28 цитат из книги «Уильям Шекспир. Укрощение строптивой», ставших крылатыми

28 цитат из книги «Уильям Шекспир. Укрощение строптивой» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   На свете есть молодцы, которые возьмут её со всеми недостатками, было бы лишь денег вволю.

   На свете есть молодцы, которые возьмут её со всеми недостатками, было бы лишь денег вволю.

   — Гортензиo · книга
2. «

   — Да где таким речам вы научились? — Экспромты — от природного ума.

   — Да где таким речам вы научились? — Экспромты — от природного ума.

   — Катарина · книга
3. «

   Я разорен, разорен! В то время как я дома радею о хозяйстве, мой сын и слуга все проматывают в университете.

   Я разорен, разорен! В то время как я дома радею о хозяйстве, мой сын и слуга все проматывают в университете.
4. «

   Смерть злая, как твоё подобье гнусно!

   Смерть злая, как твоё подобье гнусно!

   — Лорд · книга
5. «

   Муж — повелитель твой, защитник, жизнь, Глава твоя. В заботах о тебе Он трудится на суше и на море, Не спит ночами в шторм, выносит стужу, Пока ты дома нежишься в тепле, Опасностей не зная и лишений. А от тебя он хочет лишь любви, Приветливого взгляда, послушанья - Ничтожной платы за его труды. Как подданный обязан государю, Так женщина — супругу своему. Когда ж она строптива, зла, упряма И не покорна честной воле мужа, Ну чем она не дерзостный мятежник, Предатель властелина своего?

   Муж — повелитель твой, защитник, жизнь, Глава твоя. В заботах о тебе Он трудится на суше и на море, Не спит ночами в шторм, выносит стужу, Пока ты дома нежишься в тепле, Опасностей не зная и лишений. А от тебя он хочет лишь любви, Приветливого взгляда, послушанья - Ничтожной платы за его труды. Как подданный обязан государю, Так женщина — супругу своему. Когда ж она строптива, зла, упряма И не покорна честной воле мужа, Ну чем она не дерзостный мятежник, Предатель властелина своего?

   — Катарина · книга
6. «

   Она меня своим молчаньм бесит! Я этого не в силах перенесть!

   Она меня своим молчаньм бесит! Я этого не в силах перенесть!

   — Катарина · книга
7. «

   Отныне в женщинах ценить я буду Не красоту, а преданное сердце.

   Отныне в женщинах ценить я буду Не красоту, а преданное сердце.

   — Гортензиo · книга
8. «

   Из женщины не трудно сделать дуру, Когда она боится дать отпор!

   Из женщины не трудно сделать дуру, Когда она боится дать отпор!

   — Катарина Минола · книга
9. «

   Движенье губ коралловых я видел; Струило аромат ее дыханье; Все в ней святым казалось и прекрасным.

   Движенье губ коралловых я видел; Струило аромат ее дыханье; Все в ней святым казалось и прекрасным.

   — Люченцио · книга
10. «

    Синьор, вам брак со мною не грозит: Таким путем не побеждают женщин. А не отстанете, так причешу Я вам башку трехногим табуретом И, как шута, измажу вас при этом.

    Синьор, вам брак со мною не грозит: Таким путем не побеждают женщин. А не отстанете, так причешу Я вам башку трехногим табуретом И, как шута, измажу вас при этом.

    — Катарина · книга
11. «

    Я займусь той областью науки философской, Которая трактует нам, что можно Лишь добродетелью достигнуть счастья.

    Я займусь той областью науки философской, Которая трактует нам, что можно Лишь добродетелью достигнуть счастья.

    — Люченцио · книга
12. «

    Но милая жена со мной поедет; Не топай, киска, не косись, не фыркай - Я своему добру хозяин полный. Теперь она имущество моё.

    Но милая жена со мной поедет; Не топай, киска, не косись, не фыркай - Я своему добру хозяин полный. Теперь она имущество моё.

    — Петруччо · книга
13. «

    Дайте ему только золото — и он вам женится хоть на кукле, хоть на деревяшке, хоть на старой карге, у которой ни одного зуба во рту нет.

    Дайте ему только золото — и он вам женится хоть на кукле, хоть на деревяшке, хоть на старой карге, у которой ни одного зуба во рту нет.

    — Грумио · книга
14. «

    Гнев губит красоту твою, как холод — Луга зеленые; уносит славу, Как ветер почки. Никогда, нигде И никому твой гнев не будет мил.

    Гнев губит красоту твою, как холод — Луга зеленые; уносит славу, Как ветер почки. Никогда, нигде И никому твой гнев не будет мил.

    — Катарина · книга
15. «

    Отец мой умер, но богатство живо; А я лет сто хочу прожить счастливо.

    Отец мой умер, но богатство живо; А я лет сто хочу прожить счастливо.

    — Петруччо · книга
16. «

    Вас побранил бы, сударь, да не время. Любовь из сердца не прогонишь бранью. Уж раз влюбился, так одно осталось — Выкупи себя из плена как можно дешевле.

    Вас побранил бы, сударь, да не время. Любовь из сердца не прогонишь бранью. Уж раз влюбился, так одно осталось — Выкупи себя из плена как можно дешевле.

    — Транио · книга
17. «

    Ну и плутовство! Смотри-ка только, как молодежь сговаривается между собой, чтобы одурачивать стариков.

    Ну и плутовство! Смотри-ка только, как молодежь сговаривается между собой, чтобы одурачивать стариков.

    — Грумио · книга
18. «

    Незачем вам спрашивать, какое я платье надену, потому что у меня не больше камзолов, чем спин, не больше чулок, чем ног, не больше башмаков, чем ступней, а иногда ступней даже больше, чем башмаков, или такие башмаки, что из них пальцы наружу торчат.

    Незачем вам спрашивать, какое я платье надену, потому что у меня не больше камзолов, чем спин, не больше чулок, чем ног, не больше башмаков, чем ступней, а иногда ступней даже больше, чем башмаков, или такие башмаки, что из них пальцы наружу торчат.

    — Слай · книга
19. «

    Строптивость женщин хуже ада.

    Строптивость женщин хуже ада.

    — Люченцио · книга
20. «

    Я отвечала резкостью на резкость, На слово — словом; но теперь я вижу, Что не копьем — соломинкой мы бьемся, Мы только слабостью своей сильны. Чужую роль играть мы не должны.

    Я отвечала резкостью на резкость, На слово — словом; но теперь я вижу, Что не копьем — соломинкой мы бьемся, Мы только слабостью своей сильны. Чужую роль играть мы не должны.

    — Катарина · книга