33 цитаты из книги «Тахир Шах. Год в Касабланке», которые захочется сохранить

Ниже 33 цитаты из книги «Тахир Шах. Год в Касабланке»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Если кто-то просит милостыню, разве это значит, что ему должно доставаться все самого низкого качества?

   Если кто-то просит милостыню, разве это значит, что ему должно доставаться все самого низкого качества?
2. «

   Люди не ценят того, что имеют, до тех пор, пока они это не потеряют.

   Люди не ценят того, что имеют, до тех пор, пока они это не потеряют.

   — Зохра · книга
3. «

   Настоящий мужчина не станет волноваться о пожарах.

   Настоящий мужчина не станет волноваться о пожарах.
4. «

   На Западе вы можете плавно перемещаться изо дня в день, зная, что общество защитит вас и ваших детей. А если возникнут какие-нибудь проблемы, то кто-нибудь подхватит вас и стряхнет с вас пыль. Проведя на африканской земле всего пять минут, я понял, что защита моей семьи — это только мое дело. Никто больше не присмотрит за ней.

   На Западе вы можете плавно перемещаться изо дня в день, зная, что общество защитит вас и ваших детей. А если возникнут какие-нибудь проблемы, то кто-нибудь подхватит вас и стряхнет с вас пыль. Проведя на африканской земле всего пять минут, я понял, что защита моей семьи — это только мое дело. Никто больше не присмотрит за ней.

   — Тахир Шах · книга
5. «

   Когда мы переезжали в Марокко, я не был излишне суеверным, но со временем стал задумываться, уж не сглазил ли кто нас. Это было самым легким объяснением, почему удача вдруг отвернулась от нас. Нельзя жить в Северной Африке и не попасть под влияние закоренелых суеверий. Они тут повсюду. Чем больше обращаешь на них внимание, тем глубже они просачиваются в ваши кости. Я привык к тому, что мне не везёт, но обычно между чёрными полосами обязательно был перерыв. В Касабланке меня посетило чудовищное, трёхмерное невезение.

   Когда мы переезжали в Марокко, я не был излишне суеверным, но со временем стал задумываться, уж не сглазил ли кто нас. Это было самым легким объяснением, почему удача вдруг отвернулась от нас. Нельзя жить в Северной Африке и не попасть под влияние закоренелых суеверий. Они тут повсюду. Чем больше обращаешь на них внимание, тем глубже они просачиваются в ваши кости. Я привык к тому, что мне не везёт, но обычно между чёрными полосами обязательно был перерыв. В Касабланке меня посетило чудовищное, трёхмерное невезение.

   — Тахир Шах · книга
6. «

   Мой друг Франсуа не раз предупреждал меня, чтобы я не проявлял слишком большую заботу о сторожах. Он рассказывал бесконечные истории, в которых наивный иностранец давал убежище несчастной марокканской семье. Мораль всех историй звучала одинаково: этот человек сделал величайшую ошибку в своей жизни.

   Мой друг Франсуа не раз предупреждал меня, чтобы я не проявлял слишком большую заботу о сторожах. Он рассказывал бесконечные истории, в которых наивный иностранец давал убежище несчастной марокканской семье. Мораль всех историй звучала одинаково: этот человек сделал величайшую ошибку в своей жизни.

   — Тахир Шах · книга
7. «

   Самым приятным моментом любого путешествия, <...> является тот, когда вы снова переступаете порог своего дома.

   Самым приятным моментом любого путешествия, <...> является тот, когда вы снова переступаете порог своего дома.
8. «

   Супружество — это последовательность хороших и плохих моментов, и ты стараешься изо всех сил, чтобы первые по возможности всё-таки преобладали.

   Супружество — это последовательность хороших и плохих моментов, и ты стараешься изо всех сил, чтобы первые по возможности всё-таки преобладали.

   — Тахир Шах · книга
9. «

   Воистину благие дела творятся негласно. Заговори о них, и весь смысл пропадет.

   Воистину благие дела творятся негласно. Заговори о них, и весь смысл пропадет.

   — Хуссейн Бенрахим · книга
10. «

    В глубине души я понимал, что все зависит от моей выносливости. Если я смогу просуществовать какое-то время за гранью здравого смысла, то, как мне виделось, была еще слабая надежда. Поэтому я решил, что остаюсь, чувствуя себя как одуревший от ударов боксер, которому для победы нужно просто сохранить вертикальное положение тела. «Главное выстоять, — размышлял я с надеждой. — Неприятности не могут длиться вечно, и тёмные дни сами собой канут в Лету».

    В глубине души я понимал, что все зависит от моей выносливости. Если я смогу просуществовать какое-то время за гранью здравого смысла, то, как мне виделось, была еще слабая надежда. Поэтому я решил, что остаюсь, чувствуя себя как одуревший от ударов боксер, которому для победы нужно просто сохранить вертикальное положение тела. «Главное выстоять, — размышлял я с надеждой. — Неприятности не могут длиться вечно, и тёмные дни сами собой канут в Лету».

    — Тахир Шах · книга
11. «

    Но в арабском мире нет занятия более почетного для мужчины, чем час за часом сидеть, глядя на улицу, цедя густой, как смола, café noir.

