135 фраз из книги «Мария Фариса. Люди, которые стареют красиво» — избранное

135 цитат из книги «Мария Фариса. Люди, которые стареют красиво» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Жизнь всегда ставит нас на место тех, кому мы сделали больно.

   Жизнь всегда ставит нас на место тех, кому мы сделали больно.
2. «

   От улыбки мастера раскрошилась одна из стен в моей башне, туда толпой вошли паломники, нищие и собаки — и пугающая пустота исчезла. Я перестал быть высокомерным стеблем. Измученный и потому мягкий, я переплёлся с миром, в котором всё ценно.

   От улыбки мастера раскрошилась одна из стен в моей башне, туда толпой вошли паломники, нищие и собаки — и пугающая пустота исчезла. Я перестал быть высокомерным стеблем. Измученный и потому мягкий, я переплёлся с миром, в котором всё ценно.
3. «

   Реке не вернуть ушедшую в море воду, вот и ты оставь всё в прошлом, иначе сама останешься в прошлом.

   Реке не вернуть ушедшую в море воду, вот и ты оставь всё в прошлом, иначе сама останешься в прошлом.
4. «

   Если не знаешь, спроси у глины: земля всё помнит и всё сохраняет.

   Если не знаешь, спроси у глины: земля всё помнит и всё сохраняет.
5. «

   По ночам тихий голос не давал мне покоя: «Сделай так, чтобы как можно больше всего с тобой случилось». Я поверил голосу, а не папе с мамой, и отправился на восток с караваном. Мне было двадцать два года.

   По ночам тихий голос не давал мне покоя: «Сделай так, чтобы как можно больше всего с тобой случилось». Я поверил голосу, а не папе с мамой, и отправился на восток с караваном. Мне было двадцать два года.
6. «

   В те месяцы жизнь замирала. До обеда Шоана украшала вышивкой белые, как поля за окном, полотенца. Когда темнело, отец доставал из иконы книгу, приподнимал обложку — и всё озарялось. То были самые светлые ночи.

   В те месяцы жизнь замирала. До обеда Шоана украшала вышивкой белые, как поля за окном, полотенца. Когда темнело, отец доставал из иконы книгу, приподнимал обложку — и всё озарялось. То были самые светлые ночи.
7. «

   — Деньги в путешествии — главный источник опасности. Я надёжно их спрятал, чтобы в ожидании Встречи не странствовать нищим. — Какой встречи? — Той самой, что всё меняет. У нас её называют захир — намёк, проблеск. У тебя была такая? — Не знаю. — Значит, не было. Её не спутать.

   — Деньги в путешествии — главный источник опасности. Я надёжно их спрятал, чтобы в ожидании Встречи не странствовать нищим. — Какой встречи? — Той самой, что всё меняет. У нас её называют захир — намёк, проблеск. У тебя была такая? — Не знаю. — Значит, не было. Её не спутать.
8. «

   Опасность всегда рядом. Так устроено природой для нашего блага — за каждым охотится хищник. Нам нужно быть хитрее его — это нас развивает, а если думаешь, что хищника нет, ты у него в ловушке.

   Опасность всегда рядом. Так устроено природой для нашего блага — за каждым охотится хищник. Нам нужно быть хитрее его — это нас развивает, а если думаешь, что хищника нет, ты у него в ловушке.
9. «

   С каждым «это невозможно» сахарные плечи Каллиопы становились всё дальше. Проще было от неё отказаться, но любители лёгких путей — пища для Минотавра. Покидают лабиринт лишь герои.

   С каждым «это невозможно» сахарные плечи Каллиопы становились всё дальше. Проще было от неё отказаться, но любители лёгких путей — пища для Минотавра. Покидают лабиринт лишь герои.
10. «

    Любовь мелькает перед нами редко, но всё же мелькает, и её нужно схватить, как крупную купюру, что принёс ветер.

    Любовь мелькает перед нами редко, но всё же мелькает, и её нужно схватить, как крупную купюру, что принёс ветер.
11. «

    Я родилась в пустыне посреди пустыни — одном из худших мест, созданных Богом. Мама привязывала меня за ногу к колышку у колодца и заставляла дробить фиолетовую соль в ступке. Рядом женщины выхлопывали лепёшки ладонями и болтали. Сейчас думаю: о чём они могли говорить? В нашем оазисе никогда не было поводов для разговора.

    Я родилась в пустыне посреди пустыни — одном из худших мест, созданных Богом. Мама привязывала меня за ногу к колышку у колодца и заставляла дробить фиолетовую соль в ступке. Рядом женщины выхлопывали лепёшки ладонями и болтали. Сейчас думаю: о чём они могли говорить? В нашем оазисе никогда не было поводов для разговора.
12. «

    Мне, как вода, нужна была дикая жизнь, и я десять лет скитался, ведь путешествие — это первая ступень, без него невозможно.

    Мне, как вода, нужна была дикая жизнь, и я десять лет скитался, ведь путешествие — это первая ступень, без него невозможно.
13. «

    Помощник шейха протянул мне чай в чашке с чёрно-белыми завитками. «Веры достаточно», — прочитала я надпись, спрятанную в узоре.

    Помощник шейха протянул мне чай в чашке с чёрно-белыми завитками. «Веры достаточно», — прочитала я надпись, спрятанную в узоре.
14. «

    Любовь — это когда хочешь видеть.

    Любовь — это когда хочешь видеть.
15. «

    Решил ходить, пока не стопчу ботинки. Миллион раз был обманут, голодал, ошибался. Однажды бродячий сказочник похлопал меня по плечу и промолвил: «Ступай к своим мертвецам и попроси у них новой судьбы: ты уже достаточно настрадался». Я не понял его, но ноги сами понесли меня к месту, где я родился.

    Решил ходить, пока не стопчу ботинки. Миллион раз был обманут, голодал, ошибался. Однажды бродячий сказочник похлопал меня по плечу и промолвил: «Ступай к своим мертвецам и попроси у них новой судьбы: ты уже достаточно настрадался». Я не понял его, но ноги сами понесли меня к месту, где я родился.
16. «

    Мы все здесь бродим кругами, пока не найдём выход.

    Мы все здесь бродим кругами, пока не найдём выход.
17. «

    Да, подошва — толщиной с крылышко мухи, ведь люди идут в этих туфлях к месту, где заканчиваются страдания, а значит, должны чувствовать всё по дороге. Каждый камень, каждую щепку. Мир ранит. Он должен ранить. Чтобы с каждым разом болело сильнее, и человек шёл вглубь, до места, где появилась рана.

    Да, подошва — толщиной с крылышко мухи, ведь люди идут в этих туфлях к месту, где заканчиваются страдания, а значит, должны чувствовать всё по дороге. Каждый камень, каждую щепку. Мир ранит. Он должен ранить. Чтобы с каждым разом болело сильнее, и человек шёл вглубь, до места, где появилась рана.
18. «

    Любовь — цель наших странствий. А в путешествие мы отправляемся, чтобы набраться смелости перед великой встречей.

    Любовь — цель наших странствий. А в путешествие мы отправляемся, чтобы набраться смелости перед великой встречей.
19. «

    Тело — дом для души, и туда не стоит пускать кого попало, тем более путников в грязных ботинках. Есть грязь, которую отмыть невозможно.

    Тело — дом для души, и туда не стоит пускать кого попало, тем более путников в грязных ботинках. Есть грязь, которую отмыть невозможно.
20. «

    Абсолютная искренность — то, что нас возвышает.

    Абсолютная искренность — то, что нас возвышает.