40 цитат из книги «Поппи Брайт. Изысканный труп» — читаем и делимся

40 цитат из книги «Поппи Брайт. Изысканный труп» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я пил виски, пока комната не плыла перед глазами, блевал в раковину и трезвел, чтобы заснуть, утратив очередную любовь.

   Я пил виски, пока комната не плыла перед глазами, блевал в раковину и трезвел, чтобы заснуть, утратив очередную любовь.

   — Эндрю Комптон · книга
2. «

   Добро пожаловать в реальность, малыш. Как тебе быть взрослым? Не волнуйся, это с тобой ненадолго.

   Добро пожаловать в реальность, малыш. Как тебе быть взрослым? Не волнуйся, это с тобой ненадолго.
3. «

   Его любовь к смерти была притворством, потому что в свои двадцать лет он сердцем чувствовал, что будет жить вечно

   Его любовь к смерти была притворством, потому что в свои двадцать лет он сердцем чувствовал, что будет жить вечно
4. «

   Ничто так хорошо не развязывает язык упрямому молчуну, как небольшая доля своевременного насилия.

   Ничто так хорошо не развязывает язык упрямому молчуну, как небольшая доля своевременного насилия.
5. «

   Он трет изрезанное стеклом лицо и клянется, что видел звёзды.

   Он трет изрезанное стеклом лицо и клянется, что видел звёзды.
6. «

   Я часто напоминал себе, что по крайней мере у меня есть горшок, однако это не лучшее утешение, особенно холодным зимним утром в Пейнсвике.

   Я часто напоминал себе, что по крайней мере у меня есть горшок, однако это не лучшее утешение, особенно холодным зимним утром в Пейнсвике.
7. «

   На суде меня назвали некрофилом, не подумав о древних корнях этого слова, о его глубинном значении. Я был другом мертвых, возлюбленным мертвых. И прежде всего я был другом самому себе и любил самого себя.

   На суде меня назвали некрофилом, не подумав о древних корнях этого слова, о его глубинном значении. Я был другом мертвых, возлюбленным мертвых. И прежде всего я был другом самому себе и любил самого себя.

   — Эндрю Комптон · книга
8. «

   В другой жизни, в его старой жизни, Сорен мог бы быть именно таким великосветским потаскуном. Но в теперешней у него уже год как положительный анализ на ВИЧ, который обнаружился через неделю после его восемнадцатилетия. Добро пожаловать в реальность, малыш. Как тебе быть взрослым? Не волнуйся, это с тобой ненадолго. Хотя у него пока не появилось симптомов, взгляд уже покрылся глянцем, затуманились глаза, серые, огромные для лица со столь тонкими чертами. В природной безмятежности проскальзывало состояние потрясения.

   В другой жизни, в его старой жизни, Сорен мог бы быть именно таким великосветским потаскуном. Но в теперешней у него уже год как положительный анализ на ВИЧ, который обнаружился через неделю после его восемнадцатилетия. Добро пожаловать в реальность, малыш. Как тебе быть взрослым? Не волнуйся, это с тобой ненадолго. Хотя у него пока не появилось симптомов, взгляд уже покрылся глянцем, затуманились глаза, серые, огромные для лица со столь тонкими чертами. В природной безмятежности проскальзывало состояние потрясения.
9. «

   Бог дарует убийцам пластичные лица. Мы часто кажемся слабыми и глупыми; пройдя на улице мимо Потрошителя, никто бы не подумал: «Этот малый выглядит так, будто вчера на ужин съел почку девчонки».

   Бог дарует убийцам пластичные лица. Мы часто кажемся слабыми и глупыми; пройдя на улице мимо Потрошителя, никто бы не подумал: «Этот малый выглядит так, будто вчера на ужин съел почку девчонки».

   — Эндрю Комптон · книга
10. «

    Грудь и живот пересекали темные брызги высохшей крови – воздушные, как морская пена.

    Грудь и живот пересекали темные брызги высохшей крови – воздушные, как морская пена.
11. «

    Вчера он рожден из кучи лохмотьев, сегодня умрет на костре.

