58 цитат из книги «Павел Санаев. Похороните меня за плинтусом» — от иронии до философии

Собрали 58 цитат из книги «Павел Санаев. Похороните меня за плинтусом» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я лечился от всего, но болел не всем...

   Я лечился от всего, но болел не всем...

   — Саша Савельев · книга
2. «

   Я всегда знал, что я самый больной и хуже меня не бывает, но иногда позволял себе думать, что всё наоборот и я как раз самый лучший, самый сильный, и дай только волю, я всем покажу. Воли мне никто не давал, и я сам брал её в играх, которые разворачивались, когда никого не было дома, и в фантазиях, посещавших меня перед сном.

   Я всегда знал, что я самый больной и хуже меня не бывает, но иногда позволял себе думать, что всё наоборот и я как раз самый лучший, самый сильный, и дай только волю, я всем покажу. Воли мне никто не давал, и я сам брал её в играх, которые разворачивались, когда никого не было дома, и в фантазиях, посещавших меня перед сном.

   — Саша Савельев · книга
3. «

   Коробочку я всё же тиснул, но, внимательно рассмотрев её, прочёл: «Ф-ка им. Бабаева». Решив, что Бабаев – это фамилия генерала, а Фкаим – его странное имя, я тут же положил леденцы на место. С человеком по имени Фкаим лучше было не связываться.

   Коробочку я всё же тиснул, но, внимательно рассмотрев её, прочёл: «Ф-ка им. Бабаева». Решив, что Бабаев – это фамилия генерала, а Фкаим – его странное имя, я тут же положил леденцы на место. С человеком по имени Фкаим лучше было не связываться.

   — Саша Савельев · книга
4. «

   По мнению бабушки, я мог выскользнуть из-под ремней и улететь к какой-то матери. К какой, я не понял, но не к своей — это точно.

   По мнению бабушки, я мог выскользнуть из-под ремней и улететь к какой-то матери. К какой, я не понял, но не к своей — это точно.

   — Саша Савельев · книга
5. «

   «Так это не прибой шумит, а душ. Как я сразу не догадался? Душ в ванной есть, а прибой откуда? В ванной прибой — глупая мысль. А что делать, если пришла глупая мысль? Надо ее скорее заменить умной. Где у меня умная мысль? Куда же она подевалась, черт побери, ведь была только что…» — Взяла билет на поезд и уехала, — сказал кривоногий человечек в зеленом, высунувшись из-за колокола.

   «Так это не прибой шумит, а душ. Как я сразу не догадался? Душ в ванной есть, а прибой откуда? В ванной прибой — глупая мысль. А что делать, если пришла глупая мысль? Надо ее скорее заменить умной. Где у меня умная мысль? Куда же она подевалась, черт побери, ведь была только что…» — Взяла билет на поезд и уехала, — сказал кривоногий человечек в зеленом, высунувшись из-за колокола.

   — Саша Савельев · книга
6. «

   Отнимать ребенка у матери и отнимать мать у сына — немыслимо, преступно.

   Отнимать ребенка у матери и отнимать мать у сына — немыслимо, преступно.

   — Толик · книга
7. «

   Вам, наверное, покажется странным, почему я не мылся сам. Дело в том, что такая сволочь, как я, ничего самостоятельно делать не может. Мать эту сволочь бросила, а сволочь постоянно гниет, и купание может обострить все её сволочные болезни.

   Вам, наверное, покажется странным, почему я не мылся сам. Дело в том, что такая сволочь, как я, ничего самостоятельно делать не может. Мать эту сволочь бросила, а сволочь постоянно гниет, и купание может обострить все её сволочные болезни.

   — Саша Савельев · книга
8. «

   Из больших шкафов разрешалось брать всё что угодно, и это нравилось мне больше всего. Случалось, я не глядя хватал какую-нибудь коробку, спрашивал у воспитательницы: «Можно?» — и, услышав: «Конечно, можно!» — ставил коробку обратно. Мне только и надо было лишний раз убедиться, что я могу брать всё что захочется.

   Из больших шкафов разрешалось брать всё что угодно, и это нравилось мне больше всего. Случалось, я не глядя хватал какую-нибудь коробку, спрашивал у воспитательницы: «Можно?» — и, услышав: «Конечно, можно!» — ставил коробку обратно. Мне только и надо было лишний раз убедиться, что я могу брать всё что захочется.

   — Саша Савельев · книга
9. «

   Я с ужасом почувствовал, что счастья нет тоже. Я убежал от жизни, но она осталась внутри меня и не давала счастью занять своё место. А прежнего места у счастья уже не было.

   Я с ужасом почувствовал, что счастья нет тоже. Я убежал от жизни, но она осталась внутри меня и не давала счастью занять своё место. А прежнего места у счастья уже не было.

   — Саша Савельев · книга
10. «

    Потерявший меня ветер терзал за окном деревья, вымещая на них обиду, а мы сидели и ели картофельное пюре.

    Потерявший меня ветер терзал за окном деревья, вымещая на них обиду, а мы сидели и ели картофельное пюре.

