45 цитат из книги «Ричард Шеперд. Неестественные причины. Записки судмедэксперта» — читать онлайн

45 цитат из книги «Ричард Шеперд. Неестественные причины. Записки судмедэксперта» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Многим людям противна сама мысль о разложении. Возможно, имеет смысл напомнить, что это важнейший естественный процесс, который завершает жизненный цикл человеческого тела и возвращает вещества, из которых состояло его тело, в землю. Было бы сложно представить, каким был бы наш мир без этого завершающего процесса полной очистки, каким бы вонючим и неприглядным он ни казался живым.

   Многим людям противна сама мысль о разложении. Возможно, имеет смысл напомнить, что это важнейший естественный процесс, который завершает жизненный цикл человеческого тела и возвращает вещества, из которых состояло его тело, в землю. Было бы сложно представить, каким был бы наш мир без этого завершающего процесса полной очистки, каким бы вонючим и неприглядным он ни казался живым.
2. «

   Многие убийцы говорят: «Я не собирался его убивать!» На самом же деле они имеют в виду: «Я не думал, что мои действия приведут к его смерти».

   Многие убийцы говорят: «Я не собирался его убивать!» На самом же деле они имеют в виду: «Я не думал, что мои действия приведут к его смерти».
3. «

   … проходят долгие часы разговоров и обсуждений, демонстраций фотографий тела, прежде чем мы пускаем родных в помещение с телом. После чего также может пройти какое-то время, прежде чем родные всё-таки посмотрят на тело. Очень важно проводить подобную подготовительную работу с родными. Точно так же, как важно заботиться о них и проявлять к ним сочувствие. Никакие наши действия не должны усилить полученную ими эмоциональную травму.

   … проходят долгие часы разговоров и обсуждений, демонстраций фотографий тела, прежде чем мы пускаем родных в помещение с телом. После чего также может пройти какое-то время, прежде чем родные всё-таки посмотрят на тело. Очень важно проводить подобную подготовительную работу с родными. Точно так же, как важно заботиться о них и проявлять к ним сочувствие. Никакие наши действия не должны усилить полученную ими эмоциональную травму.
4. «

   Как видите, я помешан на безопасности – своей и своих детей – не меньше остальных. Что ж, работа с трупами помогла мне понять, что смерть может наступить совсем внезапно, так что я умею по-настоящему наслаждаться тем хорошим, что даёт жизнь.

   Как видите, я помешан на безопасности – своей и своих детей – не меньше остальных. Что ж, работа с трупами помогла мне понять, что смерть может наступить совсем внезапно, так что я умею по-настоящему наслаждаться тем хорошим, что даёт жизнь.
5. «

   Вы могли подумать, что судмедэкспертам, постоянно смотрящим смерти в лицо, нет нужды напоминать об их собственной смертности. На самом деле нужно. Нам тоже необходимо, чтобы смерти наших близких напоминали нам о скором осуществлении в своей жизни задуманного.

   Вы могли подумать, что судмедэкспертам, постоянно смотрящим смерти в лицо, нет нужды напоминать об их собственной смертности. На самом деле нужно. Нам тоже необходимо, чтобы смерти наших близких напоминали нам о скором осуществлении в своей жизни задуманного.
6. «

   Я слишком хорошо усвоил, что системе наплевать на экспертное мнение, и после своей непродолжительной попытки воссоздавать события преступления я перестал пытаться прыгнуть выше своей головы.

   Я слишком хорошо усвоил, что системе наплевать на экспертное мнение, и после своей непродолжительной попытки воссоздавать события преступления я перестал пытаться прыгнуть выше своей головы.
7. «

   Я настолько был восхищен устройством человеческого тела и своими находками, что ни разу не испытывал отвращения.

   Я настолько был восхищен устройством человеческого тела и своими находками, что ни разу не испытывал отвращения.
8. «

   Трупы никак не способны повлиять на наши эмоции. Они могут лишь поведать правду без прикрас.

   Трупы никак не способны повлиять на наши эмоции. Они могут лишь поведать правду без прикрас.
9. «

   Казалось, я столкнулся с чем-то необъятным и неизведанным. Смерть со всей своей безграничностью, которой я всегда умудрялся избегать в своей работе, внезапно начала поглощать меня с головой.

   Казалось, я столкнулся с чем-то необъятным и неизведанным. Смерть со всей своей безграничностью, которой я всегда умудрялся избегать в своей работе, внезапно начала поглощать меня с головой.
10. «

    Поскольку я прихожу в суд, чтобы предоставить научные доказательства, а не судить, я старался тогда и стараюсь сейчас не смотреть на обвиняемого.

