45 цитат из книги «Тысяча и одна ночь» для статуса

Собрали 45 цитат из книги «Тысяча и одна ночь» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Два дирхема покажи людям корыстолюбивым — И немедля среди них прослывешь красноречивым; Слово каждое твое ближними цениться будет; Видел я, как богатей ходит шагом горделивым. А когда деньжонок нет, нечем нищему гордиться; Очень скоро прослывешь ты бродягой нерадивым. В каждом слове богача люди высший смысл находят; Даже если лжет богач, он считается правдивым. А соседу-бедняку никогда не верят люди; Правду говорит бедняк и слывет при этом лживым. Я не ведаю страны, где бы деньги не царили; Кто при деньгах, тот велик, тот считается красивым. Безотказным языком и оружием надежным Деньги служат богачам, величавым и спесивым.

   Два дирхема покажи людям корыстолюбивым — И немедля среди них прослывешь красноречивым; Слово каждое твое ближними цениться будет; Видел я, как богатей ходит шагом горделивым. А когда деньжонок нет, нечем нищему гордиться; Очень скоро прослывешь ты бродягой нерадивым. В каждом слове богача люди высший смысл находят; Даже если лжет богач, он считается правдивым. А соседу-бедняку никогда не верят люди; Правду говорит бедняк и слывет при этом лживым. Я не ведаю страны, где бы деньги не царили; Кто при деньгах, тот велик, тот считается красивым. Безотказным языком и оружием надежным Деньги служат богачам, величавым и спесивым.
2. «

   Ведь говорится же: ничье тело не свободно от зависти, и сказано: несправедливость таится в сердце; сила ее проявляет, а слабость скрывает.

   Ведь говорится же: ничье тело не свободно от зависти, и сказано: несправедливость таится в сердце; сила ее проявляет, а слабость скрывает.
3. «

   И шея у львов крепка потому лишь стала, Что сами они все нужное им совершают.

   И шея у львов крепка потому лишь стала, Что сами они все нужное им совершают.
4. «

   Разве ты не знаешь, что все сладкое, что едят для лечения, кажется вкушающему горьким, а в этом вине — многие полезные свойства, и в числе их то, что оно переваривает пищу, прогоняет огорчение и заботу, прекращает ветры, просветляет кровь, очищает цвет лица и оживляет тело. Оно делает труса храбрым и усиливает решимость человека к совокуплению, и если бы мы упомянули все его полезные свойства, изложение, право бы, затянулось.

   Разве ты не знаешь, что все сладкое, что едят для лечения, кажется вкушающему горьким, а в этом вине — многие полезные свойства, и в числе их то, что оно переваривает пищу, прогоняет огорчение и заботу, прекращает ветры, просветляет кровь, очищает цвет лица и оживляет тело. Оно делает труса храбрым и усиливает решимость человека к совокуплению, и если бы мы упомянули все его полезные свойства, изложение, право бы, затянулось.
5. «

   Когда бы можно было все, что приобрел я и скопил, Всю жизнь мою и целый мир, который без нее не мил, Сад райский присовокупив, где наслажденью нет конца, За час в объятиях отдать, я это счастье бы купил.

   Когда бы можно было все, что приобрел я и скопил, Всю жизнь мою и целый мир, который без нее не мил, Сад райский присовокупив, где наслажденью нет конца, За час в объятиях отдать, я это счастье бы купил.
6. «

   По делам узнаем человека средь прочих людей - Чем свободней душа, тем она и в поступках добрей. Не корите других, чтоб другие и вас не корили, Тот, кто ближних позорит, того опозорят сильней. Коль шутливые речи ведешь или молвишь во гневе, Грубых слов избегай, а тем паче браниться не смей.

   По делам узнаем человека средь прочих людей - Чем свободней душа, тем она и в поступках добрей. Не корите других, чтоб другие и вас не корили, Тот, кто ближних позорит, того опозорят сильней. Коль шутливые речи ведешь или молвишь во гневе, Грубых слов избегай, а тем паче браниться не смей.
7. «

   Я сохну по ней весь век, томлюсь и тоскую И все-таки полюбить не в силах другую. Она в небесах луна; прославлен всевышний, Создавший ради меня мою дорогую. Когда любовь моя — грех, не чаю спасенья; Лишь бога благодарю за кару такую. Я болен из-за нее, не знаю покоя И только любви весь век всем сердцем взыскую. Я слышал стих от нее и крепко запомнил Слова, чтобы повторять, пока существую: «На этой земле понять влюбленного может Лишь тот, кто изведал сам любовь роковую».

   Я сохну по ней весь век, томлюсь и тоскую И все-таки полюбить не в силах другую. Она в небесах луна; прославлен всевышний, Создавший ради меня мою дорогую. Когда любовь моя — грех, не чаю спасенья; Лишь бога благодарю за кару такую. Я болен из-за нее, не знаю покоя И только любви весь век всем сердцем взыскую. Я слышал стих от нее и крепко запомнил Слова, чтобы повторять, пока существую: «На этой земле понять влюбленного может Лишь тот, кто изведал сам любовь роковую».
8. «

   Нет пути к вере и благам мира легче и ближе, чем путь знания.

   Нет пути к вере и благам мира легче и ближе, чем путь знания.
9. «

   Спасайся скорее, пока ты с бедой не знаком, И пусть о хозяине плачет отеческий дом! В другой стороне мы другое построим жилище, А душу другую, увы, никогда не найдем.

   Спасайся скорее, пока ты с бедой не знаком, И пусть о хозяине плачет отеческий дом! В другой стороне мы другое построим жилище, А душу другую, увы, никогда не найдем.

