27 лучших цитат из книги «Марк Леви. Семь дней творения»

Собрали 27 цитат из книги «Марк Леви. Семь дней творения» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Даже у самого худшего из нас где-то спрятаны крылышки и надо помочь ему их раскрыть, а не осуждать его.

   Даже у самого худшего из нас где-то спрятаны крылышки и надо помочь ему их раскрыть, а не осуждать его.
2. «

   Взмах крыльев бабочки в Азии создаёт движение воздуха, которое, постепенно нарастая, способно вызвать разрушительный циклон у берегов Флориды.

   Взмах крыльев бабочки в Азии создаёт движение воздуха, которое, постепенно нарастая, способно вызвать разрушительный циклон у берегов Флориды.

   — Лукас · книга
3. «

   Гоните лишние мысли, так вы избежите многих разочарований!

   Гоните лишние мысли, так вы избежите многих разочарований!

   — Лукас · книга
4. «

   Добро, в отличие от зла, невидимо. Его не подсчитать и не пересказать так, чтобы оно не лишилось своего изящества, самого своего смысла. Добро слагается из бесконечного количества мельчайших поступков, которые рано или поздно изменят, возможно, этот мир. Попроси любого назвать пятерых людей, изменивших к лучшему судьбы человечества. Лично я, например, не знаю, кто был первый демократ, кто изобрел антибиотики, кто был первым миротворцем. Как ни странно, мало кто смог бы их назвать, зато люди без запинки назовут пятерых диктаторов. Все знают названия смертельных болезней, зато редкие знатоки назовут их победителей. Вершина зла, которой все страшатся, — это пресловутый конец света, но при этом всем невдомек, что вершина добра уже была достигнута: это случилось в день Творения!

   Добро, в отличие от зла, невидимо. Его не подсчитать и не пересказать так, чтобы оно не лишилось своего изящества, самого своего смысла. Добро слагается из бесконечного количества мельчайших поступков, которые рано или поздно изменят, возможно, этот мир. Попроси любого назвать пятерых людей, изменивших к лучшему судьбы человечества. Лично я, например, не знаю, кто был первый демократ, кто изобрел антибиотики, кто был первым миротворцем. Как ни странно, мало кто смог бы их назвать, зато люди без запинки назовут пятерых диктаторов. Все знают названия смертельных болезней, зато редкие знатоки назовут их победителей. Вершина зла, которой все страшатся, — это пресловутый конец света, но при этом всем невдомек, что вершина добра уже была достигнута: это случилось в день Творения!

   — Джулиус · книга
5. «

   Только дети и старики видят то, что не замечает большинство людей: состояние «взрослости» — потерянное время!...старческие морщины — это красивейшие письмена жизни, по которым дети учатся читать свои мечты.

   Только дети и старики видят то, что не замечает большинство людей: состояние «взрослости» — потерянное время!...старческие морщины — это красивейшие письмена жизни, по которым дети учатся читать свои мечты.

   — София · книга
6. «

   Такова участь подруги: радоваться, когда другая заканчивает незамужнюю жизнь, даже если это сулит тебе одиночество.

   Такова участь подруги: радоваться, когда другая заканчивает незамужнюю жизнь, даже если это сулит тебе одиночество.
7. «

   – Мне страшно, София… – Мне тоже. Позволь мне проводить тебя в мой мир, я буду помогать тебе делать каждый шаг, я угадаю твои сны, сотку твои ночи, я всегда буду рядом с тобой. Я сотру все начертанные судьбы, исцелю все раны. Когда тебя охватит ярость, я свяжу тебе руки за спиной, чтобы ты не причинил себе вреда, я залеплю твой рот поцелуем, чтобы заглушить твои крики. Всё будет по новому. Если ты почувствуешь одиночество, то одиноко будет нам обоим.

   – Мне страшно, София… – Мне тоже. Позволь мне проводить тебя в мой мир, я буду помогать тебе делать каждый шаг, я угадаю твои сны, сотку твои ночи, я всегда буду рядом с тобой. Я сотру все начертанные судьбы, исцелю все раны. Когда тебя охватит ярость, я свяжу тебе руки за спиной, чтобы ты не причинил себе вреда, я залеплю твой рот поцелуем, чтобы заглушить твои крики. Всё будет по новому. Если ты почувствуешь одиночество, то одиноко будет нам обоим.
8. «

   Она остановилась, всё её существо окаменело, она выкрикнула его имя. Крик боли, сила которого потрясла её саму, разорвал тишину, наполнил бездну отчаяния. Никто не заметил, как остановилось время.

