«Терри Пратчетт. Последний континент» в 49 цитат

Собрали 49 цитат из книги «Терри Пратчетт. Последний континент» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Если ты наступаешь на какого-то муравья, значит, ты на него уже наступил, так что, если ты снова на него наступишь, это будет как бы в первый раз, ведь ты наступаешь на него сейчас, потому что когда-то уже наступил. И это когда-то и есть сейчас.

   Если ты наступаешь на какого-то муравья, значит, ты на него уже наступил, так что, если ты снова на него наступишь, это будет как бы в первый раз, ведь ты наступаешь на него сейчас, потому что когда-то уже наступил. И это когда-то и есть сейчас.
2. «

   Перед тем как человек умрёт, вся жизнь действительно проходит у него перед глазами. Собственно, этот процесс и называется жизнью.

   Перед тем как человек умрёт, вся жизнь действительно проходит у него перед глазами. Собственно, этот процесс и называется жизнью.
3. «

   Вишь ли, друг, на самом деле это место так и не было досоздано. Его не повертели, не покрутили... не подогнали...

   Вишь ли, друг, на самом деле это место так и не было досоздано. Его не повертели, не покрутили... не подогнали...
4. «

   Доживи до моих лет, юноша, и ты поймешь: когда находишь нечто, благодаря чему открываются поразительные возможности с перспективой революционно изменить к лучшему жизнь рода человеческого, — в таких случаях лучше всего закрыть крышку и притвориться, будто ты ничегошеньки не видел.

   Доживи до моих лет, юноша, и ты поймешь: когда находишь нечто, благодаря чему открываются поразительные возможности с перспективой революционно изменить к лучшему жизнь рода человеческого, — в таких случаях лучше всего закрыть крышку и притвориться, будто ты ничегошеньки не видел.

   — Главный философ · книга
5. «

   Быть может, разум и есть то главное, что мешает нам поддерживать себя в форме?

   Быть может, разум и есть то главное, что мешает нам поддерживать себя в форме?

   — Думминг Тупс · книга
6. «

   Способность задаваться вопросами типа «Где я, и что это за «я», который задаёт мне данный вопрос?» — одна из особенностей, отличающих человека от, скажем, каракатицы.

   Способность задаваться вопросами типа «Где я, и что это за «я», который задаёт мне данный вопрос?» — одна из особенностей, отличающих человека от, скажем, каракатицы.
7. «

   Воскликни какой-нибудь бог: «Да будет свет!» — именно волшебники первым делом поинтересуются: «А зачем? Лично нам и в темноте неплохо живется».

   Воскликни какой-нибудь бог: «Да будет свет!» — именно волшебники первым делом поинтересуются: «А зачем? Лично нам и в темноте неплохо живется».
8. «

   Нечто опробованное очень быстро начинает казаться невозможным, однако становится таковым лишь по прошествии некоторого времени. Это время уходит на то, чтобы примчались вечно занятые причинно-следственные законы и изобразили все так, будто невозможное было невозможным с самого начала.

   Нечто опробованное очень быстро начинает казаться невозможным, однако становится таковым лишь по прошествии некоторого времени. Это время уходит на то, чтобы примчались вечно занятые причинно-следственные законы и изобразили все так, будто невозможное было невозможным с самого начала.
9. «

   Ринсвинду срочно нужна была карта. Не географическая (хотя и она бы не помешала), а карта, по которой можно было бы определить нынешнее местоположение его «крыши».

   Ринсвинду срочно нужна была карта. Не географическая (хотя и она бы не помешала), а карта, по которой можно было бы определить нынешнее местоположение его «крыши».
10. «

    — Зачем нам их оружие? — Скинем за добрую цену. — А с телами что будем делать? — А ничо. За них и гроша ломаного не дадут.

    — Зачем нам их оружие? — Скинем за добрую цену. — А с телами что будем делать? — А ничо. За них и гроша ломаного не дадут.

    — Ринсвинд · книга
11. «

    Тебе нужны определения? Хочешь, называй это чертовским многомерным шарниром локализованного фазового пространства. Или просто песней.

    Тебе нужны определения? Хочешь, называй это чертовским многомерным шарниром локализованного фазового пространства. Или просто песней.
12. «

    Между создателем и богом большая разница. Работа создателей не из легких, ведь они создают места. А богов создают люди. И это многое объясняет.