   — Алам ад-Дин · книга
10. «

    Налетела бурей радость, разум счастью не указ; От немыслимого счастья слезы хлынули из глаз. Вы, глаза, привыкли плакать, вам бы только слезы лить, Как в печальнейшую пору, так и в радостнейший час.

    Налетела бурей радость, разум счастью не указ; От немыслимого счастья слезы хлынули из глаз. Вы, глаза, привыкли плакать, вам бы только слезы лить, Как в печальнейшую пору, так и в радостнейший час.
11. «

    Отныне ты будешь знать, какова ценность дирхема, и станешь беречь его: бедность чернит лицо бедняка в глазах людей, и родные отрекаются от родства с ним, ибо он беден, и все им тяготятся; никто не терпит близости с ним, и людям противно его видеть. Такова-то участь бедняка, дитя мое!

    Отныне ты будешь знать, какова ценность дирхема, и станешь беречь его: бедность чернит лицо бедняка в глазах людей, и родные отрекаются от родства с ним, ибо он беден, и все им тяготятся; никто не терпит близости с ним, и людям противно его видеть. Такова-то участь бедняка, дитя мое!
12. «

    Когда угрожает рок, расправь перед ним ты грудь И помни: к счастью ведет пустынный тернистый путь.

    Когда угрожает рок, расправь перед ним ты грудь И помни: к счастью ведет пустынный тернистый путь.
13. «

    Блюди чистоту своей седины; Соринки на белом лучше видны.

    Блюди чистоту своей седины; Соринки на белом лучше видны.
14. «

    Покинь свою страну, чтобы успех найти, Пять несомненных благ ты обретешь в пути: Заботы и доход, рассеянье и знанье, И собеседника, с кем время провести. Пусть говорят тебе, что ждут в пути невзгоды, Что трудно боль разлук и грусть перенести: Не забывай, что жизнь средь зависти и злобы Куда страшней, чем смерть, от коей не уйти.

    Покинь свою страну, чтобы успех найти, Пять несомненных благ ты обретешь в пути: Заботы и доход, рассеянье и знанье, И собеседника, с кем время провести. Пусть говорят тебе, что ждут в пути невзгоды, Что трудно боль разлук и грусть перенести: Не забывай, что жизнь средь зависти и злобы Куда страшней, чем смерть, от коей не уйти.
15. «

    О мастер, общение с женщинами требует долготерпения, и тот, кто их любит, должен быть великодушным, так как женщины сварливы с мужчинами и обижают их, ибо они превозносятся над ними красотой и прелестью и считают себя великими, а мужчин ничтожными, в особенности если они видят от своих мужей любовь — тогда они отвечают на нее высокомерием, чванством и дурными делами со всех сторон.

    О мастер, общение с женщинами требует долготерпения, и тот, кто их любит, должен быть великодушным, так как женщины сварливы с мужчинами и обижают их, ибо они превозносятся над ними красотой и прелестью и считают себя великими, а мужчин ничтожными, в особенности если они видят от своих мужей любовь — тогда они отвечают на нее высокомерием, чванством и дурными делами со всех сторон.

    — Абд ар-Рахман · книга
16. «

    Когда ж мы выпили и подступил настой К местам, где тайна, я вскричал: «Постой!» Я испугался, что в лучах вина Вдруг станет тайна скрытая ясна.

    Когда ж мы выпили и подступил настой К местам, где тайна, я вскричал: «Постой!» Я испугался, что в лучах вина Вдруг станет тайна скрытая ясна.
17. «

    Усталость, и труд, и малый достаток учат человека невежливости и неразумию.

    Усталость, и труд, и малый достаток учат человека невежливости и неразумию.

    — Синдбад-носильщик · книга
18. «

    Изгнанник я на земле среди невзгод и разрух; Изгнанник я, для меня взгляд ближнего слишком сух. Изгнанник я, ни семьи, ни сына нет у меня; К моей последней мольбе попутчик случайный глух. Нигде мне приюта нет, мое жилище — мечеть. Куда еще я пойду? Мой пламень почти потух. Хвала Вседержителю, властителю всех миров За то, что в теле моем еще остается дух.

    Изгнанник я на земле среди невзгод и разрух; Изгнанник я, для меня взгляд ближнего слишком сух. Изгнанник я, ни семьи, ни сына нет у меня; К моей последней мольбе попутчик случайный глух. Нигде мне приюта нет, мое жилище — мечеть. Куда еще я пойду? Мой пламень почти потух. Хвала Вседержителю, властителю всех миров За то, что в теле моем еще остается дух.
19. «

    Но у кого много ремесел, у того велика бедность.

    Но у кого много ремесел, у того велика бедность.

    — Халифа-рыбак · книга
20. «

    А после славословия: о достигший этих мест, поучайся, видя превратности времени и удары случайностей, и не дай себя обмануть жизни с ее роскошью, ложью, клеветой, обманом и украшениями; она льстива, коварна, и обманчива, и все, что есть в ней, взято взаймы. Она отбирает занятое у занимающего, и подобна она сонным грезам спящего и видениям грезящего, и точно марево она в равнине, которое сочтет жаждущий за воду.

    А после славословия: о достигший этих мест, поучайся, видя превратности времени и удары случайностей, и не дай себя обмануть жизни с ее роскошью, ложью, клеветой, обманом и украшениями; она льстива, коварна, и обманчива, и все, что есть в ней, взято взаймы. Она отбирает занятое у занимающего, и подобна она сонным грезам спящего и видениям грезящего, и точно марево она в равнине, которое сочтет жаждущий за воду.