17 цитат из книги «Морис Дрюон. Дневники Зевса» — топ по популярности

Ниже 17 цитат из книги «Морис Дрюон. Дневники Зевса»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Клио желала блистать, нравиться, а потому старалась польстить сильным мира сего и заворожить толпы.

   Клио желала блистать, нравиться, а потому старалась польстить сильным мира сего и заворожить толпы.

   — Зевс · книга
2. «

   Если умы, столь же убогие, сколь и мало сведущие, внушают вам, дорогие смертные, что вы происходите от обезьян, то не верьте им. Обезьяны не белее чем проба, наметка, черновой набросок человека.

   Если умы, столь же убогие, сколь и мало сведущие, внушают вам, дорогие смертные, что вы происходите от обезьян, то не верьте им. Обезьяны не белее чем проба, наметка, черновой набросок человека.

   — Зевс · книга
3. «

   Богу живется не легче, чем простому прохожему.

   Богу живется не легче, чем простому прохожему.

   — Зевс · книга
4. «

   Злодеев легче всего обманывает отсутствие сомнений в собственной жестокости.

   Злодеев легче всего обманывает отсутствие сомнений в собственной жестокости.

   — Зевс · книга
5. «

   О тиранические матери, любящие в своих детях только самих себя, готовые на все, вплоть до преступления, лишь бы через них обеспечить свое превосходство.

   О тиранические матери, любящие в своих детях только самих себя, готовые на все, вплоть до преступления, лишь бы через них обеспечить свое превосходство.

   — Зевс · книга
6. «

   Из всех трудов меня всегда особенно восхищала великая система круговорота воды, такая простая и совершенная, бесконечно изливающая сама по себе плодоносные дожди.

   Из всех трудов меня всегда особенно восхищала великая система круговорота воды, такая простая и совершенная, бесконечно изливающая сама по себе плодоносные дожди.

   — Зевс · книга
7. «

   Древние пантеоны все еще годятся для тех, кто пытается разгадать мир, в котором живет, и понять в нем то, что возможно понять. Боги, воздвигнутые перед вратами храмов, — не просто изображения. Они означают, что за этими вратами, среди обломков древнего знания, найдется, быть может, несколько ответов на наши вопросы, несколько вех, чтобы разметить наши опасные пути, и перил, чтобы оградить их.

   Древние пантеоны все еще годятся для тех, кто пытается разгадать мир, в котором живет, и понять в нем то, что возможно понять. Боги, воздвигнутые перед вратами храмов, — не просто изображения. Они означают, что за этими вратами, среди обломков древнего знания, найдется, быть может, несколько ответов на наши вопросы, несколько вех, чтобы разметить наши опасные пути, и перил, чтобы оградить их.
8. «

   Если слишком внимательно вглядываться в своего спящего соперника — рискуешь размякнуть.

   Если слишком внимательно вглядываться в своего спящего соперника — рискуешь размякнуть.

   — Зевс · книга
9. «

   Отвага и мужество ничему не послужат, если ты как следует не подготовишься.

   Отвага и мужество ничему не послужат, если ты как следует не подготовишься.

   — Метида · книга
10. «

    Пучок травы... Вроде бы пустяк, на него и внимания-то не обращаешь. Но приглядитесь к нему, и вас, как и меня, заворожит количество всевозможных растений, составляющих этот единственный пучок.

    Пучок травы... Вроде бы пустяк, на него и внимания-то не обращаешь. Но приглядитесь к нему, и вас, как и меня, заворожит количество всевозможных растений, составляющих этот единственный пучок.

    — Зевс · книга
11. «

    ...власть плохо вдается в доводы бунта; но бунт вообще никогда не вдается в доводы власти.

    ...власть плохо вдается в доводы бунта; но бунт вообще никогда не вдается в доводы власти.

    — Зевс · книга
12. «

    Решения Судеб редко постижимы; их природа остается нам неведомой. Но без них ни вы, ни я не существовали бы. Они дают первоначальный толчок и отмечают предел любой траектории, которую каждый волен пройти хорошо или дурно, однако свернуть с которой не может.

    Решения Судеб редко постижимы; их природа остается нам неведомой. Но без них ни вы, ни я не существовали бы. Они дают первоначальный толчок и отмечают предел любой траектории, которую каждый волен пройти хорошо или дурно, однако свернуть с которой не может.

    — Зевс · книга
13. «

    Нельзя властвовать лишь ради того, чтобы властвовать. Власть не самоцель. Навязывать себя, а не предлагать — лишь пагубная гордыня. Умей подготовить то, что предложишь миру.

    Нельзя властвовать лишь ради того, чтобы властвовать. Власть не самоцель. Навязывать себя, а не предлагать — лишь пагубная гордыня. Умей подготовить то, что предложишь миру.

    — Фемида · книга
14. «

    Я задумал Афину, зачиная ее, и тем самым по-настоящему породил; именно так следует понимать высказывание, что она появилась из моей головы в полном вооружении.

    Я задумал Афину, зачиная ее, и тем самым по-настоящему породил; именно так следует понимать высказывание, что она появилась из моей головы в полном вооружении.

    — Зевс · книга
15. «

    Неудачная любовь не обязательно пагубна. Она может быть и благотворна, если тот, кто от неё избавляется, вновь обретает себя, но улучшенного. Она сжигает в сердце взрослого то, что остается от детства.

    Неудачная любовь не обязательно пагубна. Она может быть и благотворна, если тот, кто от неё избавляется, вновь обретает себя, но улучшенного. Она сжигает в сердце взрослого то, что остается от детства.

    — Зевс · книга
16. «

    Даже уродливый, даже больной человек может испытывать временами от одного того лишь, что живет, счастье, ускользающее от тех, чье тело здорово и всегда служит желаниям.

    Даже уродливый, даже больной человек может испытывать временами от одного того лишь, что живет, счастье, ускользающее от тех, чье тело здорово и всегда служит желаниям.

    — Зевс · книга
17. «

    Глаза мои открылись, и я взглянул на Землю, но увидел там мало нового. Люди, нельзя же считать новизной вечные уловки вашей неуемной изобретательности, губительные вспышки воинственности или вашу отвратительную склонность к пиромании. Вы по-прежнему не способны сами превратиться в богов. Никто из вас не сумел вдохнуть жизнь в мрамор. Поле, на котором вы расширили свою деятельность, — скорее поле блужданий, нежели свободы, и вы скорее умножили ваши страхи, чем сократили неизбежности.

    Глаза мои открылись, и я взглянул на Землю, но увидел там мало нового. Люди, нельзя же считать новизной вечные уловки вашей неуемной изобретательности, губительные вспышки воинственности или вашу отвратительную склонность к пиромании. Вы по-прежнему не способны сами превратиться в богов. Никто из вас не сумел вдохнуть жизнь в мрамор. Поле, на котором вы расширили свою деятельность, — скорее поле блужданий, нежели свободы, и вы скорее умножили ваши страхи, чем сократили неизбежности.

    — Зевс · книга