31 июля 2026, пятница

Я переносил в угрюмом молчании и пинки, и удары, и продолжал жить — не из любви в к жизни, но потому, что презирал трусость самоуничтожения.

Мария Корелли

Мария Корелли
Мария Корелли
153 цитат

Мария Корелли (англ. ... Marie Corelli; 1 мая 1855 — 21 апреля 1924) — английская писательница. Была увлечена Италией, в связи с чем и приняла благозвучный итальянский псевдоним Корелли. Первая книга Марии Корелли «Роман двух миров» («A Romance of Two Worlds», 1886) имела большой успех. За ней последовали «Вендетта» (1886), «Тельма» (1887), «Варавва» («Barabbas», 1893), «Скорбь Сатаны» («The sorrows of Satan», 1895). Последний экранизирован Гриффитом и Дрейером. Последние годы жизни Корелли провела в Стратфорде-на-Эйвоне, где потратила много сил и денег на восстановление исторического облика города, как он выглядел во времена Шекспира; в доме Корелли в Стратфорде сейчас находится Шекспировский институт. Проза Марии Корелли насыщена таинственными и малоисследованными аспектами бытия: гипнозом, переселением душ, астральными телами и т. п. Романы Корелли пришлись по вкусу огромному количеству простых читателей. Произведения писательницы, однако, критиковались за плоскость героев, слабые диалоги, растянутость сюжета. Серьёзные английские критики относились к Корелли отрицательно, и романистка вела с ними ожесточённую войну.

Похожие цитаты

... Я переносил в угрюмом молчании и пытки, и удары, и продолжал жить — не из любви к жизни, но единственно потому, что презирал трусость самоуничтожения. Я был еще слишком молод, чтоб легко расстаться с надеждой. У меня была смутная идея, что и мой черед настанет, что вечно вращающееся колесо фортуны в один прекрасный день поднимет меня, как теперь понижает, оставляя мне лишь возможность для продолжения существования, — это было прозябание и больше ничего....
Мария Корелли · книга
Все двадцать семь лет меня преследовала мысль, смутная надежда, что и на моей улице будет праздник, что в один прекрасный день фортуна улыбнется, даря все то, чего был лишен с самого детства. Утешаемый этой собственной ложью, старался стойко переносить все удары судьбы, и продолжал жить — не из любви к жизни, а только из-за того, что презирал трусость самоубийства. Еще три дня назад у меня действительно была возможность сделать карьеру в любимой профессии, тогда мне даже казалось, что наконец-то обрел счастье, любовь, но теперь был вынужден с горечью признать, что моя жизнь превратилась в жалкое бесцельное существование и больше ничего.
Молчание свойственно добру в той же мере, что и скромность, злу молчание — что и трусость. Добро не рассказывает о своих поступках из скромности, зло — из трусости.