1 августа 2026, суббота
Подборка · 47 цитат из книги

47 цитат из книги «Ричард Шеперд. Неестественные причины. Записки судмедэксперта», которые захочется сохранить

47 цитат из книги «Ричард Шеперд. Неестественные причины. Записки судмедэксперта» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

  1. Мой взор был прикован к совершенно невероятной красоте раскинувшегося передо мной ландшафта. Это был настоящий шедевр искусства, словно облака устроили пикник. Я ощутил блаженство. Я летел. Оставил позади всю серость и печаль. Морги, забитые неподвижными телами людей, утратившими свою человечность, все свои небольшие просчёты, грызущие меня беспокойства, разочарования, ссоры с женой, внезапный наплыв вынужденных надоедливых компромиссов «причина смерти: не установлена», проявления глупого тщеславия и раздражающей вражды. Все остальные безрадостные пустяки, способные лишить жизнь красок, попросту растворились, и им на смену пришёл всплеск безудержного счастья. Я сосредоточился на управлении небольшим самолётом, зависшим в воздухе где-то над Кентом, и понимал, что если полёт вызывает у меня подобные ощущения, то я не должен себе в нём отказывать. Никогда в жизни.
  2. – Док?.. Я поднял голову и прищурился. – Я вами восхищаюсь. Я прищурился ещё сильнее. Ни один полицейский в жизни мне ничего подобного не говорил. Никогда. – Все эти годы вы делали работу, о которой большинство даже думать не хочет. И вы по-прежнему делаете её увлечённо – я за вами наблюдал. Вот какой-то придурок, который, скорее всего, умер, потому что упал в реку, пока писал. Та женщина была безнадёжным алкоголиком, которая в любом случае была на пороге смерти. И вы всё равно серьёзно к ним относитесь. Как бы то ни было, вы достаточно неравнодушны, чтобы быть честным. (…) Я хотел было ответить на слова детектива какой-нибудь беспечной, непринуждённой фразой. Что-нибудь насчёт того, что после 40 лет работы мне по-прежнему нравилось разгадывать головоломки. Но я не смог. Потому что знал, что он прав. Мне было не всё равно. И по-прежнему не всё равно.
  3. … проходят долгие часы разговоров и обсуждений, демонстраций фотографий тела, прежде чем мы пускаем родных в помещение с телом. После чего также может пройти какое-то время, прежде чем родные всё-таки посмотрят на тело. Очень важно проводить подобную подготовительную работу с родными. Точно так же, как важно заботиться о них и проявлять к ним сочувствие. Никакие наши действия не должны усилить полученную ими эмоциональную травму.
  4. Проведение вскрытия окоченевшего тела связано с определенными проблемами — если, конечно, покойник не был так любезен погибнуть, лежа на спине с руками по швам.
  5. Я напомнил себе, что стал судебно-медицинским экспертом, чтобы вскрывать правду. Это означало, что я должен стоять за правду горой, как бы сильно меня ни убеждали её исказить. Теперь-то я понимаю, что это лишь благородные мысли увлечённого молодого человека с недостатком опыта. За моими плечами было ещё недостаточно много дел, чтобы понять, насколько гибкими являются понятия истины для некоторых людей, а также насколько любая правда подвержена изменениям в зависимости от толкования, чьей-то интуиции и предрассудков, даже если речь идёт, казалось бы, о научно доказанных фактах. Хотя мне уже и доводилось видеть некоторые примеры эластичности правды. В суде, например. Однако в целом я продолжал заблуждаться, будто можно найти такой моральный путь, который все вокруг посчитают правильным и безупречным.
  6. Каким же удивительным механизмом в тот день мне представилось человеческое тело. Страх сняло как рукой, и я с головой погрузился в свою работу. Но у меня ещё оставалось время, чтобы восхититься организмом: запутанными системами его органов, их цветами, их красотой. Кровь была не простой красной – она была алой. Желчный пузырь был не просто зелёным – это был зелёный цвет листвы в джунглях. Мозг белый и серый – причём серый не как ноябрьское небо, а как серебристая рыба в воде. Печень не просто коричневая, как школьная форма, а насыщенного коричнево-красного цвета свежевспаханного поля.
  7. Как видите, я помешан на безопасности – своей и своих детей – не меньше остальных. Что ж, работа с трупами помогла мне понять, что смерть может наступить совсем внезапно, так что я умею по-настоящему наслаждаться тем хорошим, что даёт жизнь.
  8. Я прекрасно понимаю, насколько тяжело осознавать необратимость смерти. Понимать, что её сын, вчера ещё живой, со своими мыслями и чувствами, сегодня уже таковым не является. Осмыслить, что ещё вчера я со своим ножом вызвал бы у него мучительную боль, однако сегодня он уже ничего не чувствует. Причём, пожалуй, сложнее всего видеть в действиях человека с ножом не преступное посягательство, а выражение уважения, может быть, даже любви.
  9. Сердце – это орган, способный уместиться в ладони. Такой маленький, но такой надёжный небольшой кулачок, сжимающийся и разжимающийся 70 раз в минуту, днём и ночью, год за годом, за всю жизнь человека совершая 30 млрд ударов. Верный друг. Пока не перестанет биться. Я должен был отплатить ему за верность, следить за своим питанием, заниматься спортом, бороться с курением и стрессом. Точно так же я понимал, что должен время от времени давать своей печени отдохнуть от алкоголя, чтобы она могла выполнять свою волшебную работу по самовосстановлению. Отличные решения, все до единого. Которые быстро забываются.
  10. Я снова надел маску профессионала. У меня была информация об их дочери, которой не было у них. Информация о том, как работал её организм, о том, что именно произошло той ужасной ночью. Она, раз уж на то пошло, со мной говорила. Трупы так делают. Вскрытие говорит мне столько всего об образе жизни покойного, пожалуй, даже о его личности, однако по большей части рассказывает о его смерти.
  11. В искусстве адвоката отстаивать свою точку зрения нет места совести, и любая адвокатская школа согласится, что некоторые верные дела оказываются проиграны из-за плохой работы адвоката, в то время как хороший адвокат способен одержать победу в проигрышных делах.
  12. Наряду с откровенными рассказами о своей собственной жизни, включавшими описания его сожалений и ошибок, он [отец] также поведал мне, как сильно гордится нами троими [своими детьми]. Учительницей Хелен, университетским преподавателем Робертом и мной, врачом. А также о том, как сильно бы гордилась нами наша мама. Я был глубоко тронут подобным благословением, которое, казалось, и правда исходит от обоих родителей. Даже сейчас, когда моих папы с мамой уже давно не стало, воспоминания об этих словах, произнесённых в потрепанном ресторанчике в Сохо, продолжают меня трогать. Как же мне повезло, что у нас с этим дорогим мне человеком состоялись взрослые, откровенные разговоры.
  13. Работа с трупами помогла мне понять, что смерть может наступить совсем внезапно, так что я умею по-настоящему наслаждаться тем хорошим, что дает жизнь.
  14. Я перестал пытаться ограждать скорбящих от их горя, вместо этого начав стараться как можно более мягко преподносить им правду – при этом признавая, что правда не всегда простая и цельная. Она может порой состоять из множества кусочков, не все из которых мне удаётся разглядеть. Кроме того, правда может быть разной в зависимости от того, с какой стороны на неё посмотреть – и, как результат, некоторые семьи просят сказать им правду, если она не совпадает с их ожиданиями и предположениями.
20 из 47
Смотрите также