    Между создателем и богом большая разница. Работа создателей не из легких, ведь они создают места. А богов создают люди. И это многое объясняет.
13. «

    — Парус один, — покачал головой казначей. — А спереди большая голая женщина. Витающий над собеседниками бог неслышно выругался. Эту деталь он даже не планировал. Порой хочется просто бросить всё и заплакать.

    — Парус один, — покачал головой казначей. — А спереди большая голая женщина. Витающий над собеседниками бог неслышно выругался. Эту деталь он даже не планировал. Порой хочется просто бросить всё и заплакать.
14. «

    Это очень нелегко — создать молнию. Гораздо проще выждать, когда она сама ударит в какого-нибудь бедолагу, а потом грозно так, громоподобным голосом сказать из облаков: мол, сам виноват, ибо как грешник. Наверняка он хоть раз в жизни да провинился...

    Это очень нелегко — создать молнию. Гораздо проще выждать, когда она сама ударит в какого-нибудь бедолагу, а потом грозно так, громоподобным голосом сказать из облаков: мол, сам виноват, ибо как грешник. Наверняка он хоть раз в жизни да провинился...
15. «

    При достаточно настойчивом поиске в дальних уголках Университета можно было найти специалиста по чему угодно. В том числе специалиста по нахождению специалистов.

    При достаточно настойчивом поиске в дальних уголках Университета можно было найти специалиста по чему угодно. В том числе специалиста по нахождению специалистов.
16. «

    С другой стороны казначей за долгие годы привык к присутствию людей, которых кроме него никто не видел и не слышал. Не один час он провёл за приятной беседой с той или иной исторической личностью. Кстати, стены тоже были очень интересными собеседниками.

    С другой стороны казначей за долгие годы привык к присутствию людей, которых кроме него никто не видел и не слышал. Не один час он провёл за приятной беседой с той или иной исторической личностью. Кстати, стены тоже были очень интересными собеседниками.
17. «

    Суть, господин Думминг, в том, что ты вообразил, будто всякий закинутый в прошлое человек сразу становится жертвой родственноубийственных настроений. Так вот, если лично я встречу своего деда, то приглашу его выпить, а потом предостерегу, что змея, как бы ты на нее ни орал, всё равно укусит, за каковую информацию он, весьма вероятно, будет мне очень благодарен. Впоследствии.

    Суть, господин Думминг, в том, что ты вообразил, будто всякий закинутый в прошлое человек сразу становится жертвой родственноубийственных настроений. Так вот, если лично я встречу своего деда, то приглашу его выпить, а потом предостерегу, что змея, как бы ты на нее ни орал, всё равно укусит, за каковую информацию он, весьма вероятно, будет мне очень благодарен. Впоследствии.

    — Наверн Чудакулли · книга
18. «

    Любой истинный волшебник при виде двери с надписью «Не открывайте эту дверь. Ни в коем случае. Мы серьёзно предупреждаем. Кроме шуток. Открытие этой двери равносильно концу света» — автоматически дёрнет её за ручку, чтобы проверить, из-за чего весь сыр-бор.

    Любой истинный волшебник при виде двери с надписью «Не открывайте эту дверь. Ни в коем случае. Мы серьёзно предупреждаем. Кроме шуток. Открытие этой двери равносильно концу света» — автоматически дёрнет её за ручку, чтобы проверить, из-за чего весь сыр-бор.
19. «

    Когда создавался этот континент, времени и пространства оставалось совсем немного. Вот и пришлось их перемешать, чтобы всё работало. Тут время происходит с пространством, а пространство присходит со временем...

    Когда создавался этот континент, времени и пространства оставалось совсем немного. Вот и пришлось их перемешать, чтобы всё работало. Тут время происходит с пространством, а пространство присходит со временем...
20. «

    Не уверен, что одобряю данное поведение, — надменно произнес Чудакулли. – Боги и смертные женщины. Знаем мы эти истории. Наслышаны.

    Не уверен, что одобряю данное поведение, — надменно произнес Чудакулли. – Боги и смертные женщины. Знаем мы эти истории. Наслышаны.

    — Наверн Чудакулли · книга