Топ-29 цитат из книги «Терри Пратчетт. Мор, ученик Смерти»

29 цитат из книги «Терри Пратчетт. Мор, ученик Смерти» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Должно же существовать специальное слово для микроскопической искорки надежды, которую вы опасаетесь лелеять, боясь спугнуть одним признанием факта ее существования. Это все равно что смотреть на фотон. Можно лишь бочком-бочком подобраться к ней, смотря мимо нее, проходя мимо нее, и дождаться, пока она станет достаточно большой, чтобы смело взглянуть в лицо этому миру.

   Должно же существовать специальное слово для микроскопической искорки надежды, которую вы опасаетесь лелеять, боясь спугнуть одним признанием факта ее существования. Это все равно что смотреть на фотон. Можно лишь бочком-бочком подобраться к ней, смотря мимо нее, проходя мимо нее, и дождаться, пока она станет достаточно большой, чтобы смело взглянуть в лицо этому миру.
2. «

   — Вот они — смертные, — продолжал Смерть. — Всё, что у них есть — совсем не много лет в этом мире. И они проводят драгоценные годы жизни за усложнением всего, к чему прикасаются.

   — Вот они — смертные, — продолжал Смерть. — Всё, что у них есть — совсем не много лет в этом мире. И они проводят драгоценные годы жизни за усложнением всего, к чему прикасаются.
3. «

   – СЛЫХАЛ ЧТО-НИБУДЬ О ЗАЛИВЕ МЭЙНТ? – Нет, сэр. – МЕСТО ЗНАМЕНИТОГО КОРАБЛЕКРУШЕНИЯ. – Там корабль затонул? – ЗАТОНЕТ, ЕСЛИ, КОНЕЧНО, Я ОТЫЩУ ЭТО ТРЕКЛЯТОЕ МЕСТО.

   – СЛЫХАЛ ЧТО-НИБУДЬ О ЗАЛИВЕ МЭЙНТ? – Нет, сэр. – МЕСТО ЗНАМЕНИТОГО КОРАБЛЕКРУШЕНИЯ. – Там корабль затонул? – ЗАТОНЕТ, ЕСЛИ, КОНЕЧНО, Я ОТЫЩУ ЭТО ТРЕКЛЯТОЕ МЕСТО.

   — Смерть · книга
4. «

   Погруженный в алкогольную ванну мозг упорно выбулькивал сигналы тревоги.

   Погруженный в алкогольную ванну мозг упорно выбулькивал сигналы тревоги.
5. «

   Воистину, путь озарения подобен полумиле битого стекла.

   Воистину, путь озарения подобен полумиле битого стекла.
6. «

   Он не кто-то, кем становятся. Он тот, кем являются.

   Он не кто-то, кем становятся. Он тот, кем являются.

   — Изабель · книга
7. «

   — А как выглядят души людей? — Они имеют форму людей.

   — А как выглядят души людей? — Они имеют форму людей.

   — Смерть · книга
8. «

   Вечно на грани падения, но мужества, чтобы действительно упасть, не хватает.

   Вечно на грани падения, но мужества, чтобы действительно упасть, не хватает.
9. «

   По скорости реакции она могла бы обставить разозленную гремучую змею и повергнуть в пренеприятнейший шок молнию.

   По скорости реакции она могла бы обставить разозленную гремучую змею и повергнуть в пренеприятнейший шок молнию.
10. «

    В этой озаренной ярким пламенем свечей комнате хранятся жизнеизмерители. Стеллаж за стеллажом тянутся приземистые песочные часы – по одному стеклянному сосуду на каждого живого человека. Они работают беспрерывно, не требуя завода, все льют и льют свой мелкий песок из будущего в прошлое. Каждая падающая песчинка добавляет неприметный шелковый звук в общий свист, отчего кажется, что помещение полнится звуком морского прилива. А вот и обладатель этой чудной комнаты, он медленно и величаво шествует вдоль стеллажей. Вид у него озабоченный. Его зовут Смерть.

    В этой озаренной ярким пламенем свечей комнате хранятся жизнеизмерители. Стеллаж за стеллажом тянутся приземистые песочные часы – по одному стеклянному сосуду на каждого живого человека. Они работают беспрерывно, не требуя завода, все льют и льют свой мелкий песок из будущего в прошлое. Каждая падающая песчинка добавляет неприметный шелковый звук в общий свист, отчего кажется, что помещение полнится звуком морского прилива. А вот и обладатель этой чудной комнаты, он медленно и величаво шествует вдоль стеллажей. Вид у него озабоченный. Его зовут Смерть.
11. «

    – КАК НАЗЫВАЕТСЯ ТО ОЩУЩЕНИЕ, КОГДА ТЕБЯ ОХВАТЫВАЕТ СМУТНОЕ СОЖАЛЕНИЕ О ТОМ, ЧТО ВСЕ СКЛАДЫВАЕТСЯ ТАК, КАК СКЛАДЫВАЕТСЯ? – Печаль, хозяин. Наверное. Так вот… – Я ЕСТЬ ПЕЧАЛЬ.

