41 цитата из книги «Стивен Кинг. Тёмная Башня I: Стрелок» — большая подборка

Собрали 41 цитата из книги «Стивен Кинг. Тёмная Башня I: Стрелок» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Он мертв. Как и все здесь. Как и ты. Как все вы.

   Он мертв. Как и все здесь. Как и ты. Как все вы.

   — Человек в черном · книга
2. «

   Прощай, стрелок. Я свое дело сделал. Цепь по прежнему у тебя в руках. Смотри только, чтобы она не обмоталась вокруг твоей собственной шеи.

   Прощай, стрелок. Я свое дело сделал. Цепь по прежнему у тебя в руках. Смотри только, чтобы она не обмоталась вокруг твоей собственной шеи.
3. «

   Нетерпение заставляет человека глупости делать.

   Нетерпение заставляет человека глупости делать.
4. «

   Когда предателей называют героями (или героев предателями <...>), значит настали черные дни.

   Когда предателей называют героями (или героев предателями <...>), значит настали черные дни.
5. «

   Костёр догорел. Звёзды уже бледнели. Ветер так и не угомонился. У ветра тоже была своя история, которую он рассказывал в пустоту.

   Костёр догорел. Звёзды уже бледнели. Ветер так и не угомонился. У ветра тоже была своя история, которую он рассказывал в пустоту.
6. «

   Сон — это сон, у него своя логика и свои законы.

   Сон — это сон, у него своя логика и свои законы.
7. «

   Ты ищешь ответы, стрелок? Думаешь, их найти так же просто, как выпустить пулю?

   Ты ищешь ответы, стрелок? Думаешь, их найти так же просто, как выпустить пулю?

   — Уолтер о'Мрак · книга
8. «

   Допустим, ты вышел к самой границе Вселенной. И что там будет? Глухой высокий забор и знак «ТУПИК»? Нет. Может быть, там будет что-то твердое и закругленное, сродни тому, как яйцо видится изнутри еще невылупившемуся цыпленку. И если тебе вдруг удастся пробить скорлупу (или найти дверь), представь себе, какой мощный сияющий свет может хлынуть в эту твою дыру на краю мироздания. А вдруг ты выглянешь и обнаружишь, что вся наша Вселенная — это только частичка атома какой-нибудь тонкой травинки? И тогда, может быть, ты поймешь, что, сжигая в костре одну лишь хворостинку, ты превращаешь тем самым в пепел неисчислимое множество бесконечных миров. Что мироздание — это не одна бесконечность, а бесконечное множество бесконечностей.

   Допустим, ты вышел к самой границе Вселенной. И что там будет? Глухой высокий забор и знак «ТУПИК»? Нет. Может быть, там будет что-то твердое и закругленное, сродни тому, как яйцо видится изнутри еще невылупившемуся цыпленку. И если тебе вдруг удастся пробить скорлупу (или найти дверь), представь себе, какой мощный сияющий свет может хлынуть в эту твою дыру на краю мироздания. А вдруг ты выглянешь и обнаружишь, что вся наша Вселенная — это только частичка атома какой-нибудь тонкой травинки? И тогда, может быть, ты поймешь, что, сжигая в костре одну лишь хворостинку, ты превращаешь тем самым в пепел неисчислимое множество бесконечных миров. Что мироздание — это не одна бесконечность, а бесконечное множество бесконечностей.

   — Уолтер о'Мрак · книга
9. «

   Время ворует память...

   Время ворует память...

   — Ванни · книга
10. «

    — А ты веришь в загробную жизнь? — спросил стрелок, когда Браун выложил ему на тарелку три дымящихся кукурузных початка. Браун кивнул. — Сдается мне, это она и есть.

    — А ты веришь в загробную жизнь? — спросил стрелок, когда Браун выложил ему на тарелку три дымящихся кукурузных початка. Браун кивнул. — Сдается мне, это она и есть.

    — Роланд Дискейн (Стрелок) · книга
11. «

    Ветер стонал. Капризные его порывы то и дело хватали дурманящий дым и, кружась, обвевали стрелка. И иногда клубы дыма прикасались к нему. Они творили сны, подобно тому, как едва уловимое раздражение творит жемчужину в ракушке устрицы.