    — Саша Савельев · книга
11. «

    Всё хочешь доказать: «Я такой, как все, я такой, как все». А ты не такой! Если выполз на улицу, должен пройтись спокойно, сесть, почитать…

    Всё хочешь доказать: «Я такой, как все, я такой, как все». А ты не такой! Если выполз на улицу, должен пройтись спокойно, сесть, почитать…

    — Нина Антоновна Савельева · книга
12. «

    Рядом со мной, и утром, и перед сном, была жизнь, а счастья можно было только дождаться, прикоснуться к нему на несколько минут и снова будто пренебрегать им, как только грохнет захлопнутая за его спиной дверь.

    Рядом со мной, и утром, и перед сном, была жизнь, а счастья можно было только дождаться, прикоснуться к нему на несколько минут и снова будто пренебрегать им, как только грохнет захлопнутая за его спиной дверь.

    — Саша Савельев · книга
13. «

    Мне неважно было, какую она взяла книгу. Смысла слов я не улавливал, но было приятно слушать голос тихо читавшей бабушки. Я и не думал, что, когда она не кричит, голос у нее такой приятный. Он успокаивал, отгонял головную боль. Хотелось слушать как можно дольше, и я слушал, слушал и слушал…

    Мне неважно было, какую она взяла книгу. Смысла слов я не улавливал, но было приятно слушать голос тихо читавшей бабушки. Я и не думал, что, когда она не кричит, голос у нее такой приятный. Он успокаивал, отгонял головную боль. Хотелось слушать как можно дольше, и я слушал, слушал и слушал…

    — Саша Савельев · книга
14. «

    — Слушай меня внимательно. Если ты еще раз пойдешь в МАДИ, я пошлю туда дедушку, а он уважаемый человек — твой дедушка. Он пойдет, даст сторожу десять рублей и скажет: «Увидите здесь мальчика, высохшего такого, в красной шапочке и в сером пальто... убейте его. Вырвите ему руки, ноги, а в зад напихайте гаек». Твоего дедушку уважают, и сторож сделает это. Сделает, понятно?!

    — Слушай меня внимательно. Если ты еще раз пойдешь в МАДИ, я пошлю туда дедушку, а он уважаемый человек — твой дедушка. Он пойдет, даст сторожу десять рублей и скажет: «Увидите здесь мальчика, высохшего такого, в красной шапочке и в сером пальто... убейте его. Вырвите ему руки, ноги, а в зад напихайте гаек». Твоего дедушку уважают, и сторож сделает это. Сделает, понятно?!

    — Нина Антоновна Савельева · книга
15. «

    Но я любил её не за эти вещи, а эти вещи любил, потому что они были от неё.

    Но я любил её не за эти вещи, а эти вещи любил, потому что они были от неё.

    — Саша Савельев · книга
16. «

    … — в кухне было такое количество банок, баночек, коробочек и пакетов, что любое видное место пропадало с глаз, стоило отнять руку от поставленного на него предмета.

    … — в кухне было такое количество банок, баночек, коробочек и пакетов, что любое видное место пропадало с глаз, стоило отнять руку от поставленного на него предмета.

    — Саша Савельев · книга
17. «

    Я все время думал, что день рождения — это такой праздник, а возраст не имеет к нему никакого отношения... Оказалось, наоборот, к дню рождения не имеет никакого отношения праздник.

    Я все время думал, что день рождения — это такой праздник, а возраст не имеет к нему никакого отношения... Оказалось, наоборот, к дню рождения не имеет никакого отношения праздник.

    — Саша Савельев · книга
18. «

    Встань, пипку вымою. — Осторожно! — Не бойся, все равно не понадобится. Развернись, спину потру. Я развернулся и уткнулся лбом в кафель. — Не прислоняйся лбом! Камень холодный, гайморит обострится. — Жарко очень. — Так надо. — Почему никому так не надо, а мне надо? — Этот вопрос я задавал бабушке часто. — Так никто же не гниет так, как ты. Ты же смердишь уже. Чувствуешь? Я не чувствовал.

    Встань, пипку вымою. — Осторожно! — Не бойся, все равно не понадобится. Развернись, спину потру. Я развернулся и уткнулся лбом в кафель. — Не прислоняйся лбом! Камень холодный, гайморит обострится. — Жарко очень. — Так надо. — Почему никому так не надо, а мне надо? — Этот вопрос я задавал бабушке часто. — Так никто же не гниет так, как ты. Ты же смердишь уже. Чувствуешь? Я не чувствовал.

    — Саша Савельев · книга
19. «

    Никогда. Это слово вспыхивало перед глазами, жгло их своим ужасным смыслом, и слёзы лились неостановимым потоком. Слову «никогда» невозможно было сопротивляться.

    Никогда. Это слово вспыхивало перед глазами, жгло их своим ужасным смыслом, и слёзы лились неостановимым потоком. Слову «никогда» невозможно было сопротивляться.

    — Саша Савельев · книга
20. «

    Удар судьбы приходит нежданно. Будет тебе расплата. Предательство безнаказанно не проходит! Самый тяжкий грех – предательство…

    Удар судьбы приходит нежданно. Будет тебе расплата. Предательство безнаказанно не проходит! Самый тяжкий грех – предательство…

    — Семён Михайлович Савельев · книга