140 коротких цитат из книги «Мария Корелли. Скорбь Сатаны»

Собрали 140 цитат из книги «Мария Корелли. Скорбь Сатаны» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   ... я, подобно большинству литераторов, с забавным противоречием смотрел на публику, как на «ослов», и в то же время ничего так не желал, как похвалу и одобрение этих самых «ослов»!

   ... я, подобно большинству литераторов, с забавным противоречием смотрел на публику, как на «ослов», и в то же время ничего так не желал, как похвалу и одобрение этих самых «ослов»!
2. «

   Будь я сатаной, я бы наверно горевал! Потому что каждая погибшая душа напомнила бы мне мое собственное падение, мое собственное отчаяние и составила бы новое препятствие между мной и небом! Помните, сам дьявол был некогда ангелом!

   Будь я сатаной, я бы наверно горевал! Потому что каждая погибшая душа напомнила бы мне мое собственное падение, мое собственное отчаяние и составила бы новое препятствие между мной и небом! Помните, сам дьявол был некогда ангелом!

   — Лючио Риманец · книга
3. «

   Я очень рад, что во мне есть безрассудство: глупость – единственное качество, делающее мудрость возможной.

   Я очень рад, что во мне есть безрассудство: глупость – единственное качество, делающее мудрость возможной.

   — Лючио Риманец · книга
4. «

   Тело — наша главная забота: мы холим его, кормим его, лелеем его и охраняем его от самой ничтожной боли, если можем, и таким образом мы уверяем себя, что все хорошо, все должно быть хорошо! Между тем оно не больше как прах, как куколка, обязанная рассыпаться и уничтожаться с возрастанием в ней души — бабочки, которая летит со слепым инстинктом прямо в неизвестное, прельщаемая чрезмерным светом!

   Тело — наша главная забота: мы холим его, кормим его, лелеем его и охраняем его от самой ничтожной боли, если можем, и таким образом мы уверяем себя, что все хорошо, все должно быть хорошо! Между тем оно не больше как прах, как куколка, обязанная рассыпаться и уничтожаться с возрастанием в ней души — бабочки, которая летит со слепым инстинктом прямо в неизвестное, прельщаемая чрезмерным светом!
5. «

   Я никогда не мог найти справедливости в этой системе. Мне кажется, что это — просто-напросто покровительство посредственности и подавление оригинальности.

   Я никогда не мог найти справедливости в этой системе. Мне кажется, что это — просто-напросто покровительство посредственности и подавление оригинальности.

   — Джеффри Темпест · книга
6. «

   Все в мире совершенно, кроме этого любопытного произведения природы — человека.

   Все в мире совершенно, кроме этого любопытного произведения природы — человека.
7. «

   Ум и деньги вместе могут двигать миром.

   Ум и деньги вместе могут двигать миром.
8. «

   Мало кто имеет настоящих друзей, — сказал, наконец лорд Эльтон, — и в этом отношении, я думаю, никто из нас не счастливее Сократа, который держал в доме только два стула: один для себя, а другой — для друга, когда он найдется.

   Мало кто имеет настоящих друзей, — сказал, наконец лорд Эльтон, — и в этом отношении, я думаю, никто из нас не счастливее Сократа, который держал в доме только два стула: один для себя, а другой — для друга, когда он найдется.
9. «

   Каждый человек так занят своими собственными целями и так много думает о своей личности, что вряд ли забудет свое эго, если б даже сам черт был сзади него.

   Каждый человек так занят своими собственными целями и так много думает о своей личности, что вряд ли забудет свое эго, если б даже сам черт был сзади него.
10. «

    ... Хотя деньги не всегда покоряют всё, они не преуспевают лишь в том случае, когда при деньгах отсутствует ум.

    ... Хотя деньги не всегда покоряют всё, они не преуспевают лишь в том случае, когда при деньгах отсутствует ум.

    — Джеффри Темпест · книга
11. «

    Я могу купить всё это! Имя, почёт и власть — всё продажно в наш удивительный коммерческий век и поднимается до самой высокой цены!

    Я могу купить всё это! Имя, почёт и власть — всё продажно в наш удивительный коммерческий век и поднимается до самой высокой цены!

    — Джеффри Темпест · книга
12. «

    Что? Смерть? Она и наполовину не так ужасна, как жизнь, ложно прожитая.

    Что? Смерть? Она и наполовину не так ужасна, как жизнь, ложно прожитая.
13. «

    Если честь и добродетель действительно существуют, то они конечно неподкупны! Личный же опыт научил меня, что я могу купить все. Чувства, называемые большинством людей добродетелью и честью страшно условны — стоит предложить должную сумму денег, и они превращаются в нечто другое; это любопытно? — не правда ли, чрезвычайно любопытно?

