19 фраз из книги «Рик Риордан. Перси Джексон и похититель молний» для дневника

Ниже 19 цитат из книги «Рик Риордан. Перси Джексон и похититель молний»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Но это же все вымысел, — возразил я. — Это мифы, которые создавали, чтобы объяснять молнии, смену времен года, ну и прочее. Это то, во что люди верили, пока не появилась наука. — Наука! — издевательски усмехнулся мистер Д. — А вот скажи мне, Персей Джексон… — Я вздрогнул, потому что он назвал мое настоящее имя, про которое я никогда никому не рассказывал, — что люди будут думать о твоей «науке» через две тысячи лет? А? Назовут ее примитивным «мумбо-юмбо». Вот так. О, как я люблю смертных — у них абсолютно отсутствует чувство перспективы. Они считают, что так далеко-о-о продвинулись во всем…

   — Но это же все вымысел, — возразил я. — Это мифы, которые создавали, чтобы объяснять молнии, смену времен года, ну и прочее. Это то, во что люди верили, пока не появилась наука. — Наука! — издевательски усмехнулся мистер Д. — А вот скажи мне, Персей Джексон… — Я вздрогнул, потому что он назвал мое настоящее имя, про которое я никогда никому не рассказывал, — что люди будут думать о твоей «науке» через две тысячи лет? А? Назовут ее примитивным «мумбо-юмбо». Вот так. О, как я люблю смертных — у них абсолютно отсутствует чувство перспективы. Они считают, что так далеко-о-о продвинулись во всем…

   — Дионис · книга
2. «

   — Кто говорит, что он видит это место таким, каким видим его мы? — Люди видят то, что хотят. В этом отношении они очень упрямы... то есть настойчивы.

   — Кто говорит, что он видит это место таким, каким видим его мы? — Люди видят то, что хотят. В этом отношении они очень упрямы... то есть настойчивы.
3. «

   Добравшись до подножия холма, я оглянулся. Хирон стоял под сосной-Талией, дочерью Зевса, — выпрямившись во весь свой немалый рост и высоко подняв лук в знак приветствия. Обычное прощальное напутствие после летних каникул от самого обычного кентавра.

   Добравшись до подножия холма, я оглянулся. Хирон стоял под сосной-Талией, дочерью Зевса, — выпрямившись во весь свой немалый рост и высоко подняв лук в знак приветствия. Обычное прощальное напутствие после летних каникул от самого обычного кентавра.

   — Перси Джексон · книга
4. «

   Я практически ничего о нем не помню, кроме следа от его мягко светящейся улыбки.

   Я практически ничего о нем не помню, кроме следа от его мягко светящейся улыбки.

   — Перси Джексон · книга
5. «

   Замечательным людям всегда чертовски не везет.

   Замечательным людям всегда чертовски не везет.

   — Перси Джексон · книга
6. «

   — Зевс уничтожит вас! — пообещала она. — Аид заберет твою душу! — Braccas meus vescimini! — звонко крикнул я. До сих пор не пойму, как у меня выскочила эта латинская фраза. Думаю, она означала: «Пошла в задницу!»

   — Зевс уничтожит вас! — пообещала она. — Аид заберет твою душу! — Braccas meus vescimini! — звонко крикнул я. До сих пор не пойму, как у меня выскочила эта латинская фраза. Думаю, она означала: «Пошла в задницу!»

   — Перси Джексон · книга
7. «

   Я подумал о маме, но в голову пришли только хорошие воспоминания: ее улыбка, сказки, которые она читала мне на ночь, когда я был еще совсем маленький, и как она успокаивала меня, что не позволит клопам кусаться.

   Я подумал о маме, но в голову пришли только хорошие воспоминания: ее улыбка, сказки, которые она читала мне на ночь, когда я был еще совсем маленький, и как она успокаивала меня, что не позволит клопам кусаться.

   — Перси Джексон · книга
8. «

   — В другой раз Афина и Посейдон состязались — кому быть покровителем Афин. В качестве дара твой папа открыл какой-то там источник соленой воды, а моя мама вырастила оливковое дерево. Люди увидели, что ее дар лучше, вот и назвали город в ее честь. — Наверное, просто потому, что они любили оливки. — Отвяжись. — Вот если бы она изобрела пиццу — это я понимаю!

   — В другой раз Афина и Посейдон состязались — кому быть покровителем Афин. В качестве дара твой папа открыл какой-то там источник соленой воды, а моя мама вырастила оливковое дерево. Люди увидели, что ее дар лучше, вот и назвали город в ее честь. — Наверное, просто потому, что они любили оливки. — Отвяжись. — Вот если бы она изобрела пиццу — это я понимаю!

