Подборка из книги: 47 цитат — «Милорад Павич. Последняя любовь в Константинополе»

47 цитат из книги «Милорад Павич. Последняя любовь в Константинополе» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Люди видят дьявола, а дьявол — Бога.

   Люди видят дьявола, а дьявол — Бога.

   — Офицер · книга
2. «

   ... и в атаке, и в любви выдох важнее вдоха...

   ... и в атаке, и в любви выдох важнее вдоха...
3. «

   Слезы предают даже после того, как высохнут...

   Слезы предают даже после того, как высохнут...

   — Ерисена Тенецкая · книга
4. «

   У победы детей нет, у нее есть лишь отец. А у поражения сотни детей.

   У победы детей нет, у нее есть лишь отец. А у поражения сотни детей.

   — Отшельник · книга
5. «

   Люди делятся на тех, кто убивает, и на тех, кто ненавидит.

   Люди делятся на тех, кто убивает, и на тех, кто ненавидит.
6. «

   Каждая большая любовь – своего рода наказание.

   Каждая большая любовь – своего рода наказание.

   — Ерисена Тенецкая · книга
7. «

   У меня есть имя рыбы. Еще мне нужна рыба, и буду сыт.

   У меня есть имя рыбы. Еще мне нужна рыба, и буду сыт.

   — Софроний Опуич · книга
8. «

   Да, половина жизни себе, а половина — Божьей истине. Так и должно быть.

   Да, половина жизни себе, а половина — Божьей истине. Так и должно быть.

   — Софроний Опуич · книга
9. «

   – Какая дорога правильная, отче? – спросил он наконец. – Как распознать ее среди других дорог? – Если движешься в том направлении, в котором твой страх растет, ты на правильном пути.

   – Какая дорога правильная, отче? – спросил он наконец. – Как распознать ее среди других дорог? – Если движешься в том направлении, в котором твой страх растет, ты на правильном пути.

   — Отшельник · книга
10. «

    ... в морях есть такие рыбы, которые могут выдержать только строго определенное количество соли. И если вода окажется более соленой, чем они переносят, у них начинается помутнение разума. Так же обстоит дело и с нами. Потому что человеческое счастье как соль. Когда его слишком много, теряешь рассудок.

    ... в морях есть такие рыбы, которые могут выдержать только строго определенное количество соли. И если вода окажется более соленой, чем они переносят, у них начинается помутнение разума. Так же обстоит дело и с нами. Потому что человеческое счастье как соль. Когда его слишком много, теряешь рассудок.
11. «

    Хочешь быть услышанным – повтори два раза.

    Хочешь быть услышанным – повтори два раза.

    — Харлампий Опуич · книга
12. «

    ... государство – это необходимое зло. Самое большое, чего можно ждать от государства, – это чтобы оно не плевало тебе в тарелку.

    ... государство – это необходимое зло. Самое большое, чего можно ждать от государства, – это чтобы оно не плевало тебе в тарелку.

    — Ерисена Тенецкая · книга
13. «

    Воспоминанья – это пот души.

    Воспоминанья – это пот души.

    — Маг · книга
14. «

    Ты говоришь — язык. Во сне мы понимаем все языки. Сон — наша родина времен Вавилонской башни. Во сне мы говорим одним, единым и великим праязыком, общим для всех нас, живых и мертвых... Зачем тогда войны? Почему нужно двигаться в истории назад. Каждое убийство — это отчасти и самоубийство.

    Ты говоришь — язык. Во сне мы понимаем все языки. Сон — наша родина времен Вавилонской башни. Во сне мы говорим одним, единым и великим праязыком, общим для всех нас, живых и мертвых... Зачем тогда войны? Почему нужно двигаться в истории назад. Каждое убийство — это отчасти и самоубийство.

    — Ерисена Тенецкая · книга
15. «

    Один пьет вино, и оно ему на пользу, а другому это вино во вред.

    Один пьет вино, и оно ему на пользу, а другому это вино во вред.

    — Лунная Дева · книга
16. «

    Я прекрасно знаю, кто я и что я, – снова прервал ее поручик. – Я из тех, кому люди плюют на руки, когда работает, и в тарелку, когда ест. Я из тех, кто глотает шпаги и мрак, сигает из огня в полымя, а моя левая нога не желает добра правой. В одном кармане у меня растет пшеница, в другом – трава, душу свою ношу в носу, а все меня учат чихать. У отца моего только иногда облако набегает на солнце, а мне то дождь льет в миску, то снег валит в кровать. Я из тех, кто вилкой чешется и ножи в землю сажает да растит зубы, потому что ложки у меня не растут, пока я ем…

    Я прекрасно знаю, кто я и что я, – снова прервал ее поручик. – Я из тех, кому люди плюют на руки, когда работает, и в тарелку, когда ест. Я из тех, кто глотает шпаги и мрак, сигает из огня в полымя, а моя левая нога не желает добра правой. В одном кармане у меня растет пшеница, в другом – трава, душу свою ношу в носу, а все меня учат чихать. У отца моего только иногда облако набегает на солнце, а мне то дождь льет в миску, то снег валит в кровать. Я из тех, кто вилкой чешется и ножи в землю сажает да растит зубы, потому что ложки у меня не растут, пока я ем…

    — Софроний Опуич · книга
17. «

    Любой народ всегда остается ребенком. Он постоянно растет, и ему постоянно становится тесен его язык, его дух, его память и даже его будущее. И поэтому каждый народ должен время от времени менять костюм, который снова и снова становится ему коротким, сковывает движения и трещит по швам оттого, что сам он растет. Это одновременно трудно и радостно.

    Любой народ всегда остается ребенком. Он постоянно растет, и ему постоянно становится тесен его язык, его дух, его память и даже его будущее. И поэтому каждый народ должен время от времени менять костюм, который снова и снова становится ему коротким, сковывает движения и трещит по швам оттого, что сам он растет. Это одновременно трудно и радостно.

    — Ерисена Тенецкая · книга
18. «

    Больше всего люди ненавидят именно то, благодаря чему живут.

    Больше всего люди ненавидят именно то, благодаря чему живут.
19. «

    Что клюет курица? Пшеницу. А чем кормят часы? Тиканьем, милый мой. Послушай, они клюют и тикают одно и то же: сей-час! сей-час! сей-час!

    Что клюет курица? Пшеницу. А чем кормят часы? Тиканьем, милый мой. Послушай, они клюют и тикают одно и то же: сей-час! сей-час! сей-час!

    — Мать · книга
20. «

    Вы, люди, не умеете измерять свои дни. Вы меряете только их длину и говорите, что день длится 24 часа. А дни ваши иногда имеют и глубину, причем большую, чем длина, и глубина эта может достигать месяца или даже года длины дней. Поэтому вы не можете окинуть взглядом свою жизнь. Не говоря уж о смерти…

    Вы, люди, не умеете измерять свои дни. Вы меряете только их длину и говорите, что день длится 24 часа. А дни ваши иногда имеют и глубину, причем большую, чем длина, и глубина эта может достигать месяца или даже года длины дней. Поэтому вы не можете окинуть взглядом свою жизнь. Не говоря уж о смерти…