    – КАК НАЗЫВАЕТСЯ ТО ОЩУЩЕНИЕ, КОГДА ТЕБЯ ОХВАТЫВАЕТ СМУТНОЕ СОЖАЛЕНИЕ О ТОМ, ЧТО ВСЕ СКЛАДЫВАЕТСЯ ТАК, КАК СКЛАДЫВАЕТСЯ? – Печаль, хозяин. Наверное. Так вот… – Я ЕСТЬ ПЕЧАЛЬ.

    — Альберт · книга
12. «

    — Но ты — Смерть! — воскликнул Мор. — Ты занимаешься тем, что ходишь и убиваешь людей! — Я? Убиваю? — отозвался Смерть, явно оскорбленный до глубины души. — Да как тебе такое могло взбрести в голову? Людей убивают, но это их личное дело, здесь я ни при чём. Я вступаю в игру после того, как это событие свершится. Моя обязанность — заниматься человеком с момента убийства и дальше. В конце концов, ты не находишь, что мир, в котором людей убивают и после этого не умирают, заслуживает название чертовски глупого мира?

    — Но ты — Смерть! — воскликнул Мор. — Ты занимаешься тем, что ходишь и убиваешь людей! — Я? Убиваю? — отозвался Смерть, явно оскорбленный до глубины души. — Да как тебе такое могло взбрести в голову? Людей убивают, но это их личное дело, здесь я ни при чём. Я вступаю в игру после того, как это событие свершится. Моя обязанность — заниматься человеком с момента убийства и дальше. В конце концов, ты не находишь, что мир, в котором людей убивают и после этого не умирают, заслуживает название чертовски глупого мира?
13. «

    Целуя она таяла, пока не исчезла совсем, оставив только поцелуй. Совсем как улыбка Чеширского кота, только гораздо более эротично.

    Целуя она таяла, пока не исчезла совсем, оставив только поцелуй. Совсем как улыбка Чеширского кота, только гораздо более эротично.
14. «

    Сейчас он слышал разговорный клатчский – со всеми затейливыми поворотами и тончайшими дифтонгами изысканного древнего языка. Пока остальной мир только свыкался с незатейливой по своей свежести идеей сваливания недруга ударом камня по голове, в этом языке уже существовали пятнадцать слов для обозначения насильственного убийства.

    Сейчас он слышал разговорный клатчский – со всеми затейливыми поворотами и тончайшими дифтонгами изысканного древнего языка. Пока остальной мир только свыкался с незатейливой по своей свежести идеей сваливания недруга ударом камня по голове, в этом языке уже существовали пятнадцать слов для обозначения насильственного убийства.
15. «

    Мор уже знал, что от любви человека бросает то в жар, то в холод, что любовь делает человека жестоким и слабым. Но что она делает тебя ещё и глупым — это ему было в новинку.

    Мор уже знал, что от любви человека бросает то в жар, то в холод, что любовь делает человека жестоким и слабым. Но что она делает тебя ещё и глупым — это ему было в новинку.
16. «

    — В котором часу здесь бывает заход солнца? — Обычно нам удаётся воткнуть его между днём и ночью.

    — В котором часу здесь бывает заход солнца? — Обычно нам удаётся воткнуть его между днём и ночью.

    — Мор · книга
17. «

    — Знаешь, он ведь не дурак, — нарушил молчание Хамеш. — Ну, то есть, дураком его не назовешь. — Мозги у него на месте, — подтвердил Лезек. — Правда, иногда он начинает думать так усердно, что приходится колотить его по голове.

    — Знаешь, он ведь не дурак, — нарушил молчание Хамеш. — Ну, то есть, дураком его не назовешь. — Мозги у него на месте, — подтвердил Лезек. — Правда, иногда он начинает думать так усердно, что приходится колотить его по голове.

    — Хамеш · книга
18. «

    История имеет привычку менять людей, которые воображают, что это они меняют её.

    История имеет привычку менять людей, которые воображают, что это они меняют её.
19. «

    Но люди фейерверки любят. Всегда говорил и говорю сейчас: ничто так не способствует поддержанию верноподданических чувств, как хороший взрыв. Особенно, если он раскачает какой-нибудь балкон.

    Но люди фейерверки любят. Всегда говорил и говорю сейчас: ничто так не способствует поддержанию верноподданических чувств, как хороший взрыв. Особенно, если он раскачает какой-нибудь балкон.
20. «

    Печально, но факт: корабли, которые на расстоянии выглядели так, как будто отправляются за край мира, исчезали вовсе не за горизонтом — они и в самом деле падали с Края света.

    Печально, но факт: корабли, которые на расстоянии выглядели так, как будто отправляются за край мира, исчезали вовсе не за горизонтом — они и в самом деле падали с Края света.