Топ-44 цитаты из книги «Наталья Тимошенко, Лена Обухова. Тишина старого кладбища»

44 цитаты из книги «Наталья Тимошенко, Лена Обухова. Тишина старого кладбища» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Никогда раньше она не думала, что в мире бывает так холодно. Жуткий, леденящий холод пронизывал до костей, заставлял еще почти бессознательное тело дрожать крупной дрожью. От него немели и руки, и ноги, и спина. Лицо почему-то жгло адской болью.

   Никогда раньше она не думала, что в мире бывает так холодно. Жуткий, леденящий холод пронизывал до костей, заставлял еще почти бессознательное тело дрожать крупной дрожью. От него немели и руки, и ноги, и спина. Лицо почему-то жгло адской болью.

   — Александра Рейхерд · книга
2. «

   День выдался холодным, рука державшая телефон, сильно мерзла, мысли в голове путались, и мечтал он сейчас о трех вещах: тишине, горячем душе и сне.

   День выдался холодным, рука державшая телефон, сильно мерзла, мысли в голове путались, и мечтал он сейчас о трех вещах: тишине, горячем душе и сне.

   — Войтех Дворжак · книга
3. «

   Никогда, пожалуйста, не пытайся давать оценку моим мыслям и тем более моим чувствам. Я действую, исходя из своих объективных возможностей. Как я при этом отношусь к ним, никого не касается, даже тебя.

   Никогда, пожалуйста, не пытайся давать оценку моим мыслям и тем более моим чувствам. Я действую, исходя из своих объективных возможностей. Как я при этом отношусь к ним, никого не касается, даже тебя.

   — Войтех Дворжак · книга
4. «

   Можно потерять все, что угодно, но подняться и пойти дальше. А потеря жизни — это конец. Это навсегда. Это нельзя изменить.

   Можно потерять все, что угодно, но подняться и пойти дальше. А потеря жизни — это конец. Это навсегда. Это нельзя изменить.

   — Александра Рейхерд · книга
5. «

   Огромное количество серийных убийств было раскрыто исключительно потому, что маньяки сами вступали в контакт с правоохранительными органами или выбрали для общения каких-то посторонних зрителей. Такие люди считают себя своего рода художниками. Им нужны аплодисменты, поклонники, призвание.

   Огромное количество серийных убийств было раскрыто исключительно потому, что маньяки сами вступали в контакт с правоохранительными органами или выбрали для общения каких-то посторонних зрителей. Такие люди считают себя своего рода художниками. Им нужны аплодисменты, поклонники, призвание.
6. «

   В любой безвыходной ситуации есть как минимум один выход.

   В любой безвыходной ситуации есть как минимум один выход.

   — Войтех Дворжак · книга
7. «

   Порой она жалела, что у нее такой длинный язык и удивительная способность затрагивать не те темы, какие годятся для обычной дружеской беседы.

   Порой она жалела, что у нее такой длинный язык и удивительная способность затрагивать не те темы, какие годятся для обычной дружеской беседы.

   — Александра Рейхерд · книга
8. «

   Мужчины по природе полигамны. А силы воли спорить с природой не у всех хватает.

   Мужчины по природе полигамны. А силы воли спорить с природой не у всех хватает.

   — Александра Рейхерд · книга
9. «

   Продолжай оправдывать себя тем, что ты всегда поступаешь правильно и логично, как робот, в котрого заложена программа.

   Продолжай оправдывать себя тем, что ты всегда поступаешь правильно и логично, как робот, в котрого заложена программа.

   — Александра Рейхерд · книга
10. «

    Ему стало по-настоящему страшно: он оказался один посреди леса, с неработающим навигатором, без компаса и какого-либо представления о том, куда идти дальше. Начинало темнеть, и остаться ночью в лесу в полном одиночестве ему совершенно не хотелось.

    Ему стало по-настоящему страшно: он оказался один посреди леса, с неработающим навигатором, без компаса и какого-либо представления о том, куда идти дальше. Начинало темнеть, и остаться ночью в лесу в полном одиночестве ему совершенно не хотелось.
11. «

    Навязчивое желание оставить за собой последнее слово всегда было не самым лучшим ее качеством.