    Если честь и добродетель действительно существуют, то они конечно неподкупны! Личный же опыт научил меня, что я могу купить все. Чувства, называемые большинством людей добродетелью и честью страшно условны — стоит предложить должную сумму денег, и они превращаются в нечто другое; это любопытно? — не правда ли, чрезвычайно любопытно?

    — Лючио Риманец · книга
14. «

    То, что непристойно, не упоминается.

    То, что непристойно, не упоминается.
15. «

    Идя в церковь, называемую «домом Господним», они там вовсе не находят Бога; они видят только священника; это в некотором роде разочарование.

    Идя в церковь, называемую «домом Господним», они там вовсе не находят Бога; они видят только священника; это в некотором роде разочарование.

    — Лючио Риманец · книга
16. «

    Я переносил в угрюмом молчании и пинки, и удары, и продолжал жить — не из любви в к жизни, но потому, что презирал трусость самоуничтожения.

    Я переносил в угрюмом молчании и пинки, и удары, и продолжал жить — не из любви в к жизни, но потому, что презирал трусость самоуничтожения.

    — Джеффри Темпест · книга
17. «

    Каждый, кто ищет заработка одно лишь головой и пером, в начале этой карьеры ощущает себя своего рода социальным изгоем. Он никому не нужен, все его презирают. Его стремления осмеяны, его рукописи возвращаются ему непрочитанными, и о нём меньше заботятся, чем об осуждённом убийце в тюрьме. Убийца по крайней мере одет и накормлен, почтенный священник навещает его, а тюремщик иногда не прочь даже сыграть с ним в карты. Но человек, одарённый оригинальными мыслями и способный выражать их, считается худшим из преступников, и его, если б могли, затолкали бы до смерти.

    Каждый, кто ищет заработка одно лишь головой и пером, в начале этой карьеры ощущает себя своего рода социальным изгоем. Он никому не нужен, все его презирают. Его стремления осмеяны, его рукописи возвращаются ему непрочитанными, и о нём меньше заботятся, чем об осуждённом убийце в тюрьме. Убийца по крайней мере одет и накормлен, почтенный священник навещает его, а тюремщик иногда не прочь даже сыграть с ним в карты. Но человек, одарённый оригинальными мыслями и способный выражать их, считается худшим из преступников, и его, если б могли, затолкали бы до смерти.

    — Джеффри Темпест · книга
18. «

    ... Теперь голодающий человек редко возбуждает симпатию, какую он заслуживает, так как немногие поверят ему. Состоятельные люди, только что поевшие до пресыщения, — самые недоверчивые; многие из них даже улыбаются, когда им расскажут про голодных бедняков, точно это была выдуманная шутка для послеобеденного развлечения. Или с раздражающе важным вниманием, характеризующим аристократов, которые, задав вопрос, не ждут ответа или не понимают его, хорошо пообедавшие, услышав о каком-нибудь несчастном, умирающем от голода, рассеянно пробормочут: «Как ужасно!» — и сейчас же возвратятся к обсуждению последней новости, чтоб убить время, прежде чем оно убьет их настоящей скукой. «Быть голодным» звучит грубо и вульгарно для высшего общества, которое всегда ест больше, чем следует....

    ... Теперь голодающий человек редко возбуждает симпатию, какую он заслуживает, так как немногие поверят ему. Состоятельные люди, только что поевшие до пресыщения, — самые недоверчивые; многие из них даже улыбаются, когда им расскажут про голодных бедняков, точно это была выдуманная шутка для послеобеденного развлечения. Или с раздражающе важным вниманием, характеризующим аристократов, которые, задав вопрос, не ждут ответа или не понимают его, хорошо пообедавшие, услышав о каком-нибудь несчастном, умирающем от голода, рассеянно пробормочут: «Как ужасно!» — и сейчас же возвратятся к обсуждению последней новости, чтоб убить время, прежде чем оно убьет их настоящей скукой. «Быть голодным» звучит грубо и вульгарно для высшего общества, которое всегда ест больше, чем следует....
19. «

    ...часто случается, что нет в целом свете двух существ, более отдаленных друг от друга, чем муж и жена.

    ...часто случается, что нет в целом свете двух существ, более отдаленных друг от друга, чем муж и жена.
20. «

    Ничего нет бесполезнее или вреднее, чем привычка вмешиваться в чужие дела.

    Ничего нет бесполезнее или вреднее, чем привычка вмешиваться в чужие дела.