27 цитат из книги «Патрик Ротфусс. Страхи Мудреца», которые стоит перечитать

Ниже 27 цитат из книги «Патрик Ротфусс. Страхи Мудреца»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Ведь, когда ты кого-то любишь, надо сначала убедиться, любят ли тебя, а то от такой погони будет больше вреда, чем толку.

   Ведь, когда ты кого-то любишь, надо сначала убедиться, любят ли тебя, а то от такой погони будет больше вреда, чем толку.

   — Старик · книга
2. «

   Глаза Геспе к тому времени превратились в узкие опасные щелки. Но еще более выразительно выглядел ее рот: он сжался в тонкую прямую линию. Мой вам совет: если увидите у женщины такое лицо, немедленно заткнитесь и суньте руки себе под задницу. Дела это, может, и не исправит, но помешает вам испортить ситуацию еще больше.

   Глаза Геспе к тому времени превратились в узкие опасные щелки. Но еще более выразительно выглядел ее рот: он сжался в тонкую прямую линию. Мой вам совет: если увидите у женщины такое лицо, немедленно заткнитесь и суньте руки себе под задницу. Дела это, может, и не исправит, но помешает вам испортить ситуацию еще больше.

   — Квоут · книга
3. «

   От старых привычек избавиться нелегко.

   От старых привычек избавиться нелегко.

   — Квоут · книга
4. «

   ... наши имена определяют то, какими мы будем, а мы, в свою очередь, определяем то, какими будут наши имена.

   ... наши имена определяют то, какими мы будем, а мы, в свою очередь, определяем то, какими будут наши имена.

   — Элодин · книга
5. «

   Жажда знаний творит человека.

   Жажда знаний творит человека.

   — Вилем · книга
6. «

   Большинство тайн суть тайны уст. Слухи, сплетни, мелкие скандалы, сообщаемые шепотом на ухо. Эти тайны жаждут быть разглашенными. Тайна уст подобна камушку в башмаке. Поначалу его почти не замечаешь. Потом он начинает раздражать и под конец делается невыносим. Тайны уст становятся тем больше, чем дольше их хранишь, разбухают и давят изнутри на губы. Они рвутся на волю.

   Большинство тайн суть тайны уст. Слухи, сплетни, мелкие скандалы, сообщаемые шепотом на ухо. Эти тайны жаждут быть разглашенными. Тайна уст подобна камушку в башмаке. Поначалу его почти не замечаешь. Потом он начинает раздражать и под конец делается невыносим. Тайны уст становятся тем больше, чем дольше их хранишь, разбухают и давят изнутри на губы. Они рвутся на волю.
7. «

   Ведь в сказках и историях содержатся все истины на свете, знаете ли.

   Ведь в сказках и историях содержатся все истины на свете, знаете ли.

   — Дал · книга
8. «

   Есть большая разница между подарком от чистого сердца и тем, что дарят нарочно, чтобы привязать тебя к мужчине!

   Есть большая разница между подарком от чистого сердца и тем, что дарят нарочно, чтобы привязать тебя к мужчине!

   — Денна · книга
9. «

   Некоторые мужчины так на тебя глазеют, что сразу чувствуешь себя грязной. Хочется пойти и вымыться. А другие мужчины умеют смотреть так, что становится приятно. Помогает чувствовать себя красивой.

   Некоторые мужчины так на тебя глазеют, что сразу чувствуешь себя грязной. Хочется пойти и вымыться. А другие мужчины умеют смотреть так, что становится приятно. Помогает чувствовать себя красивой.

   — Фела · книга
10. «

    Стоило проливать кровь, пережить страх смерти ради того, чтобы увидеть, как она влюбилась в него. Хотя бы чуть-чуть. То было первое слабое дыхание любви, такое легкое, что она, пожалуй, и сама того не заметила. Ничего особенно впечатляющего, совсем не похоже на удар молнии с раскатами грома. Скорее — как когда кремень ударяет о сталь и вылетевшая искра исчезает так стремительно, что ее и не заметишь. И все равно ты знаешь, что она никуда не делась, что она вот-вот вспыхнет пламенем.

    Стоило проливать кровь, пережить страх смерти ради того, чтобы увидеть, как она влюбилась в него. Хотя бы чуть-чуть. То было первое слабое дыхание любви, такое легкое, что она, пожалуй, и сама того не заметила. Ничего особенно впечатляющего, совсем не похоже на удар молнии с раскатами грома. Скорее — как когда кремень ударяет о сталь и вылетевшая искра исчезает так стремительно, что ее и не заметишь. И все равно ты знаешь, что она никуда не делась, что она вот-вот вспыхнет пламенем.

    — Квоут · книга
11. «

    — Ты выиграла! — сказал он ей. — Любовь не просто слепа, она еще и глухонемая.

    — Ты выиграла! — сказал он ей. — Любовь не просто слепа, она еще и глухонемая.

    — Симмон · книга
12. «

    Оглядываться назад — это роскошь. Это можно делать до бесконечности, но все это бесполезно.

