69 цитат из книги «Стефани Майер. Солнце полуночи» — читаем и делимся

Собрали 69 цитат из книги «Стефани Майер. Солнце полуночи» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Нет, я не мог позволить себе увлечься ею. Чем больше я ею интересовался, тем больше казалось, что я убью её.

   Нет, я не мог позволить себе увлечься ею. Чем больше я ею интересовался, тем больше казалось, что я убью её.

   — Эдвард Каллен · книга
2. «

   И, кстати, я обожаю тебя... своей устрашающей, опасной любовью!

   И, кстати, я обожаю тебя... своей устрашающей, опасной любовью!

   — Эдвард Каллен · книга
3. «

   И, кстати, я обожаю тебя… своей устрашающей, опасной любовью.

   И, кстати, я обожаю тебя… своей устрашающей, опасной любовью.

   — Эдвард Каллен · книга
4. «

   Я не люблю лгать, поэтому должна быть хорошая причина, чтобы я делала это.

   Я не люблю лгать, поэтому должна быть хорошая причина, чтобы я делала это.

   — Белла Свон · книга
5. «

   Я гостеприимно раскрыл свои объятья, и, казалось, Белле тоже понравилось моё предложение, но я недооценил женское коварство. — Дай мне минутку, — потребовала Белла. — Конечно...

   Я гостеприимно раскрыл свои объятья, и, казалось, Белле тоже понравилось моё предложение, но я недооценил женское коварство. — Дай мне минутку, — потребовала Белла. — Конечно...

   — Эдвард Каллен · книга
6. «

   Многие люди испытывают противоречивые чувства. Несмотря на то, что они не хотят выделяться из толпы, они в то же время жаждут для себя всеобщего внимания.

   Многие люди испытывают противоречивые чувства. Несмотря на то, что они не хотят выделяться из толпы, они в то же время жаждут для себя всеобщего внимания.

   — Белла Свон · книга
7. «

   Вечность — долгий период времени, за который ты успеваешь во всем раскаяться.

   Вечность — долгий период времени, за который ты успеваешь во всем раскаяться.
8. «

   Моя жизнь была нескончаемой, неизменной полуночью. По необходимости в моей жизни всегда была полночь. Так как же так вышло, что солнце сейчас восходило, посреди моей полуночи?

   Моя жизнь была нескончаемой, неизменной полуночью. По необходимости в моей жизни всегда была полночь. Так как же так вышло, что солнце сейчас восходило, посреди моей полуночи?

   — Эдвард Каллен · книга
9. «

   Твоя судьба была предрешена тогда, когда мы впервые повстречались.

   Твоя судьба была предрешена тогда, когда мы впервые повстречались.

   — Эдвард Каллен · книга
10. «

    Я был в ее жизни подобно подвешенному лезвию гильотины. Походило на то, как будто она была отмечена для смерти жестокой и несправедливой судьбой — кажется, мне было отведено место некоего инструмента, которым та же самая судьба старалась казнить Беллу.

    Я был в ее жизни подобно подвешенному лезвию гильотины. Походило на то, как будто она была отмечена для смерти жестокой и несправедливой судьбой — кажется, мне было отведено место некоего инструмента, которым та же самая судьба старалась казнить Беллу.

    — Эдвард Каллен · книга
11. «

    Я никогда не чувствовал себя настолько человечным за всю свою жизнь, даже когда был человеком, насколько я могу припомнить.

    Я никогда не чувствовал себя настолько человечным за всю свою жизнь, даже когда был человеком, насколько я могу припомнить.

    — Эдвард Каллен · книга
12. «

    Я мягко улыбнулся, в то время как размышлял, что так или иначе, она упала в океан. Мне было интересно узнать, приятно ли она провела время на прогулке. Мне было интересно, думала ли она обо мне вообще. Скучала ли она по мне хоть немного? Хотя бы на сотую часть так же, как я по ней?

    Я мягко улыбнулся, в то время как размышлял, что так или иначе, она упала в океан. Мне было интересно узнать, приятно ли она провела время на прогулке. Мне было интересно, думала ли она обо мне вообще. Скучала ли она по мне хоть немного? Хотя бы на сотую часть так же, как я по ней?

    — Эдвард Каллен · книга
13. «

    Я подумал, что я все равно уже в аду, и так что можно сделать путь приятнее.

    Я подумал, что я все равно уже в аду, и так что можно сделать путь приятнее.

    — Эдвард Каллен · книга
14. «

    Я мог манипулировать дюжиной хрустальных бокалов, не разбив ни одного из них; я мог трогать мыльный пузырь, не лопнув его. Я мог всё это, но только когда контролировал себя.

    Я мог манипулировать дюжиной хрустальных бокалов, не разбив ни одного из них; я мог трогать мыльный пузырь, не лопнув его. Я мог всё это, но только когда контролировал себя.

    — Эдвард Каллен · книга
15. «

    Чикаго. Город, подобно птице Феникс, восставший из пепла после Великого пожара в 1871. Город первого в мире небоскреба. Город возможностей. Город денег и крови. Город, где я родился и умер.

    Чикаго. Город, подобно птице Феникс, восставший из пепла после Великого пожара в 1871. Город первого в мире небоскреба. Город возможностей. Город денег и крови. Город, где я родился и умер.

    — Эдвард Каллен · книга
16. «

    Конечно, она не могла любить меня также, как я любил ее — такой неодолимой, всепоглощающей, сокрушительной любовью, которую ее хрупкое тело просто не выдержало бы. Но ее чувство тоже было достаточно сильным для того, чтобы ослабить инстинктивный страх. Достаточно сильным, чтобы она хотела быть рядом со мной. А для меня возможность быть рядом с ней была величайшим счастьем.

    Конечно, она не могла любить меня также, как я любил ее — такой неодолимой, всепоглощающей, сокрушительной любовью, которую ее хрупкое тело просто не выдержало бы. Но ее чувство тоже было достаточно сильным для того, чтобы ослабить инстинктивный страх. Достаточно сильным, чтобы она хотела быть рядом со мной. А для меня возможность быть рядом с ней была величайшим счастьем.

    — Эдвард Каллен · книга
17. «

    Меня взбесило то, что пришлось снова солгать ей, в то время как я больше всего хотел заслужить её доверие.

    Меня взбесило то, что пришлось снова солгать ей, в то время как я больше всего хотел заслужить её доверие.

    — Эдвард Каллен · книга
18. «

    Любовь не всегда приходит в удобной упаковке.

    Любовь не всегда приходит в удобной упаковке.

    — Эсми Каллен · книга
19. «

    Белла тоже переживала за меня. Я знал, что в сравнении с моей любовью к ней, это было ничем. Но этого было достаточно для того, чтобы она сидела рядом со мной, рискуя своей жизнью. Желаю это с такой радостью.

    Белла тоже переживала за меня. Я знал, что в сравнении с моей любовью к ней, это было ничем. Но этого было достаточно для того, чтобы она сидела рядом со мной, рискуя своей жизнью. Желаю это с такой радостью.

    — Эдвард Каллен · книга
20. «

    Небо надо мной было ясным, оно искрилось от звезд, некоторые из которых сверкали синим, другие желтым. Звезды выглядели величественно, образовывая водоворот образов в черном космосе — необыкновенное зрелище. Исключительная красота.

    Небо надо мной было ясным, оно искрилось от звезд, некоторые из которых сверкали синим, другие желтым. Звезды выглядели величественно, образовывая водоворот образов в черном космосе — необыкновенное зрелище. Исключительная красота.

    — Эдвард Каллен · книга