    Вчера он рожден из кучи лохмотьев, сегодня умрет на костре.
12. «

    Эти звуки ничего не значили, были столь же бессмысленными, как сопровождавший их звон. Существовала коробка, высеченная из камня, внутри лежала металлическая плитка, покрытая тряпичной подушечкой, а на ней покоилось инертное создание из кости, обрамленной мясом. Я был связан с ним невидимой нитью, тонкой пуповиной эктоплазмы и привычки. Все места и времена казались постоянно текущей рекой, и пока инертное создание лежало на берегу этой реки, я был погружен в воды. Лишь благодаря тонкой пуповине меня не уносило течением. Я чувствовал, как она натягивается, как распадается эфемерная ткань

    Эти звуки ничего не значили, были столь же бессмысленными, как сопровождавший их звон. Существовала коробка, высеченная из камня, внутри лежала металлическая плитка, покрытая тряпичной подушечкой, а на ней покоилось инертное создание из кости, обрамленной мясом. Я был связан с ним невидимой нитью, тонкой пуповиной эктоплазмы и привычки. Все места и времена казались постоянно текущей рекой, и пока инертное создание лежало на берегу этой реки, я был погружен в воды. Лишь благодаря тонкой пуповине меня не уносило течением. Я чувствовал, как она натягивается, как распадается эфемерная ткань
13. «

    Он знает, как красиво выразить любую вещь. Но даже до положительного анализа, каждый день своей жизни он ненавидел этот мир. Часто повторял, что ему хочется проснуться однажды утром и не чувствовать злобы – хотя бы один день. Однако он не мог.

    Он знает, как красиво выразить любую вещь. Но даже до положительного анализа, каждый день своей жизни он ненавидел этот мир. Часто повторял, что ему хочется проснуться однажды утром и не чувствовать злобы – хотя бы один день. Однако он не мог.

    — Тран Винх · книга
14. «

    Я не хочу переделать этот мир, я просто хочу, чтобы он погиб вместе со мной.

    Я не хочу переделать этот мир, я просто хочу, чтобы он погиб вместе со мной.
15. «

    — Мы хотим помочь тебе. То же самое мне однажды сказал Люк, подумал Тран, а сам имел в виду, что я должен умереть вместе с ним.

    — Мы хотим помочь тебе. То же самое мне однажды сказал Люк, подумал Тран, а сам имел в виду, что я должен умереть вместе с ним.
16. «

    – Что они делают с органами после вскрытия? – спросил я, чтобы поддержать разговор и из искреннего любопытства. – Забрасывают обратно как попало и зашивают. О, а мозг оставляют для исследований. В особенности если это мозг убийцы. Могу поспорить, для вас тоже припасен сосуд со спиртом, господин Комптон.

    – Что они делают с органами после вскрытия? – спросил я, чтобы поддержать разговор и из искреннего любопытства. – Забрасывают обратно как попало и зашивают. О, а мозг оставляют для исследований. В особенности если это мозг убийцы. Могу поспорить, для вас тоже припасен сосуд со спиртом, господин Комптон.

    — Эндрю Комптон · книга
17. «

    – Он до сих пор любит тебя. – Это болезнь.

    – Он до сих пор любит тебя. – Это болезнь.

    — Тран Винх · книга
18. «

    Я не такой, как все, и точка. Я всегда знал, что не такой: я не мог довольно идти по жизни, жуя ту жвачку, что окажется у меня во рту, как делают окружающие.

    Я не такой, как все, и точка. Я всегда знал, что не такой: я не мог довольно идти по жизни, жуя ту жвачку, что окажется у меня во рту, как делают окружающие.

    — Эндрю Комптон · книга
19. «

    Часть его души болезненно воспринимала чужеродное вторжение, другая часть пала на колени и рыдала от благодарности, что более не одинока.

    Часть его души болезненно воспринимала чужеродное вторжение, другая часть пала на колени и рыдала от благодарности, что более не одинока.
20. «

    Ты ненормальный, Тран. У тебя мозги затраханы.

    Ты ненормальный, Тран. У тебя мозги затраханы.