«Патрик Ротфусс. Страхи Мудреца»: 31 цитата

Ниже 31 цитата из книги «Патрик Ротфусс. Страхи Мудреца»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Некоторые мужчины так на тебя глазеют, что сразу чувствуешь себя грязной. Хочется пойти и вымыться. А другие мужчины умеют смотреть так, что становится приятно. Помогает чувствовать себя красивой.

   Некоторые мужчины так на тебя глазеют, что сразу чувствуешь себя грязной. Хочется пойти и вымыться. А другие мужчины умеют смотреть так, что становится приятно. Помогает чувствовать себя красивой.

   — Фела · книга
2. «

   Ведь, когда ты кого-то любишь, надо сначала убедиться, любят ли тебя, а то от такой погони будет больше вреда, чем толку.

   Ведь, когда ты кого-то любишь, надо сначала убедиться, любят ли тебя, а то от такой погони будет больше вреда, чем толку.

   — Старик · книга
3. «

   Жажда знаний творит человека.

   Жажда знаний творит человека.

   — Вилем · книга
4. «

   — Трудно, наверное, быть мужчиной, — тихо сказала она. — Женщина-то знает, что она — часть мира. Мы полны жизни. Женщина — и цветок, и плод. Мы движемся сквозь время, как часть наших детей. А мужчина… Она повернула голову и взглянула на меня снизу вверх, нежно и жалостливо. — Вы — бесплодная ветвь. И вы знаете, что, когда вы умрете, ничего важного после вас не останется. Пенте любовно погладила меня по груди. — Наверно, потому-то в вас так много гнева. Может, его в вас и не больше, чем в женщинах. Может быть, он просто ищет выход. Может быть, он стремится оставить по себе след. Он ломится в мир. Толкает вас на необдуманные поступки. Заставляет ссориться. Злиться. Вы рисуете, строите, сражаетесь, сочиняете истории, которые больше истины… Она удовлетворенно вздохнула и опустила голову мне на плечо, удобно устроившись на сгибе моей руки. — Мне неприятно тебе это говорить. Ты хороший мужчина и к тому же красивый. Но все равно всего лишь мужчина. Тебе нечего дать миру, кроме своего гнева.

   — Трудно, наверное, быть мужчиной, — тихо сказала она. — Женщина-то знает, что она — часть мира. Мы полны жизни. Женщина — и цветок, и плод. Мы движемся сквозь время, как часть наших детей. А мужчина… Она повернула голову и взглянула на меня снизу вверх, нежно и жалостливо. — Вы — бесплодная ветвь. И вы знаете, что, когда вы умрете, ничего важного после вас не останется. Пенте любовно погладила меня по груди. — Наверно, потому-то в вас так много гнева. Может, его в вас и не больше, чем в женщинах. Может быть, он просто ищет выход. Может быть, он стремится оставить по себе след. Он ломится в мир. Толкает вас на необдуманные поступки. Заставляет ссориться. Злиться. Вы рисуете, строите, сражаетесь, сочиняете истории, которые больше истины… Она удовлетворенно вздохнула и опустила голову мне на плечо, удобно устроившись на сгибе моей руки. — Мне неприятно тебе это говорить. Ты хороший мужчина и к тому же красивый. Но все равно всего лишь мужчина. Тебе нечего дать миру, кроме своего гнева.

   — Пента · книга
5. «

   — Именно те вопросы, на которые мы не можем дать ответа, и есть самые полезные. Они учат нас думать. Если дать человеку ответ, что он узнает? Какой-нибудь факт, и все. А вот если дать ему вопрос, тогда он сам примется искать ответы. Я расстелил одеяло на земле и сложил потертый плащ лудильщика, чтобы укрыться им. — И вот тогда ответы, которые он отыщет, будут для него бесценны. Чем сложнее вопрос, тем старательнее мы ищем ответ. А чем старательнее мы ищем ответ, тем больше мы узнаем.

   — Именно те вопросы, на которые мы не можем дать ответа, и есть самые полезные. Они учат нас думать. Если дать человеку ответ, что он узнает? Какой-нибудь факт, и все. А вот если дать ему вопрос, тогда он сам примется искать ответы. Я расстелил одеяло на земле и сложил потертый плащ лудильщика, чтобы укрыться им. — И вот тогда ответы, которые он отыщет, будут для него бесценны. Чем сложнее вопрос, тем старательнее мы ищем ответ. А чем старательнее мы ищем ответ, тем больше мы узнаем.

