40 цитат из книги «Роберт Хайнлайн. Уплыть на закат Жизнь и любови Морин Джонсон» со смыслом

40 цитат из книги «Роберт Хайнлайн. Уплыть на закат Жизнь и любови Морин Джонсон» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   «Благодарность». Химера, вознаграждающая другую химеру — «альтруизм». И обе эти химеры лишь маскируют эгоизм — естественное, честное чувство. Каждый из нас руководствуется только своими собственными интересами.

   «Благодарность». Химера, вознаграждающая другую химеру — «альтруизм». И обе эти химеры лишь маскируют эгоизм — естественное, честное чувство. Каждый из нас руководствуется только своими собственными интересами.

   — Морин · книга
2. «

   В обществе, где считается смертным грехом чем-то отличаться от соседей, единственный выход — не давать этого заметить.

   В обществе, где считается смертным грехом чем-то отличаться от соседей, единственный выход — не давать этого заметить.

   — Брайан · книга
3. «

   Истинная «поголовная» демократия, где каждый взрослый имеет право голоса, лишена обратной связи, служащей человеку для самоусовершенствования. Она целиком и полностью зависит от мудрости и сдержанности граждан... которым противостоит безумие и разнузданность других граждан. Демократия предполагает, что каждый свободный гражданин отдает свой голос на благо общества, во имя общей безопасности и благосостояния. На деле же упомянутый гражданин голосует за свои интересы, как он их понимает, а большинство понимает их как «хлеба и зрелищ».

   Истинная «поголовная» демократия, где каждый взрослый имеет право голоса, лишена обратной связи, служащей человеку для самоусовершенствования. Она целиком и полностью зависит от мудрости и сдержанности граждан... которым противостоит безумие и разнузданность других граждан. Демократия предполагает, что каждый свободный гражданин отдает свой голос на благо общества, во имя общей безопасности и благосостояния. На деле же упомянутый гражданин голосует за свои интересы, как он их понимает, а большинство понимает их как «хлеба и зрелищ».

   — Морин · книга
4. «

   Молчание — это все, что заслуживает вопрос любопытного — пропускай его мимо ушей, вот и все.

   Молчание — это все, что заслуживает вопрос любопытного — пропускай его мимо ушей, вот и все.

   — Морин · книга
5. «

   В двадцатом столетии среди интеллектуалов вошел в моду так называемый «пересмотр истории», или ревизионизм. Основной идеей этого учения было то, что участники исторических событий не имеют понятия, что и зачем они делают, и не понимают, что они всего лишь марионетки в руках неведомых зловещих сил.

   В двадцатом столетии среди интеллектуалов вошел в моду так называемый «пересмотр истории», или ревизионизм. Основной идеей этого учения было то, что участники исторических событий не имеют понятия, что и зачем они делают, и не понимают, что они всего лишь марионетки в руках неведомых зловещих сил.

   — Морин · книга
6. «

   В конце девятнадцатого века в большинстве штатов женщины не имели права голоса, не имели право подписывать контракты, владеть недвижимостью, заседать в суде присяжных и заниматься прочей гражданской деятельностью без согласия мужчины: отца, мужа или старшего сына. Большинство профессий, ремесел и занятий для женщин было заказано. Женщина-адвокат, женщина-врач, женщина-инженер представляли собой такое же диво, как танцующий медведь.

   В конце девятнадцатого века в большинстве штатов женщины не имели права голоса, не имели право подписывать контракты, владеть недвижимостью, заседать в суде присяжных и заниматься прочей гражданской деятельностью без согласия мужчины: отца, мужа или старшего сына. Большинство профессий, ремесел и занятий для женщин было заказано. Женщина-адвокат, женщина-врач, женщина-инженер представляли собой такое же диво, как танцующий медведь.

   — Морин · книга
7. «

   Отец требовал, чтобы я как можно тщательнее изучала законы — чтобы не попасться, когда буду их нарушать.

   Отец требовал, чтобы я как можно тщательнее изучала законы — чтобы не попасться, когда буду их нарушать.