    Навязчивое желание оставить за собой последнее слово всегда было не самым лучшим ее качеством.

    — Александра Рейхерд · книга
12. «

    Мне на кладбищах никогда не страшно. Мне на них просто немного грустно. Не совсем то место, куда я бы пошел гулять или фотографироваться. Есть в этом что-то... неправильное. Какое-то неуважение.

    Мне на кладбищах никогда не страшно. Мне на них просто немного грустно. Не совсем то место, куда я бы пошел гулять или фотографироваться. Есть в этом что-то... неправильное. Какое-то неуважение.

    — Войтех Дворжак · книга
13. «

    Подоконник на кухне можно было назвать ее кабинетом. Она проводила здесь много времени, поэтому на нем лежали все необходимые вещи: два теплых пледа, несколько книг, планшет, пепельница, пачка сигарет, иногда оставались стоять чашки из под кофе.

    Подоконник на кухне можно было назвать ее кабинетом. Она проводила здесь много времени, поэтому на нем лежали все необходимые вещи: два теплых пледа, несколько книг, планшет, пепельница, пачка сигарет, иногда оставались стоять чашки из под кофе.
14. «

    Чай в пакетиках он от всей души презирал, считая его уместным лишь в поезде, самолете или в походных условиях. Дома и на работе он всегда заваривал себе нормальный чай. Только черный, только крупнолистовой. Из ароматизирующих средств признавал только цитрусовые или мяту.

    Чай в пакетиках он от всей души презирал, считая его уместным лишь в поезде, самолете или в походных условиях. Дома и на работе он всегда заваривал себе нормальный чай. Только черный, только крупнолистовой. Из ароматизирующих средств признавал только цитрусовые или мяту.
15. «

    Все мы время от времени врём близким, чтобы те не волновались.

    Все мы время от времени врём близким, чтобы те не волновались.

    — Войтех Дворжак · книга
16. «

    Страх — это такая вещь, которая имеет свойство прятаться глубоко внутри. И даже, когда кажется, что все забыто, он выныривает на поверхность в самый неподходящий момент.

    Страх — это такая вещь, которая имеет свойство прятаться глубоко внутри. И даже, когда кажется, что все забыто, он выныривает на поверхность в самый неподходящий момент.
17. «

    У нас у всех есть что-то, во что мы верим или не верим. Но если уж заигрывать с аномальным, то надо быть готовым в любой момент отвергнуть свою веру, когда какие-то факты противоречат ей. потому что в итоге факты — единственное, что имеет значение.

    У нас у всех есть что-то, во что мы верим или не верим. Но если уж заигрывать с аномальным, то надо быть готовым в любой момент отвергнуть свою веру, когда какие-то факты противоречат ей. потому что в итоге факты — единственное, что имеет значение.

    — Войтех Дворжак · книга
18. «

    Информация, выставленная на всеобщее обозрение в Интернете, приватной не считается. Фотографии в том числе. Если бы ты не хотела, чтобы их рассматривали, закрыла бы к ним доступ. А то и вовсе не выкладывала в сеть.

    Информация, выставленная на всеобщее обозрение в Интернете, приватной не считается. Фотографии в том числе. Если бы ты не хотела, чтобы их рассматривали, закрыла бы к ним доступ. А то и вовсе не выкладывала в сеть.
19. «

    Любое могущество имеет цену. Никакая власть не дается бесплатно. Надо либо вложить массу усилий, принести массу жертв, чтобы получить ее, либо счет придет постфактум.

    Любое могущество имеет цену. Никакая власть не дается бесплатно. Надо либо вложить массу усилий, принести массу жертв, чтобы получить ее, либо счет придет постфактум.

    — Нев · книга
20. «

    — Не пытайся заставить меня уйти самой, не получится. Я уйду, только если ты сам меня об этом попросишь. — Если я захочу, чтобы ты ушла, я не буду ни заставлять тебя уйти, ни просить тебя остаться.

    — Не пытайся заставить меня уйти самой, не получится. Я уйду, только если ты сам меня об этом попросишь. — Если я захочу, чтобы ты ушла, я не буду ни заставлять тебя уйти, ни просить тебя остаться.

    — Александра Рейхерд · книга