   — Квоут · книга
6. «

   Большинство тайн суть тайны уст. Слухи, сплетни, мелкие скандалы, сообщаемые шепотом на ухо. Эти тайны жаждут быть разглашенными. Тайна уст подобна камушку в башмаке. Поначалу его почти не замечаешь. Потом он начинает раздражать и под конец делается невыносим. Тайны уст становятся тем больше, чем дольше их хранишь, разбухают и давят изнутри на губы. Они рвутся на волю.

   Большинство тайн суть тайны уст. Слухи, сплетни, мелкие скандалы, сообщаемые шепотом на ухо. Эти тайны жаждут быть разглашенными. Тайна уст подобна камушку в башмаке. Поначалу его почти не замечаешь. Потом он начинает раздражать и под конец делается невыносим. Тайны уст становятся тем больше, чем дольше их хранишь, разбухают и давят изнутри на губы. Они рвутся на волю.
7. «

   Ведь в сказках и историях содержатся все истины на свете, знаете ли.

   Ведь в сказках и историях содержатся все истины на свете, знаете ли.

   — Дал · книга
8. «

   Ведь если мы лишимся надежды, что нам останется?

   Ведь если мы лишимся надежды, что нам останется?

   — Денна · книга
9. «

   В глазах восторженной девушки есть нечто завораживающее. На какие только безумства они не толкают глупого юнца...

   В глазах восторженной девушки есть нечто завораживающее. На какие только безумства они не толкают глупого юнца...

   — Квоут · книга
10. «

    Когда ты один, так просто испугаться. Проще простого сосредоточиться на том, что таится во тьме, в конце лестницы, ведущей в подвал.

    Когда ты один, так просто испугаться. Проще простого сосредоточиться на том, что таится во тьме, в конце лестницы, ведущей в подвал.

    — Квоут · книга
11. «

    Человеку свойственно не переставая думать о том, что дорого его сердцу.

    Человеку свойственно не переставая думать о том, что дорого его сердцу.

    — Вилем · книга
12. «

    Малые факты приводят к великому знанию.

    Малые факты приводят к великому знанию.

    — Элодин · книга
13. «

    Он славный. Он добрый, людям это кажется слабостью. И радостный, людям это кажется глупостью.

    Он славный. Он добрый, людям это кажется слабостью. И радостный, людям это кажется глупостью.

    — Квоут · книга
14. «

    От старых привычек избавиться нелегко.

    От старых привычек избавиться нелегко.

    — Квоут · книга
15. «

    Песни сами выбирают себе час и время. Если у лютни жестяной звук — должно быть, это не без причины. Твоя музыка звучит в тон твоей душе, из грязного колодца не наберешь чистой воды. Подожди, пока муть осядет, иначе звук выйдет гнусный, как у треснутого колокола.

    Песни сами выбирают себе час и время. Если у лютни жестяной звук — должно быть, это не без причины. Твоя музыка звучит в тон твоей душе, из грязного колодца не наберешь чистой воды. Подожди, пока муть осядет, иначе звук выйдет гнусный, как у треснутого колокола.

    — Отец · книга
16. «

    Иногда единственное, что можно сделать, — это уйти.

    Иногда единственное, что можно сделать, — это уйти.

    — Квоут · книга
17. «

    — В историях нищие никогда не бывают просто нищими! — заметил Симмон слегка обвиняющим тоном. — Это всегда либо колдунья, либо принц, либо ангел, либо еще что-нибудь этакое. — Зато в жизни нищие — почти всегда просто нищие, — возразил я.

    — В историях нищие никогда не бывают просто нищими! — заметил Симмон слегка обвиняющим тоном. — Это всегда либо колдунья, либо принц, либо ангел, либо еще что-нибудь этакое. — Зато в жизни нищие — почти всегда просто нищие, — возразил я.

    — Квоут · книга
18. «

    Есть большая разница между подарком от чистого сердца и тем, что дарят нарочно, чтобы привязать тебя к мужчине!

    Есть большая разница между подарком от чистого сердца и тем, что дарят нарочно, чтобы привязать тебя к мужчине!

    — Денна · книга
19. «

    Если у вас в футляре есть потайное отделение и вы ничего туда не прячете, значит, с вами что-то сильно не в порядке.

    Если у вас в футляре есть потайное отделение и вы ничего туда не прячете, значит, с вами что-то сильно не в порядке.

    — Квоут · книга
20. «

    Никакая история не может проделать путь из уст в уста в тысячу с лишним километров длиной и остаться неизменной.

    Никакая история не может проделать путь из уст в уста в тысячу с лишним километров длиной и остаться неизменной.

    — Квоут · книга