   — Морин · книга
8. «

   В учении «мир как миф» понятия «свободная воля» и «предопределение» ничего не значат. Не имеют семантического смысла. Если мы — просто персонажи в придуманной кем-то фабуле, с тем же успехом можно говорить о «свободной воле» и «предопределении» шахматных фигур. Когда партия сыграна и фигуры собраны обратно в коробку, разве сетует белая королева, не в силах уснуть: «Не надо было мне брать ту пешку!»

   В учении «мир как миф» понятия «свободная воля» и «предопределение» ничего не значат. Не имеют семантического смысла. Если мы — просто персонажи в придуманной кем-то фабуле, с тем же успехом можно говорить о «свободной воле» и «предопределении» шахматных фигур. Когда партия сыграна и фигуры собраны обратно в коробку, разве сетует белая королева, не в силах уснуть: «Не надо было мне брать ту пешку!»

   — Морин · книга
9. «

   Много ли мужчин мудро ведут себя с женщинами? Таких за всю историю раз, два и обчелся.

   Много ли мужчин мудро ведут себя с женщинами? Таких за всю историю раз, два и обчелся.

   — Морин · книга
10. «

    В сущности дети и кошки приносят больше радости, чем акции, боны и прочие ценные бумаги.

    В сущности дети и кошки приносят больше радости, чем акции, боны и прочие ценные бумаги.

    — Морин · книга
11. «

    История повторяется кое-когда и кое в чем.

    История повторяется кое-когда и кое в чем.

    — Морин · книга
12. «

    Вы загубите своих детей, если не будете наказывать их, когда необходимо.

    Вы загубите своих детей, если не будете наказывать их, когда необходимо.

    — Морин · книга
13. «

    Мне очень хотелось соответствовать определению идеальной жены, то есть быть герцогиней в гостиной, кухаркой на кухне и шлюхой в постели.

    Мне очень хотелось соответствовать определению идеальной жены, то есть быть герцогиней в гостиной, кухаркой на кухне и шлюхой в постели.

    — Морин · книга
14. «

    У слова «любовь» много значений, но одно несомненно: счастье и благополучие того, кого любишь, всегда стоит на первом месте.

    У слова «любовь» много значений, но одно несомненно: счастье и благополучие того, кого любишь, всегда стоит на первом месте.

    — Морин · книга
15. «

    Я совсем не против контрацепции — это величайшее благо. Но наша нервная система не настроена на предохранение — она настроена на беременность.

    Я совсем не против контрацепции — это величайшее благо. Но наша нервная система не настроена на предохранение — она настроена на беременность.

    — Морин · книга
16. «

    У старости стремления свои; Смерть все покончит; но перед концом Еще возможно подвиг совершить, Достойный нас, восставших на богов.

    У старости стремления свои; Смерть все покончит; но перед концом Еще возможно подвиг совершить, Достойный нас, восставших на богов.

    — А. Теннисон · книга
17. «

    «Хлеба и зрелищ» — это раковая опухоль демократии, ее неизлечимая болезнь. Поначалу демократический режим работает превосходно. Но как только государство дает право голоса всем поголовно, будь то производитель или паразит — значит, этому государству придет конец. Как только плебс поймет, что можно сколько угодно голосовать за «хлеб и зрелища» и полезные члены общества не в силах его остановить, — он будет голосовать за «хлеб и зрелища», пока не обескровит государство.

    «Хлеба и зрелищ» — это раковая опухоль демократии, ее неизлечимая болезнь. Поначалу демократический режим работает превосходно. Но как только государство дает право голоса всем поголовно, будь то производитель или паразит — значит, этому государству придет конец. Как только плебс поймет, что можно сколько угодно голосовать за «хлеб и зрелища» и полезные члены общества не в силах его остановить, — он будет голосовать за «хлеб и зрелища», пока не обескровит государство.

    — Джубал Хэршоу · книга
18. «

    У каждого, разумеется, на все свое мнение, каким бы глупым оно ни было.

    У каждого, разумеется, на все свое мнение, каким бы глупым оно ни было.

    — Морин · книга
19. «

    У финансистов особый язык, и тем, кто его не знает, нечего садиться играть с ними в покер.

    У финансистов особый язык, и тем, кто его не знает, нечего садиться играть с ними в покер.

    — Морин · книга
20. «

    Мы совсем не знаем друг друга — а уж своих родных и подавно.

    Мы совсем не знаем друг друга — а уж своих родных и подавно.

    — Морин · книга