24 цитаты из книги «Стефани Майер. Солнце полуночи» с глубоким смыслом

Собрали 24 цитаты из книги «Стефани Майер. Солнце полуночи» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Почему бы тебе не оставить меня в покое? Поверь мне, хотелось мне сказать. Я старался. Ах да, и ещё. Я полностью и безоговорочно в тебя влюблён.

   Почему бы тебе не оставить меня в покое? Поверь мне, хотелось мне сказать. Я старался. Ах да, и ещё. Я полностью и безоговорочно в тебя влюблён.

   — Эдвард Каллен · книга
2. «

   Я не уверена – ведь я не могу читать мысли – но иногда мне кажется, что когда ты заговариваешь со мной о чем бы то ни было, ты пытаешься сказать мне «прощай».

   Я не уверена – ведь я не могу читать мысли – но иногда мне кажется, что когда ты заговариваешь со мной о чем бы то ни было, ты пытаешься сказать мне «прощай».

   — Белла Свон · книга
3. «

   В те моменты, когда я улыбался, она обращала свой взгляд в мою сторону. Была ли она сейчас… ослепленной?

   В те моменты, когда я улыбался, она обращала свой взгляд в мою сторону. Была ли она сейчас… ослепленной?

   — Эдвард Каллен · книга
4. «

   Меня взбесило то, что пришлось снова солгать ей, в то время как я больше всего хотел заслужить её доверие.

   Меня взбесило то, что пришлось снова солгать ей, в то время как я больше всего хотел заслужить её доверие.

   — Эдвард Каллен · книга
5. «

   Вдруг эта девушка стала для меня целым светом. Я больше не вижу смысла в мире, в котором нет ее.

   Вдруг эта девушка стала для меня целым светом. Я больше не вижу смысла в мире, в котором нет ее.

   — Эдвард Каллен · книга
6. «

   Но никто из нас никогда не был преисполнен таким отчаянием ради пути назад, как сейчас я.

   Но никто из нас никогда не был преисполнен таким отчаянием ради пути назад, как сейчас я.

   — Эдвард Каллен · книга
7. «

   Я сожалел обо всех глупых ошибках, которые я совершил. Я просил прощения за свой бесконечный эгоизм. Я просил прощения за то, что она была настолько неудачлива, что разбудила во мне первую, несчастную любовь. Я сожалел обо всех своих чувствах, которые не мог обуздать – больше всего о том, что я был тем самым монстром, который волей судеб был предназначен прервать её жизнь.

   Я сожалел обо всех глупых ошибках, которые я совершил. Я просил прощения за свой бесконечный эгоизм. Я просил прощения за то, что она была настолько неудачлива, что разбудила во мне первую, несчастную любовь. Я сожалел обо всех своих чувствах, которые не мог обуздать – больше всего о том, что я был тем самым монстром, который волей судеб был предназначен прервать её жизнь.

   — Эдвард Каллен · книга
8. «

   Я когда-нибудь перестану приходить в трепет от того, что я был единственным, кому она сказала «да»? Сомневаюсь.

   Я когда-нибудь перестану приходить в трепет от того, что я был единственным, кому она сказала «да»? Сомневаюсь.

   — Эдвард Каллен · книга
9. «

   А если воспоминания причиняют боль, то зачем мучить себя напрасно, ведь изменить что-либо уже нельзя.

   А если воспоминания причиняют боль, то зачем мучить себя напрасно, ведь изменить что-либо уже нельзя.

   — Эдвард · книга
10. «

    Я не люблю лгать, поэтому должна быть хорошая причина, чтобы я делала это.

    Я не люблю лгать, поэтому должна быть хорошая причина, чтобы я делала это.

    — Белла Свон · книга
11. «

    Твоя судьба была предрешена тогда, когда мы впервые повстречались.

    Твоя судьба была предрешена тогда, когда мы впервые повстречались.

    — Эдвард Каллен · книга
12. «

    Мы с Элис должны были держаться вместе. Нелегко было читать чужие мысли или видеть будущее. Два уродца среди других уродов, мы хранили чужие тайны.

