25 цитат из книги «Михаил Шолохов. Тихий Дон» — от иронии до философии

Собрали 25 цитат из книги «Михаил Шолохов. Тихий Дон» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   В годину смуты и разврата Не осудите, братья, брата.

   В годину смуты и разврата Не осудите, братья, брата.
2. «

   А было так: столкнулись на поле смерти люди, еще не успевшие наломать рук на уничтожение себе подобных, в объявшем их животном ужасе натыкались, сшибались, наносили слепые удары, уродовали себя и лошадей и разбежались; вспугнутые выстрелом, убившим человека, разъехались, нравственно искалеченные. Это назвали подвигом.

   А было так: столкнулись на поле смерти люди, еще не успевшие наломать рук на уничтожение себе подобных, в объявшем их животном ужасе натыкались, сшибались, наносили слепые удары, уродовали себя и лошадей и разбежались; вспугнутые выстрелом, убившим человека, разъехались, нравственно искалеченные. Это назвали подвигом.
3. «

   Нужда — не родная матушка, а людей роднит...

   Нужда — не родная матушка, а людей роднит...

   — старик портной · книга
4. «

   Коли такое прозвище ты, тетушка, даёшь всем, кто на войне был, тогда все мы душегубы. Все дело в том, за что души губить и какие.

   Коли такое прозвище ты, тетушка, даёшь всем, кто на войне был, тогда все мы душегубы. Все дело в том, за что души губить и какие.

   — Мишка Кошевой · книга
5. «

   Умная у тебя голова, да дураку досталась.

   Умная у тебя голова, да дураку досталась.

   — Григорий Мелехов · книга
6. «

   Баба — кошка: кто погладил — к тому и ластится.

   Баба — кошка: кто погладил — к тому и ластится.

   — Дед Сашка · книга
7. «

   Молодое счастье всегда незряче...

   Молодое счастье всегда незряче...
8. «

   Она меня истощает. Я опустошен физически и напоминаю голый подсолнечный стебель. Это не баба, а огонь с дымом.

   Она меня истощает. Я опустошен физически и напоминаю голый подсолнечный стебель. Это не баба, а огонь с дымом.
9. «

   Побеждает только тот, кто твердо знает, за что он сражается, и верит в свое дело.

   Побеждает только тот, кто твердо знает, за что он сражается, и верит в свое дело.
10. «

    Человек своей надеждой живёт.

    Человек своей надеждой живёт.

    — Петро Мелехов · книга
11. «

    Горько и обидно, что какие-то слизняки правят страной. Безволие, слабохарактерность, неумение, нерешительность, зачастую простая подлость — вот что руководит действиями этого, с позволения сказать, «правительства».

    Горько и обидно, что какие-то слизняки правят страной. Безволие, слабохарактерность, неумение, нерешительность, зачастую простая подлость — вот что руководит действиями этого, с позволения сказать, «правительства».

    — Лавр Георгиевич Корнилов · книга
12. «

    Животное без потребы нельзя губить, а человека уничтожай. Поганый он, человек... Нечисть, смердит на земле, живет вроде гриба-поганки.

    Животное без потребы нельзя губить, а человека уничтожай. Поганый он, человек... Нечисть, смердит на земле, живет вроде гриба-поганки.

    — Чубатый · книга
13. «

    Что ж, стара, видно, стала Аксинья... станет ли женщина смолоду плакать оттого, что за сердце схватит случайное воспоминание?

    Что ж, стара, видно, стала Аксинья... станет ли женщина смолоду плакать оттого, что за сердце схватит случайное воспоминание?
14. «

    Каждый дурак по-своему с ума сходит.

    Каждый дурак по-своему с ума сходит.

    — Валет · книга
15. «

    Жизнь заставит разобраться, и не только заставит, но и силком толкнет на какую-нибудь сторону.

    Жизнь заставит разобраться, и не только заставит, но и силком толкнет на какую-нибудь сторону.

    — Ефимов Изварин · книга
16. «

    Старики ноне не дюже в почёте...

    Старики ноне не дюже в почёте...

    — дед Гришака Коршунов · книга
17. «

    Удивительно! Как только в бой, так у вас открываются старые раны.

    Удивительно! Как только в бой, так у вас открываются старые раны.

    — прапорщик Беликов · книга
18. «

    Ты не вылетывай вперёд других, а то горячих смерть метит!

    Ты не вылетывай вперёд других, а то горячих смерть метит!

    — Петро Мелехов · книга
19. «

    Какими неумелыми казались большие черные руки отца, обнимавшие детишек. И до чего же чужим в этой мирной обстановке выглядел он — всадник, на сутки покинувший коня, насквозь пропитанный едким духом солдатчины и конского пота.

    Какими неумелыми казались большие черные руки отца, обнимавшие детишек. И до чего же чужим в этой мирной обстановке выглядел он — всадник, на сутки покинувший коня, насквозь пропитанный едким духом солдатчины и конского пота.
20. «

    Ямщик обернул к нему веселое лицо с беспечно вздернутым носом, который, казалось, только для того и пристроился между румяных щек, чтобы смотреться в рюмку.

    Ямщик обернул к нему веселое лицо с беспечно вздернутым носом, который, казалось, только для того и пристроился между румяных щек, чтобы смотреться в рюмку.