   — Перси Джексон · книга
9. «

   Послушай, я не хотел быть полукровкой.

   Послушай, я не хотел быть полукровкой.

   — Перси Джексон · книга
10. «

    — Мой папа преподает в Вест-Пойнте, — ответила она. — Я не видела его с тех пор, когда была совсем маленькой. Он ведет занятия по американской истории. — Значит, он человек? — И что? Так ты решил, что только богам-мужчинам кажутся привлекательными человеческие женщины. Ну, ты, оказывается, женоненавистник!

    — Мой папа преподает в Вест-Пойнте, — ответила она. — Я не видела его с тех пор, когда была совсем маленькой. Он ведет занятия по американской истории. — Значит, он человек? — И что? Так ты решил, что только богам-мужчинам кажутся привлекательными человеческие женщины. Ну, ты, оказывается, женоненавистник!

    — Аннабет Чейз · книга
11. «

    У меня могло подняться настроение только оттого, что мама просто вошла в комнату. Глаза ее искрились и меняли цвет в зависимости от освещения. Улыбка согревала, как теплое стеганое одеяло в холодную ночь. В маминых длинных каштановых волосах появилось несколько седых прядей, но я никогда не считал ее старой. Когда мама смотрела на меня, казалось, что она видит во мне одно только хорошее.

    У меня могло подняться настроение только оттого, что мама просто вошла в комнату. Глаза ее искрились и меняли цвет в зависимости от освещения. Улыбка согревала, как теплое стеганое одеяло в холодную ночь. В маминых длинных каштановых волосах появилось несколько седых прядей, но я никогда не считал ее старой. Когда мама смотрела на меня, казалось, что она видит во мне одно только хорошее.

    — Перси Джексон · книга
12. «

    — Ты здорово орудуешь этим ножом! — восхитился я. — Думаешь? — Любой, кто сумел проехаться верхом на фурии, молодец, по-моему.

    — Ты здорово орудуешь этим ножом! — восхитился я. — Думаешь? — Любой, кто сумел проехаться верхом на фурии, молодец, по-моему.
13. «

    Порой люди бывают ужаснее чудовищ.

    Порой люди бывают ужаснее чудовищ.
14. «

    Уж лучше пусть береговая охрана задумается над тем, почему один из нас босой, чем — почему у другого копыта.

    Уж лучше пусть береговая охрана задумается над тем, почему один из нас босой, чем — почему у другого копыта.

    — Перси · книга
15. «

    Иной раз силе приходится поклониться мудрости.

    Иной раз силе приходится поклониться мудрости.

    — Аннабет Чейз · книга
16. «

    Аннабет бросила взгляд на рог Минотавра в моей руке, затем снова посмотрела на меня. Я воображал, что она скажет: «Ты убил Минотавра!», или: «Ух ты, такой бесстрашный!», или что-то в этом роде. Но девчонка выпалила: — А ты, когда спишь, пускаешь слюни!

    Аннабет бросила взгляд на рог Минотавра в моей руке, затем снова посмотрела на меня. Я воображал, что она скажет: «Ты убил Минотавра!», или: «Ух ты, такой бесстрашный!», или что-то в этом роде. Но девчонка выпалила: — А ты, когда спишь, пускаешь слюни!

    — Перси Джексон · книга
17. «

    Забавно, как люди умеют обволакивать происходящее разными хитросплетениями слов, подгоняя его под собственную версию реальности.

    Забавно, как люди умеют обволакивать происходящее разными хитросплетениями слов, подгоняя его под собственную версию реальности.

    — Перси Джексон · книга
18. «

    В каком-то смысле хорошо знать, что где-то там существуют греческие боги, поскольку есть на кого свалить вину, если пошла непруха.

    В каком-то смысле хорошо знать, что где-то там существуют греческие боги, поскольку есть на кого свалить вину, если пошла непруха.

    — Перси Джексон · книга
19. «

    Ходил он смешно, будто каждый шаг причинял ему страшную боль, но это только для отвода глаз. Посмотрели бы вы, как он со всех ног мчится в кафетерий, когда там пекут энчиладу.

    Ходил он смешно, будто каждый шаг причинял ему страшную боль, но это только для отвода глаз. Посмотрели бы вы, как он со всех ног мчится в кафетерий, когда там пекут энчиладу.

    — Перси Джексон · книга