    Мы с Элис должны были держаться вместе. Нелегко было читать чужие мысли или видеть будущее. Два уродца среди других уродов, мы хранили чужие тайны.

    — Эдвард Каллен · книга
13. «

    Небо надо мной было ясным, оно искрилось от звезд, некоторые из которых сверкали синим, другие желтым. Звезды выглядели величественно, образовывая водоворот образов в черном космосе — необыкновенное зрелище. Исключительная красота.

    Небо надо мной было ясным, оно искрилось от звезд, некоторые из которых сверкали синим, другие желтым. Звезды выглядели величественно, образовывая водоворот образов в черном космосе — необыкновенное зрелище. Исключительная красота.

    — Эдвард Каллен · книга
14. «

    Влечение. Было трудно думать. Со стольких сторон, так много разных значений и уровней. Не то же самое, что и любовь, но закручивается так же сложно.

    Влечение. Было трудно думать. Со стольких сторон, так много разных значений и уровней. Не то же самое, что и любовь, но закручивается так же сложно.
15. «

    Вечность — долгий период времени, за который ты успеваешь во всем раскаяться.

    Вечность — долгий период времени, за который ты успеваешь во всем раскаяться.
16. «

    Я был в ее жизни подобно подвешенному лезвию гильотины. Походило на то, как будто она была отмечена для смерти жестокой и несправедливой судьбой — кажется, мне было отведено место некоего инструмента, которым та же самая судьба старалась казнить Беллу.

    Я был в ее жизни подобно подвешенному лезвию гильотины. Походило на то, как будто она была отмечена для смерти жестокой и несправедливой судьбой — кажется, мне было отведено место некоего инструмента, которым та же самая судьба старалась казнить Беллу.

    — Эдвард Каллен · книга
17. «

    Люди были до раздражения хрупкими!

    Люди были до раздражения хрупкими!

    — Эдвард Каллен · книга
18. «

    — Тебя не волнует, что я монстр? Что я не человек? — Нет. Я всерьез задумался, все ли у нее в порядке с головой. Я раздумывал, что мог бы обеспечить ее наилучшим медицинским уходом… Карлайл бы подключил свои связи, чтобы найти для нее самых умелых докторов, самых талантливых терапевтов. Наверняка есть еще возможность исправить в ее голове то, что в ней было не так, что позволяло ей сидеть рядом с вампиром, а ее сердце при этом билось спокойно и ровно. Конечно же, я бы присматривал за обслуживанием и посещал бы ее так часто, как было бы позволено…

    — Тебя не волнует, что я монстр? Что я не человек? — Нет. Я всерьез задумался, все ли у нее в порядке с головой. Я раздумывал, что мог бы обеспечить ее наилучшим медицинским уходом… Карлайл бы подключил свои связи, чтобы найти для нее самых умелых докторов, самых талантливых терапевтов. Наверняка есть еще возможность исправить в ее голове то, что в ней было не так, что позволяло ей сидеть рядом с вампиром, а ее сердце при этом билось спокойно и ровно. Конечно же, я бы присматривал за обслуживанием и посещал бы ее так часто, как было бы позволено…

    — Эдвард Каллен · книга
19. «

    Друзья… Мне не нравилось, как это звучало. Этого было недостаточно.

    Друзья… Мне не нравилось, как это звучало. Этого было недостаточно.

    — Эдвард Каллен · книга
20. «

    Белла тоже переживала за меня. Я знал, что в сравнении с моей любовью к ней, это было ничем. Но этого было достаточно для того, чтобы она сидела рядом со мной, рискуя своей жизнью. Желаю это с такой радостью.

    Белла тоже переживала за меня. Я знал, что в сравнении с моей любовью к ней, это было ничем. Но этого было достаточно для того, чтобы она сидела рядом со мной, рискуя своей жизнью. Желаю это с такой радостью.

    — Эдвард Каллен · книга