18 цитат из книги «Ричард Олдингтон. Все люди - враги», которые стоит перечитать

Ниже 18 цитат из книги «Ричард Олдингтон. Все люди - враги»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Господи, я прожил жизнь, которую ты мне дал, так полно и щедро, как только позволяла мне моя природа, и если я не использовал какой-нибудь твой дар или злоупотребил им, то только по неведению. Если мне не предстоит другой жизни, прими мою благодарность за эту единственную искру твоего прекрасного творчества.

   Господи, я прожил жизнь, которую ты мне дал, так полно и щедро, как только позволяла мне моя природа, и если я не использовал какой-нибудь твой дар или злоупотребил им, то только по неведению. Если мне не предстоит другой жизни, прими мою благодарность за эту единственную искру твоего прекрасного творчества.

   — Энтони Кларендон · книга
2. «

   Жизнь еще не кончена, и много есть миров для тех, кто умеет видеть их за горизонтом.

   Жизнь еще не кончена, и много есть миров для тех, кто умеет видеть их за горизонтом.

   — Энтони Кларендон · книга
3. «

   Богу, должно быть, очень досадно, когда все его прекрасные дары ханжески возвращают ему обратно. И он расправляется с этими людьми, заставляя жить снова и снова, причем всякий раз отравляют себе эту жизнь во имя того, чтобы подготовиться к следующей.

   Богу, должно быть, очень досадно, когда все его прекрасные дары ханжески возвращают ему обратно. И он расправляется с этими людьми, заставляя жить снова и снова, причем всякий раз отравляют себе эту жизнь во имя того, чтобы подготовиться к следующей.
4. «

   Любовь — это самое интимное, самое индивидуальное чувство. Это всё равно, что цветок, который может быть отдан кому-нибудь одному. Когда любишь, нужно отдавать всего себя и чувствовать, что тебя понимают, — а в любви принять всё, может быть ещё труднее, чем всё отдать. Мы не знаем, что даем, но знаем, что получаем.

   Любовь — это самое интимное, самое индивидуальное чувство. Это всё равно, что цветок, который может быть отдан кому-нибудь одному. Когда любишь, нужно отдавать всего себя и чувствовать, что тебя понимают, — а в любви принять всё, может быть ещё труднее, чем всё отдать. Мы не знаем, что даем, но знаем, что получаем.

   — Энтони Кларендон · книга
5. «

   Справедливо ненавидеть то, что мы считаем дурным, но растем мы только с помощью того, что мы любим.

   Справедливо ненавидеть то, что мы считаем дурным, но растем мы только с помощью того, что мы любим.

   — Энтони Кларендон · книга
6. «

   Живи и ошибайся. В этом жизнь. Не думай, что ты не можешь быть совершенством, — это невозможно. Закаляй себя, свой характер, чтобы, когда наступит испытание, — а это неизбежно, — ты мог бы встретить его, как настоящий мужчина. Не давай обманывать себя прописным истинам и громким фразам… Бойся бесцветной жизни.

   Живи и ошибайся. В этом жизнь. Не думай, что ты не можешь быть совершенством, — это невозможно. Закаляй себя, свой характер, чтобы, когда наступит испытание, — а это неизбежно, — ты мог бы встретить его, как настоящий мужчина. Не давай обманывать себя прописным истинам и громким фразам… Бойся бесцветной жизни.
7. «

   Мы должны отдавать себя другим, если хотим что-нибудь получить от них.

   Мы должны отдавать себя другим, если хотим что-нибудь получить от них.

   — Энтони Кларендон · книга
8. «

   Женщины всегда становятся такими, какими мужчины хотят сделать их.

   Женщины всегда становятся такими, какими мужчины хотят сделать их.

   — Тони (Tony) · книга
9. «

   Мы можем относиться к людям хорошо, но это не значит любить.

   Мы можем относиться к людям хорошо, но это не значит любить.

   — Тони (Tony) · книга
10. «

    Поклонение — никогда не умирало и не умрет, пока мир не превратится в механизированную пустыню.

    Поклонение — никогда не умирало и не умрет, пока мир не превратится в механизированную пустыню.

    — Энтони Кларендон · книга
11. «

    Если мне удастся «улучшить» себя, то тем самым я уже что-то сделаю и для усовершенствования человечества вообще.

    Если мне удастся «улучшить» себя, то тем самым я уже что-то сделаю и для усовершенствования человечества вообще.

    — Энтони Кларендон · книга
12. «

    Всему, что необходимо знать, научить нельзя, учитель может сделать только одно — указать дорогу.

    Всему, что необходимо знать, научить нельзя, учитель может сделать только одно — указать дорогу.
13. «

    И я мог бы писать картины, как этот юноша, которого вы так хвалите. Но нет. Больше всего бойся очутиться в громадной безумной толпе тех, кто стремится быть художником, не будучи им рожденным. Держись подальше от жизни и мировоззрения преуспевающего продажного льстеца, угождающего вкусу деляг. Художника иной раз превозносят не по заслугам. Если он не воссоздает жизнь, не заставляет заговорить мою душу и душу обыкновенного человека, он ничего не создает! А высшее, самое трудное искусство — искусство жить.

    И я мог бы писать картины, как этот юноша, которого вы так хвалите. Но нет. Больше всего бойся очутиться в громадной безумной толпе тех, кто стремится быть художником, не будучи им рожденным. Держись подальше от жизни и мировоззрения преуспевающего продажного льстеца, угождающего вкусу деляг. Художника иной раз превозносят не по заслугам. Если он не воссоздает жизнь, не заставляет заговорить мою душу и душу обыкновенного человека, он ничего не создает! А высшее, самое трудное искусство — искусство жить.

    — Энтони Кларендон · книга
14. «

    Подари мне ещё несколько минут этого прекрасного дня. Он никогда не будет таким завтра, даже если это завтра будет ещё прекраснее.

    Подари мне ещё несколько минут этого прекрасного дня. Он никогда не будет таким завтра, даже если это завтра будет ещё прекраснее.
15. «

    Похоронный обряд — ненужная, унизительная и нестерпимая своей гласностью процедура.

    Похоронный обряд — ненужная, унизительная и нестерпимая своей гласностью процедура.
16. «

    Чувство равенства неумело и нерешительно восстало против векового презрения англичан к женщине, презрения, прикрывающегося маской рыцарства — поставить женщину на пьедестал, а в сущности не считаться с ней.

    Чувство равенства неумело и нерешительно восстало против векового презрения англичан к женщине, презрения, прикрывающегося маской рыцарства — поставить женщину на пьедестал, а в сущности не считаться с ней.
17. «

    Если человек должен быть одинок, пусть он действительно будет одинок и не насилует своих инстинктов и чувств фальшивой близостью.

    Если человек должен быть одинок, пусть он действительно будет одинок и не насилует своих инстинктов и чувств фальшивой близостью.
18. «

    Бог — это клич, которым созывают дураков.

    Бог — это клич, которым созывают дураков.