    Но в арабском мире нет занятия более почетного для мужчины, чем час за часом сидеть, глядя на улицу, цедя густой, как смола, café noir.
12. «

    Жизнь в Соединённых Штатах здорово изменила Камаля. И когда он вернулся в Марокко за несколько месяцев до второго конфликта в Персидском заливе, ему пришлось вновь возвращаться к старым привычкам. В Штатах он привык делать всё быстро и эффективно: быстро двигаться, оперативно договариваться, заниматься несколькими вопросами одновременно, а здесь, в Марокко, жизнь шла по инерции, как это было уже тысячи лет. Даже мне стало ясно, что здесь для того, чтобы сдвинуть что-то с места, нужно долго упираться в это, как бык рогами, иначе ничего сделано не будет. И даже если вы в течение дня настойчиво занимались чём-то и проблем вроде бы не наблюдалось, всё равно ни в коем случае не следовало терять бдительность. — Стоит только ослабить внимание, — постоянно любил повторять Камаль, — и ты мигом всего лишишься.

    Жизнь в Соединённых Штатах здорово изменила Камаля. И когда он вернулся в Марокко за несколько месяцев до второго конфликта в Персидском заливе, ему пришлось вновь возвращаться к старым привычкам. В Штатах он привык делать всё быстро и эффективно: быстро двигаться, оперативно договариваться, заниматься несколькими вопросами одновременно, а здесь, в Марокко, жизнь шла по инерции, как это было уже тысячи лет. Даже мне стало ясно, что здесь для того, чтобы сдвинуть что-то с места, нужно долго упираться в это, как бык рогами, иначе ничего сделано не будет. И даже если вы в течение дня настойчиво занимались чём-то и проблем вроде бы не наблюдалось, всё равно ни в коем случае не следовало терять бдительность. — Стоит только ослабить внимание, — постоянно любил повторять Камаль, — и ты мигом всего лишишься.

    — Камаль Бенабдулла · книга
13. «

    Когда ты влюблен, расстояние перестает иметь значение.

    Когда ты влюблен, расстояние перестает иметь значение.

    — Зохра · книга
14. «

    Если дерево подумает, что его могут срубить, — хитро пояснил садовник, — то ради своего спасения оно даст самые вкусные финики из всех, что вам приходилось пробовать.

    Если дерево подумает, что его могут срубить, — хитро пояснил садовник, — то ради своего спасения оно даст самые вкусные финики из всех, что вам приходилось пробовать.

    — садовник · книга
15. «

    Нет ничего приятнее, чем сделать душу ребенка счастливой.

    Нет ничего приятнее, чем сделать душу ребенка счастливой.
16. «

    Два тростника пьют воду из одного ручья. Но у первого стебель полый, а у второго — сахарный.

    Два тростника пьют воду из одного ручья. Но у первого стебель полый, а у второго — сахарный.
17. «

    От запаха гнилых сидений нас отвлекали только песок и пыль, да мальчишки, мучившие белок. Сначала мы заметили одного или двух, стоявших у края дороги. Едва завидев машину, мальчишки вскидывали вверх руки и крутили верёвками над головами, как лассо. На конце каждой верёвки был привязан испуганный меховой комочек. Я жал на тормоз, ругал озорников, покупал у них белок и отпускал их через несколько километров, как раз перед тем, как встретить ещё одну группу мальчишек с очередной партией несчастных зверьков. И чем больше я освобождал этих треклятых белок, тем больше их мучили в ожидании глупого иностранца, который должен был их спасти.

    От запаха гнилых сидений нас отвлекали только песок и пыль, да мальчишки, мучившие белок. Сначала мы заметили одного или двух, стоявших у края дороги. Едва завидев машину, мальчишки вскидывали вверх руки и крутили верёвками над головами, как лассо. На конце каждой верёвки был привязан испуганный меховой комочек. Я жал на тормоз, ругал озорников, покупал у них белок и отпускал их через несколько километров, как раз перед тем, как встретить ещё одну группу мальчишек с очередной партией несчастных зверьков. И чем больше я освобождал этих треклятых белок, тем больше их мучили в ожидании глупого иностранца, который должен был их спасти.

    — Тахир Шах · книга
18. «

    Эта женщина словно бирманская кошка, — писал он, — накормив, приютив и приласкав её, ты думаешь, что она будет помнить своего хозяина. На самом деле — всё наоборот. Глубину её вероломства трудно предсказать. Афифа забрала бы у меня всё, что я имею, если бы смогла уйти с этим.

    Эта женщина словно бирманская кошка, — писал он, — накормив, приютив и приласкав её, ты думаешь, что она будет помнить своего хозяина. На самом деле — всё наоборот. Глубину её вероломства трудно предсказать. Афифа забрала бы у меня всё, что я имею, если бы смогла уйти с этим.

    — Сирдар Икбал Али Шах · книга
19. «

    В Марокко <...> слово разносится подобно огню в глубинах ада.

    В Марокко <...> слово разносится подобно огню в глубинах ада.

    — Осман · книга
20. «

    Лучше оставить прошлое, как оно есть. Я поняла, что, когда прошлое соприкасается с настоящим, оно исчезает, как забытый сон.

    Лучше оставить прошлое, как оно есть. Я поняла, что, когда прошлое соприкасается с настоящим, оно исчезает, как забытый сон.

    — Графиня де Лонвик · книга