    Поскольку я прихожу в суд, чтобы предоставить научные доказательства, а не судить, я старался тогда и стараюсь сейчас не смотреть на обвиняемого.
11. «

    Я могу сказать, что даже самая жестокая насильственная смерть в конечном счёте представляет собой величайшее облегчение, расслабление.

    Я могу сказать, что даже самая жестокая насильственная смерть в конечном счёте представляет собой величайшее облегчение, расслабление.
12. «

    – Док?.. Я поднял голову и прищурился. – Я вами восхищаюсь. Я прищурился ещё сильнее. Ни один полицейский в жизни мне ничего подобного не говорил. Никогда. – Все эти годы вы делали работу, о которой большинство даже думать не хочет. И вы по-прежнему делаете её увлечённо – я за вами наблюдал. Вот какой-то придурок, который, скорее всего, умер, потому что упал в реку, пока писал. Та женщина была безнадёжным алкоголиком, которая в любом случае была на пороге смерти. И вы всё равно серьёзно к ним относитесь. Как бы то ни было, вы достаточно неравнодушны, чтобы быть честным. (…) Я хотел было ответить на слова детектива какой-нибудь беспечной, непринуждённой фразой. Что-нибудь насчёт того, что после 40 лет работы мне по-прежнему нравилось разгадывать головоломки. Но я не смог. Потому что знал, что он прав. Мне было не всё равно. И по-прежнему не всё равно.

    – Док?.. Я поднял голову и прищурился. – Я вами восхищаюсь. Я прищурился ещё сильнее. Ни один полицейский в жизни мне ничего подобного не говорил. Никогда. – Все эти годы вы делали работу, о которой большинство даже думать не хочет. И вы по-прежнему делаете её увлечённо – я за вами наблюдал. Вот какой-то придурок, который, скорее всего, умер, потому что упал в реку, пока писал. Та женщина была безнадёжным алкоголиком, которая в любом случае была на пороге смерти. И вы всё равно серьёзно к ним относитесь. Как бы то ни было, вы достаточно неравнодушны, чтобы быть честным. (…) Я хотел было ответить на слова детектива какой-нибудь беспечной, непринуждённой фразой. Что-нибудь насчёт того, что после 40 лет работы мне по-прежнему нравилось разгадывать головоломки. Но я не смог. Потому что знал, что он прав. Мне было не всё равно. И по-прежнему не всё равно.
13. «

    Судмедэксперты — люди, выполняющие работу, на которую у всех остальных не хватило бы духу.

    Судмедэксперты — люди, выполняющие работу, на которую у всех остальных не хватило бы духу.
14. «

    Я снова надел маску профессионала. У меня была информация об их дочери, которой не было у них. Информация о том, как работал её организм, о том, что именно произошло той ужасной ночью. Она, раз уж на то пошло, со мной говорила. Трупы так делают. Вскрытие говорит мне столько всего об образе жизни покойного, пожалуй, даже о его личности, однако по большей части рассказывает о его смерти.

    Я снова надел маску профессионала. У меня была информация об их дочери, которой не было у них. Информация о том, как работал её организм, о том, что именно произошло той ужасной ночью. Она, раз уж на то пошло, со мной говорила. Трупы так делают. Вскрытие говорит мне столько всего об образе жизни покойного, пожалуй, даже о его личности, однако по большей части рассказывает о его смерти.
15. «

    Первое, что слышишь, попадая в морг, — это практически неизменно дружелюбные голоса.

    Первое, что слышишь, попадая в морг, — это практически неизменно дружелюбные голоса.
16. «

    Наряду с откровенными рассказами о своей собственной жизни, включавшими описания его сожалений и ошибок, он [отец] также поведал мне, как сильно гордится нами троими [своими детьми]. Учительницей Хелен, университетским преподавателем Робертом и мной, врачом. А также о том, как сильно бы гордилась нами наша мама. Я был глубоко тронут подобным благословением, которое, казалось, и правда исходит от обоих родителей. Даже сейчас, когда моих папы с мамой уже давно не стало, воспоминания об этих словах, произнесённых в потрепанном ресторанчике в Сохо, продолжают меня трогать. Как же мне повезло, что у нас с этим дорогим мне человеком состоялись взрослые, откровенные разговоры.