   Она остановилась, всё её существо окаменело, она выкрикнула его имя. Крик боли, сила которого потрясла её саму, разорвал тишину, наполнил бездну отчаяния. Никто не заметил, как остановилось время.
9. «

   Мужчина так засмотрелся на Софию, что налетел на уличный фонарь и шлёпнулся на асфальт.

   Мужчина так засмотрелся на Софию, что налетел на уличный фонарь и шлёпнулся на асфальт.
10. «

    Каждый день я гляжу вперёд с ужасным ощущением, что дорога оборвётся у самых носков моих туфель.

    Каждый день я гляжу вперёд с ужасным ощущением, что дорога оборвётся у самых носков моих туфель.
11. «

    Ты пожелала, чтобы я научил тебя злу, София? Достаточно одного-единственного урока, чтобы ты постигла его во всей полноте и навсегда себя запятнала. Ступай туда и не вмешивайся! Ты увидишь: ничего не предпринимать – это так просто! Делай, как они, иди своей дорогой, не отвлекаясь на чужое горе. Я подожду тебя на той стороне. Ты придешь туда преображенная. Это переход между двумя мирами, пройдя его, теряешь надежду на возвращение.

    Ты пожелала, чтобы я научил тебя злу, София? Достаточно одного-единственного урока, чтобы ты постигла его во всей полноте и навсегда себя запятнала. Ступай туда и не вмешивайся! Ты увидишь: ничего не предпринимать – это так просто! Делай, как они, иди своей дорогой, не отвлекаясь на чужое горе. Я подожду тебя на той стороне. Ты придешь туда преображенная. Это переход между двумя мирами, пройдя его, теряешь надежду на возвращение.
12. «

    С тобой уже так бывало: тебе кажется, что тебе суждено одиночество, что комната, где ты сидишь взаперти, стремительно уменьшается, что твоя одежда обветшала всего за одну ночь, что во всех зеркалах отражается одно твое горе, единственный зритель которого – ты сама, тебе худо, ты уверена, что тебя никто не любит и что сама ты никого не любишь, что вся эта пустота – ничтожество твоего собственного воображения?

    С тобой уже так бывало: тебе кажется, что тебе суждено одиночество, что комната, где ты сидишь взаперти, стремительно уменьшается, что твоя одежда обветшала всего за одну ночь, что во всех зеркалах отражается одно твое горе, единственный зритель которого – ты сама, тебе худо, ты уверена, что тебя никто не любит и что сама ты никого не любишь, что вся эта пустота – ничтожество твоего собственного воображения?
13. «

    Она ценила этот мир незрячих, казавшийся таинственным тем, кто воображает себя всевидящим, хотя и упускает из виду столько важного.

    Она ценила этот мир незрячих, казавшийся таинственным тем, кто воображает себя всевидящим, хотя и упускает из виду столько важного.
14. «

    Ты говорил, что бывают дни, когда весь мир отворачивается от нас. Сегодня такой день.

    Ты говорил, что бывают дни, когда весь мир отворачивается от нас. Сегодня такой день.
15. «

    Какие бы вопросы тебя не мучили, доверяй своему инстинкту и делай то, что делаешь.

    Какие бы вопросы тебя не мучили, доверяй своему инстинкту и делай то, что делаешь.
16. «

    — Для правды существуют специальные мгновения? — Да, существуют! — В таком случае без посторонней помощи мне не обойтись: искренность куда трудней, чем я думал.

    — Для правды существуют специальные мгновения? — Да, существуют! — В таком случае без посторонней помощи мне не обойтись: искренность куда трудней, чем я думал.

    — София · книга
17. «

    Мы сами — творцы своего блаженства.

    Мы сами — творцы своего блаженства.

    — София · книга
18. «

    Не понимаю, что со мной творится, вообще ничего уже не понимаю, знаю только, что рядом с вами мне хорошо, хотя и эти слова не входят в мой лексикон.

    Не понимаю, что со мной творится, вообще ничего уже не понимаю, знаю только, что рядом с вами мне хорошо, хотя и эти слова не входят в мой лексикон.
19. «

    – Сильно скучала? – По твоей улице проехало шестьдесят четыре машины, из них девятнадцать зеленых.

    – Сильно скучала? – По твоей улице проехало шестьдесят четыре машины, из них девятнадцать зеленых.

    — София · книга
20. «

    Достаточно крохотного зёрнышка надежды, чтобы засеять целое поле счастья.

    Достаточно крохотного зёрнышка надежды, чтобы засеять целое поле счастья.