    Оглядываться назад — это роскошь. Это можно делать до бесконечности, но все это бесполезно.

    — Наден · книга
13. «

    — Трудно, наверное, быть мужчиной, — тихо сказала она. — Женщина-то знает, что она — часть мира. Мы полны жизни. Женщина — и цветок, и плод. Мы движемся сквозь время, как часть наших детей. А мужчина… Она повернула голову и взглянула на меня снизу вверх, нежно и жалостливо. — Вы — бесплодная ветвь. И вы знаете, что, когда вы умрете, ничего важного после вас не останется. Пенте любовно погладила меня по груди. — Наверно, потому-то в вас так много гнева. Может, его в вас и не больше, чем в женщинах. Может быть, он просто ищет выход. Может быть, он стремится оставить по себе след. Он ломится в мир. Толкает вас на необдуманные поступки. Заставляет ссориться. Злиться. Вы рисуете, строите, сражаетесь, сочиняете истории, которые больше истины… Она удовлетворенно вздохнула и опустила голову мне на плечо, удобно устроившись на сгибе моей руки. — Мне неприятно тебе это говорить. Ты хороший мужчина и к тому же красивый. Но все равно всего лишь мужчина. Тебе нечего дать миру, кроме своего гнева.

    — Трудно, наверное, быть мужчиной, — тихо сказала она. — Женщина-то знает, что она — часть мира. Мы полны жизни. Женщина — и цветок, и плод. Мы движемся сквозь время, как часть наших детей. А мужчина… Она повернула голову и взглянула на меня снизу вверх, нежно и жалостливо. — Вы — бесплодная ветвь. И вы знаете, что, когда вы умрете, ничего важного после вас не останется. Пенте любовно погладила меня по груди. — Наверно, потому-то в вас так много гнева. Может, его в вас и не больше, чем в женщинах. Может быть, он просто ищет выход. Может быть, он стремится оставить по себе след. Он ломится в мир. Толкает вас на необдуманные поступки. Заставляет ссориться. Злиться. Вы рисуете, строите, сражаетесь, сочиняете истории, которые больше истины… Она удовлетворенно вздохнула и опустила голову мне на плечо, удобно устроившись на сгибе моей руки. — Мне неприятно тебе это говорить. Ты хороший мужчина и к тому же красивый. Но все равно всего лишь мужчина. Тебе нечего дать миру, кроме своего гнева.

    — Пента · книга
14. «

    Не стоит называть отважным того, кто ни разу не прошел сотни километров. Если хочешь постичь, кто ты на самом деле, ступай и иди, пока вокруг не останется тех, кто знает тебя по имени. Путешествие — великий уравнитель, великий учитель, горький, как лекарство, и твердый как зеркало. Долгий путь позволит тебе узнать о себе больше, чем сотня лет спокойного созерцания.

    Не стоит называть отважным того, кто ни разу не прошел сотни километров. Если хочешь постичь, кто ты на самом деле, ступай и иди, пока вокруг не останется тех, кто знает тебя по имени. Путешествие — великий уравнитель, великий учитель, горький, как лекарство, и твердый как зеркало. Долгий путь позволит тебе узнать о себе больше, чем сотня лет спокойного созерцания.

    — Квоут · книга
15. «

    Малые факты приводят к великому знанию.

    Малые факты приводят к великому знанию.

    — Элодин · книга
16. «

    Песни сами выбирают себе час и время. Если у лютни жестяной звук — должно быть, это не без причины. Твоя музыка звучит в тон твоей душе, из грязного колодца не наберешь чистой воды. Подожди, пока муть осядет, иначе звук выйдет гнусный, как у треснутого колокола.

    Песни сами выбирают себе час и время. Если у лютни жестяной звук — должно быть, это не без причины. Твоя музыка звучит в тон твоей душе, из грязного колодца не наберешь чистой воды. Подожди, пока муть осядет, иначе звук выйдет гнусный, как у треснутого колокола.

    — Отец · книга
17. «

    Музыка переносит слова за много километров, проникает в сердца и в воспоминания.

    Музыка переносит слова за много километров, проникает в сердца и в воспоминания.

    — Квоут · книга
18. «

    Он славный. Он добрый, людям это кажется слабостью. И радостный, людям это кажется глупостью.

    Он славный. Он добрый, людям это кажется слабостью. И радостный, людям это кажется глупостью.

    — Квоут · книга
19. «

    Только глупец не верит тому, что видит собственными глазами.

    Только глупец не верит тому, что видит собственными глазами.

    — Квоут · книга
20. «

    Хорошо иметь возможность время от времени отдыхать от себя самой. И ты мне в этом помогаешь. Ты — моя надёжная гавань в бескрайнем бурном море.

    Хорошо иметь возможность время от времени отдыхать от себя самой. И ты мне в этом помогаешь. Ты — моя надёжная гавань в бескрайнем бурном море.

    — Денна · книга