебя изначально, и эту любовь у тебя никто не отнимет. Твоя жизнь наполняется теплотой и становится ясной. И внезапно появляется тот, с кем ты можешь строить великое. Только это вас объединяет. Ты не требуешь его внимания. Он не борется за твоё внимание. Вы просто творите вместе. Вы повзрослели.
14. «

    Он отправил меня в город, где люди — хозяева своих ночей и проводят их, с кем пожелают; и такая свобода — большая мудрость, ведь когда можешь взять всё, берёшь немного.

    Он отправил меня в город, где люди — хозяева своих ночей и проводят их, с кем пожелают; и такая свобода — большая мудрость, ведь когда можешь взять всё, берёшь немного.
15. «

    Всё скрытое отправляется дальше — в жизни детей и внуков.

    Всё скрытое отправляется дальше — в жизни детей и внуков.
16. «

    Взгляд у Дария был не холодный и не опасный. Это Хасан смотрел на неё, как нотариус на бумаги: словно выискивая ошибку. Дарий изучал её с нежностью и азартом, а Латифа боялась его находок.

    Взгляд у Дария был не холодный и не опасный. Это Хасан смотрел на неё, как нотариус на бумаги: словно выискивая ошибку. Дарий изучал её с нежностью и азартом, а Латифа боялась его находок.
17. «

    В этом и мудрость — не застывать, обновляться. В древности люди строили только временные жилища.

    В этом и мудрость — не застывать, обновляться. В древности люди строили только временные жилища.
18. «

    В конце концов, кому нужны книги, ведь люди и так всё знают, потому живут так счастливо?

    В конце концов, кому нужны книги, ведь люди и так всё знают, потому живут так счастливо?
19. «

    Женщина творит, когда любит.

    Женщина творит, когда любит.
20. «

    От улыбки мастера раскрошилась одна из стен в моей башне, туда толпой вошли паломники, нищие и собаки — и пугающая пустота исчезла. Я перестал быть высокомерным стеблем. Измученный и потому мягкий, я переплёлся с миром, в котором всё ценно.

    От улыбки мастера раскрошилась одна из стен в моей башне, туда толпой вошли паломники, нищие и собаки — и пугающая пустота исчезла. Я перестал быть высокомерным стеблем. Измученный и потому мягкий, я переплёлся с миром, в котором всё ценно.