    Наряду с откровенными рассказами о своей собственной жизни, включавшими описания его сожалений и ошибок, он [отец] также поведал мне, как сильно гордится нами троими [своими детьми]. Учительницей Хелен, университетским преподавателем Робертом и мной, врачом. А также о том, как сильно бы гордилась нами наша мама. Я был глубоко тронут подобным благословением, которое, казалось, и правда исходит от обоих родителей. Даже сейчас, когда моих папы с мамой уже давно не стало, воспоминания об этих словах, произнесённых в потрепанном ресторанчике в Сохо, продолжают меня трогать. Как же мне повезло, что у нас с этим дорогим мне человеком состоялись взрослые, откровенные разговоры.
17. «

    Сердце – это орган, способный уместиться в ладони. Такой маленький, но такой надёжный небольшой кулачок, сжимающийся и разжимающийся 70 раз в минуту, днём и ночью, год за годом, за всю жизнь человека совершая 30 млрд ударов. Верный друг. Пока не перестанет биться. Я должен был отплатить ему за верность, следить за своим питанием, заниматься спортом, бороться с курением и стрессом. Точно так же я понимал, что должен время от времени давать своей печени отдохнуть от алкоголя, чтобы она могла выполнять свою волшебную работу по самовосстановлению. Отличные решения, все до единого. Которые быстро забываются.

    Сердце – это орган, способный уместиться в ладони. Такой маленький, но такой надёжный небольшой кулачок, сжимающийся и разжимающийся 70 раз в минуту, днём и ночью, год за годом, за всю жизнь человека совершая 30 млрд ударов. Верный друг. Пока не перестанет биться. Я должен был отплатить ему за верность, следить за своим питанием, заниматься спортом, бороться с курением и стрессом. Точно так же я понимал, что должен время от времени давать своей печени отдохнуть от алкоголя, чтобы она могла выполнять свою волшебную работу по самовосстановлению. Отличные решения, все до единого. Которые быстро забываются.
18. «

    Я перестал пытаться ограждать скорбящих от их горя, вместо этого начав стараться как можно более мягко преподносить им правду – при этом признавая, что правда не всегда простая и цельная. Она может порой состоять из множества кусочков, не все из которых мне удаётся разглядеть. Кроме того, правда может быть разной в зависимости от того, с какой стороны на неё посмотреть – и, как результат, некоторые семьи просят сказать им правду, если она не совпадает с их ожиданиями и предположениями.

    Я перестал пытаться ограждать скорбящих от их горя, вместо этого начав стараться как можно более мягко преподносить им правду – при этом признавая, что правда не всегда простая и цельная. Она может порой состоять из множества кусочков, не все из которых мне удаётся разглядеть. Кроме того, правда может быть разной в зависимости от того, с какой стороны на неё посмотреть – и, как результат, некоторые семьи просят сказать им правду, если она не совпадает с их ожиданиями и предположениями.
19. «

    В искусстве адвоката отстаивать свою точку зрения нет места совести, и любая адвокатская школа согласится, что некоторые верные дела оказываются проиграны из-за плохой работы адвоката, в то время как хороший адвокат способен одержать победу в проигрышных делах.

    В искусстве адвоката отстаивать свою точку зрения нет места совести, и любая адвокатская школа согласится, что некоторые верные дела оказываются проиграны из-за плохой работы адвоката, в то время как хороший адвокат способен одержать победу в проигрышных делах.
20. «

    Когда я провожу вскрытия, то отношусь к мёртвым не просто со всем уважением, которое ожидает от меня цивилизованное общество, — я отношусь к ним с любовью, как к своим собратьям. Я определяю точную причину смерти, и мне крайне неприятно, что меня воспринимают каким-то таинственным мясником в плаще. Я искренне надеюсь, что те, с кем мне довелось поговорить лично, кто слышал в суде мои показания относительно смерти своих родных, понимали, что я выполнял свою работу со всем уважением. А также с любовью к человечеству, как я себе это представляю.

    Когда я провожу вскрытия, то отношусь к мёртвым не просто со всем уважением, которое ожидает от меня цивилизованное общество, — я отношусь к ним с любовью, как к своим собратьям. Я определяю точную причину смерти, и мне крайне неприятно, что меня воспринимают каким-то таинственным мясником в плаще. Я искренне надеюсь, что те, с кем мне довелось поговорить лично, кто слышал в суде мои показания относительно смерти своих родных, понимали, что я выполнял свою работу со всем уважением. А также с любовью к человечеству, как я себе это представляю.