    Ветер стонал. Капризные его порывы то и дело хватали дурманящий дым и, кружась, обвевали стрелка. И иногда клубы дыма прикасались к нему. Они творили сны, подобно тому, как едва уловимое раздражение творит жемчужину в ракушке устрицы.
12. «

    Если ты изначально не будешь высокого мнения о себе, то как ты добьешься того, чего хочешь?

    Если ты изначально не будешь высокого мнения о себе, то как ты добьешься того, чего хочешь?
13. «

    Даже если и нет никакого предателя, люди его всё равно отыщут.

    Даже если и нет никакого предателя, люди его всё равно отыщут.
14. «

    Поля, леса, реки, утренний туман... Матушка, помню, всегда говорила, что это только красиво, но все-таки не прекрасно... что только три вещи на свете прекрасны по-настоящему: порядок, любовь и свет.

    Поля, леса, реки, утренний туман... Матушка, помню, всегда говорила, что это только красиво, но все-таки не прекрасно... что только три вещи на свете прекрасны по-настоящему: порядок, любовь и свет.

    — Роланд Дискейн (Стрелок) · книга
15. «

    Если действительно Бог печется обо всем и совершает божественное правосудие, станет ли Он выделять один комариный рой среди многих тысяч других? Различает ли глаз Его воробья, если воробушек этот меньше атома водорода, который одиноко блуждает в глубинах космоса? А если Он абсолютно все видит, тогда что же это должен быть за Бог?! Какова Его божественная природа? Где он обитает? Как вообще можно жить за пределами бесконечности?

    Если действительно Бог печется обо всем и совершает божественное правосудие, станет ли Он выделять один комариный рой среди многих тысяч других? Различает ли глаз Его воробья, если воробушек этот меньше атома водорода, который одиноко блуждает в глубинах космоса? А если Он абсолютно все видит, тогда что же это должен быть за Бог?! Какова Его божественная природа? Где он обитает? Как вообще можно жить за пределами бесконечности?
16. «

    Говорят, что нельзя подружиться с соколом, если только ты сам не сокол, одинокий временный обитатель земли, без друзей и без надобности в друзьях. Сокол не знает, что такое нравственность и добродетель...

    Говорят, что нельзя подружиться с соколом, если только ты сам не сокол, одинокий временный обитатель земли, без друзей и без надобности в друзьях. Сокол не знает, что такое нравственность и добродетель...
17. «

    Так оно и кончается, подумал он. Всякий раз вот так. И странствия с походами, и дороги, бесконечно уводящие вдаль — все обрывается на одном и том же месте: лобном. Кроме, может быть, дороги к Башне.

    Так оно и кончается, подумал он. Всякий раз вот так. И странствия с походами, и дороги, бесконечно уводящие вдаль — все обрывается на одном и том же месте: лобном. Кроме, может быть, дороги к Башне.

    — Стрелок · книга
18. «

    Цена любого предательства — это всегда чья-то жизнь.

    Цена любого предательства — это всегда чья-то жизнь.
19. «

    Он еще слишком мал для того, чтобы уметь ненавидеть себя, но начало уже положено: надо лишь время, чтобы это горькое семя принесло горький плод.

    Он еще слишком мал для того, чтобы уметь ненавидеть себя, но начало уже положено: надо лишь время, чтобы это горькое семя принесло горький плод.
20. «

    Вот странно: человек вырастает и забывает про детство с его ритуалами и ребяческими заклинаниями — многое теряется по дороге, но кое-что все-таки остается, накрепко застревает в мозгах, вцепляется в тебя мертвой хваткой, и ты несешь этот груз всю жизнь, и с каждым годом он все тяжелее и тяжелее.

    Вот странно: человек вырастает и забывает про детство с его ритуалами и ребяческими заклинаниями — многое теряется по дороге, но кое-что все-таки остается, накрепко застревает в мозгах, вцепляется в тебя мертвой хваткой, и ты несешь этот груз всю жизнь, и с каждым годом он все тяжелее и тяжелее.