15 фраз из книги «Поппи Брайт. Изысканный труп», которые запомнились

15 цитат из книги «Поппи Брайт. Изысканный труп» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мне стало казаться, что я мог бы упасть с земли в голубое бескрайнее небо. Я утонул бы в нем, словно в море, барахтаясь руками и ногами, хватая ртом воздух и набирая полные легкие кристальных облаков. У них вкус мятных капель, представлял себе я, и они тотчас превратят все мои внутренности в лед.

   Мне стало казаться, что я мог бы упасть с земли в голубое бескрайнее небо. Я утонул бы в нем, словно в море, барахтаясь руками и ногами, хватая ртом воздух и набирая полные легкие кристальных облаков. У них вкус мятных капель, представлял себе я, и они тотчас превратят все мои внутренности в лед.
2. «

   Я не хочу переделать этот мир, я просто хочу, чтобы он погиб вместе со мной.

   Я не хочу переделать этот мир, я просто хочу, чтобы он погиб вместе со мной.
3. «

   Позже мне казалось, что я спасал жизни, убивая некоторых из них.

   Позже мне казалось, что я спасал жизни, убивая некоторых из них.
4. «

   Нечто все еще заставляло Люка жить, несмотря на сотню причин покончить с собой.

   Нечто все еще заставляло Люка жить, несмотря на сотню причин покончить с собой.
5. «

   Они пробовали жить друг без друга, отдалялись и снова воссоединялись, словно края незаживающей раны.

   Они пробовали жить друг без друга, отдалялись и снова воссоединялись, словно края незаживающей раны.
6. «

   Я слишком спокоен, слишком замкнут. Ни к кому не подсаживаюсь. У меня так всегда. Мои собеседники сами подходят, усмотрев во мне то, что им нужно.

   Я слишком спокоен, слишком замкнут. Ни к кому не подсаживаюсь. У меня так всегда. Мои собеседники сами подходят, усмотрев во мне то, что им нужно.

   — Эндрю Комптон · книга
7. «

   Те, кому знакома боль, приходят в ужас с самого начала. Но в любом случае спустя некоторое время, когда они накричатся, прочтут все молитвы, наблюются и поймут, что им ничто не поможет, они входят в некий экстаз.

   Те, кому знакома боль, приходят в ужас с самого начала. Но в любом случае спустя некоторое время, когда они накричатся, прочтут все молитвы, наблюются и поймут, что им ничто не поможет, они входят в некий экстаз.

   — Джей · книга
8. «

   Ужас — знамя человечества, которое несут с гордостью, уверенно и зачастую фальшиво.

   Ужас — знамя человечества, которое несут с гордостью, уверенно и зачастую фальшиво.
9. «

   Высшая мера наказания никогда не останавливала убийцу. Большинство из нас готовы принять смерть. Но попробуйте сказать человеку, что он больше не насладится холодным светлым пивом! Я поклялся, что скорее умру и останусь мертвым, чем вернусь в заключение.

   Высшая мера наказания никогда не останавливала убийцу. Большинство из нас готовы принять смерть. Но попробуйте сказать человеку, что он больше не насладится холодным светлым пивом! Я поклялся, что скорее умру и останусь мертвым, чем вернусь в заключение.

   — Эндрю Комптон · книга
10. «

    Мне стало казаться, что я мог бы упасть с земли в голубое бескрайнее небо. Я утонул бы в нем, словно в море, барахтаясь руками и ногами, хватая ртом воздух и набирая полные лёгкие кристальных облаков. У них вкус мятных капель, представлял себе я, и они тотчас превратят все мои внутренности в лёд.

    Мне стало казаться, что я мог бы упасть с земли в голубое бескрайнее небо. Я утонул бы в нем, словно в море, барахтаясь руками и ногами, хватая ртом воздух и набирая полные лёгкие кристальных облаков. У них вкус мятных капель, представлял себе я, и они тотчас превратят все мои внутренности в лёд.

    — Эндрю Комптон · книга
11. «

    Бывало, я завидовал этим подросткам, их свободе, даже если они жили на шее у родителей или на подачки. Они могут позволить себе походить на помесь райской птицы и ходячего трупа. Могут плевать на тротуар, нагло торчать, где их не хотят видеть, хамить туристам, которые пялятся на них. Они могут быть у всех на виду, бросаться в глаза. Им нет нужды сливаться с толпой, нет и желания.

    Бывало, я завидовал этим подросткам, их свободе, даже если они жили на шее у родителей или на подачки. Они могут позволить себе походить на помесь райской птицы и ходячего трупа. Могут плевать на тротуар, нагло торчать, где их не хотят видеть, хамить туристам, которые пялятся на них. Они могут быть у всех на виду, бросаться в глаза. Им нет нужды сливаться с толпой, нет и желания.

    — Эндрю Комптон · книга
12. «

    Его любовь к смерти была притворством, потому что в свои двадцать лет он сердцем чувствовал, что будет жить вечно

    Его любовь к смерти была притворством, потому что в свои двадцать лет он сердцем чувствовал, что будет жить вечно
13. «

    Бог дарует убийцам пластичные лица. Мы часто кажемся слабыми и глупыми; пройдя на улице мимо Потрошителя, никто бы не подумал: «Этот малый выглядит так, будто вчера на ужин съел почку девчонки».

    Бог дарует убийцам пластичные лица. Мы часто кажемся слабыми и глупыми; пройдя на улице мимо Потрошителя, никто бы не подумал: «Этот малый выглядит так, будто вчера на ужин съел почку девчонки».

    — Эндрю Комптон · книга
14. «

    Нас могут обвинить за то, что мы сосем члены, но по крайней мере нас не могут обвинить в производстве на свет таких же членососов.

    Нас могут обвинить за то, что мы сосем члены, но по крайней мере нас не могут обвинить в производстве на свет таких же членососов.
15. «

    Жизнь — реальная история, единственная, чей конец ему небезразличен.

    Жизнь — реальная история, единственная, чей конец ему небезразличен.