37 цитат из книги «Морис Дрюон. Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара» на каждый день

Собрали 37 цитат из книги «Морис Дрюон. Проклятые короли 2: Узница Шато-Гайара» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Тебе слишком легко и хорошо живется, мой мальчик, и поэтому ты не умеешь ценить удачи.

   Тебе слишком легко и хорошо живется, мой мальчик, и поэтому ты не умеешь ценить удачи.

   — Спинелло Толомеи · книга
2. «

   Государственный человек с тех высот, откуда он осуществляет свою власть под защитой сыска и солдат, сам чувствует свою плоть настолько неуязвимой в буквальном смысле этого слова, что, осуждая виновного на смерть или пожизненное заключение, судит лишь некие абстракции. Не живых людей сжигают или казнят по его воле – он сметает на своем пути помехи, уничтожает символы.

   Государственный человек с тех высот, откуда он осуществляет свою власть под защитой сыска и солдат, сам чувствует свою плоть настолько неуязвимой в буквальном смысле этого слова, что, осуждая виновного на смерть или пожизненное заключение, судит лишь некие абстракции. Не живых людей сжигают или казнят по его воле – он сметает на своем пути помехи, уничтожает символы.
3. «

   В тех случаях, когда на пути его высочества Валуа встречалось какое-либо непреодолимое препятствие, он, махнув на него рукой, брал следующее: в бранные дни, пренебрегши несдавшейся крепостью, он просто обходил её и шел на приступ соседней цитадели.

   В тех случаях, когда на пути его высочества Валуа встречалось какое-либо непреодолимое препятствие, он, махнув на него рукой, брал следующее: в бранные дни, пренебрегши несдавшейся крепостью, он просто обходил её и шел на приступ соседней цитадели.
4. «

   Так игра воображения направляет наши судьбы, и стоит человеку облечь в слова свои еще почти не осознанные желания, как он чувствует себя обязанным воплотить их в жизнь.

   Так игра воображения направляет наши судьбы, и стоит человеку облечь в слова свои еще почти не осознанные желания, как он чувствует себя обязанным воплотить их в жизнь.
5. «

   Каждый из нас одинок в свой смертный час, и лишь гордец мнит, что будто он не одинок во всякий миг своего существования.

   Каждый из нас одинок в свой смертный час, и лишь гордец мнит, что будто он не одинок во всякий миг своего существования.
6. «

   Что отнюдь не доказывает их невинности, а свидетельствует лишь об их осторожности.

   Что отнюдь не доказывает их невинности, а свидетельствует лишь об их осторожности.

   — Робер Артуа · книга
7. «

   — Придется, видно, и мне понемножку привыкать к тюремной жизни, — сказал он тем шутливым тоном, каким и в наши дни говорят избалованные богатством люди, когда им приходится самим принести из кухни блюдо или вымыть тарелку.

   — Придется, видно, и мне понемножку привыкать к тюремной жизни, — сказал он тем шутливым тоном, каким и в наши дни говорят избалованные богатством люди, когда им приходится самим принести из кухни блюдо или вымыть тарелку.

   — Робер Артуа · книга
8. «

   …Неизменная веселость не что иное, как щит против трагедии нищеты, его восторженность вознаграждает за монотонность будней, его леность – та же мудрость, ибо мудр тот, кто не претворяется деятельным, когда нечего делать…

   …Неизменная веселость не что иное, как щит против трагедии нищеты, его восторженность вознаграждает за монотонность будней, его леность – та же мудрость, ибо мудр тот, кто не претворяется деятельным, когда нечего делать…
9. «

   Комплимент художника звучал более чем буднично, ибо, когда неаполитанец заявляет женщине, будь она принцесса или служанка в захудалой харчевне, что, не видя её больше, он-де непременно зачахнет и умрет, он лишь выполняет самые элементарные правила галантности.

   Комплимент художника звучал более чем буднично, ибо, когда неаполитанец заявляет женщине, будь она принцесса или служанка в захудалой харчевне, что, не видя её больше, он-де непременно зачахнет и умрет, он лишь выполняет самые элементарные правила галантности.
10. «

    Каждый король, каждый простой смертный тяготеет к своим излюбленным удовольствиям, которые, пожалуй, более полно, чем любые поступки, открывают тайные стороны его натуры.

    Каждый король, каждый простой смертный тяготеет к своим излюбленным удовольствиям, которые, пожалуй, более полно, чем любые поступки, открывают тайные стороны его натуры.
11. «

    Так уж бывает, что в пути встречаются одни и те же люди, потому что встречаются те, кто путешествует.

    Так уж бывает, что в пути встречаются одни и те же люди, потому что встречаются те, кто путешествует.
12. «

    Путешествия обогащают опыт молодых, но случается также, что они вносят смуту в душу пятидесятилетних старцев.

    Путешествия обогащают опыт молодых, но случается также, что они вносят смуту в душу пятидесятилетних старцев.
13. «

    Устраивать счастье тех, кого любишь, вопреки их воле и даже наперекор ей — значит любить недостаточно.

    Устраивать счастье тех, кого любишь, вопреки их воле и даже наперекор ей — значит любить недостаточно.
14. «

    С детства Людовик питал лютую ненависть к собакам: однажды он забавы ради пробил гвоздем ухо какого-то пса и был укушен непочтительным животным.

    С детства Людовик питал лютую ненависть к собакам: однажды он забавы ради пробил гвоздем ухо какого-то пса и был укушен непочтительным животным.
15. «

    ... Если уж вам оставили в наследство трон, то должны были позаботиться дать вам достаточно сил, дабы с достоинством восседать на этом троне.

    ... Если уж вам оставили в наследство трон, то должны были позаботиться дать вам достаточно сил, дабы с достоинством восседать на этом троне.
16. «

    Крушение последних надежд для узника куда страшнее, чем бесконечное ожидание.

    Крушение последних надежд для узника куда страшнее, чем бесконечное ожидание.
17. «

    А если один завидует и восхищается судьбой другого не меньше, чем тот, другой, его судьбой, значит, у обоих дела идут отлично.

    А если один завидует и восхищается судьбой другого не меньше, чем тот, другой, его судьбой, значит, у обоих дела идут отлично.
18. «

    Не такое уж злое у него сердце, — думала она. — Просто он странный, а вовсе не дурной человек.

    Не такое уж злое у него сердце, — думала она. — Просто он странный, а вовсе не дурной человек.

    — Эделина · книга
19. «

    Его не любили. Он управлял людьми с такой недосягаемой высоты, управлял ими так долго, что уже давно потерял привычку смотреть на них.

    Его не любили. Он управлял людьми с такой недосягаемой высоты, управлял ими так долго, что уже давно потерял привычку смотреть на них.
20. «

    …Великая ненависть требует себе равного противника.

    …Великая ненависть требует себе равного противника.